Star Trek: Marie Curie
=/\= Текстовая ролевая игра по мотивам вселенной Star Trek =/\=

Эпизод 2: Беглецы
Designed by Diana Velour

Эпизод 2: Беглецы


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84

1
Журнал капитана, звездная дата 53619.6. На границе ромуланской нейтральной зоны произошло чрезвычайное происшествие, детали которого остаются неясными. Командование звездного флота мобилизовало двадцать семь боеспособных судов, включая Марию Кюри, для предотвращения непоправимых последствий. В помощь Ромуланская Империя выделила на каждый из мобилизованных кораблей по одному офицеру-консультанту. Субкоммандер Селтак, приписанный к нашему кораблю на время миссии, только что прибыл, чтобы прояснить детали нашей миссии.
- Итак, леди и джентльмены, - поприветствовал капитан всех собравшихся в зале для совещаний, включая коммандера Селтака, с важным видом восседающего по левую руку от капитанского места, из-за чего эмиссару Милоду пришлось слегка пересесть, - Некоторые из вас уже знакомы с субкоммандером. Я уверен, у каждого из Вас есть множество вопросов, и мы с субкоммандером Селтаком сейчас постараемся информировать вас о происходящем в той степени, в которой посчитало нужным командование звездного флота и сам субкоммандер, как официальный представитель интересов Ромуланской Звездной Империи. Субкоммандер?
- Благодарю, - соврал субкоммандер, не теряя своего немного ядовитого выражения лица, после чего вывел на экран карту нейтральной зоны с несколькими маркерами, - Две недели тому назад по вашему времени на границе нейтральной зоны перестало выходить на связь патрульное судно класса Д’Деридекс IRW Келемвор. К его последнему местонахождению было сразу же выслано другое патрульное судно, IRW Ханай. Оно было уничтожено, - сделал он драматическую паузу, внимательно разглядывая всех присутствующих, - Как только поисковая команда расшифровала самописец, было установлено, что Ханай был уничтожен Келемвором. Перед гибелью Ханая его сенсоры засекли это, - Селтак переключил изображение на радиологическую диаграмму, в которой капитан все равно ничего не понимал, - Характерное излучение трилития.
- Трилитий, - продолжил брифинг капитан, - как вы знаете, используется в качестве оружия массового поражения. При его правильной имплантации в звездное ядро начинается реакция, ингибирующая ядерный синтез. Обычно это заканчивается коллапсом звезды с последующим сбросом внешней оболочки звездного вещества.
- Большим бабахом! – поправила его Крилесс, втиснув свою профессиональную точку зрения, - Трилитий убивает звезды и заставляет их взрываться, если по-научному! - Спасибо, лейтенант Иванова, - строгим недовольным тоном ответил Питер и вновь обратил взгляд на субкоммандера Селтака, у которого во рту скопилось слишком много слюны от ненависти к клингонской выскочке.
- Варп-след Келемвора вел вглубь нейтральной зоны, - сглотнув, продолжил свой рассказ ромуланский офицер, - Наши патрули пытались его настигнуть, но затем выяснилось, что Келемвор пересек границы Федерации, и преследование пришлось прекратить.
- И тут самое удивительное, - подхватил Питер, - Наши тахионные сенсоры не зарегистрировали никакого нарушения границ.
- А вы уверены, что границу вообще нарушали? – подал голос первый офицер, - Возможно, ромуланские патрули просто ошиблись.
- Абсолютно, - ответил капитан и вновь включил карту нейтральной зоны и прилегающих территорий, - Четыре дня назад один из наших аванпостов, снабженный тахионным детектором, обнаружил замаскированное судно, по параметрам подходящее под ромуланское. На перехват был выслан USS Даллас. Даллас повторил судьбу Ханая, а предполагаемый Келемвор снова был утерян из виду. А теперь еще один интересный момент к вашему вниманию.
Тен Волде включил очередную презентацию на компьютерном экране. Слайд демонстрировал карту пограничных территорий, и на нем светились четыре маркера.
- Первый маркер, - продолжил объяснять капитан, - является примерным местом исчезновения Келемвора. Как видите, он находится в пределах Ромуланской Звездной Империи. Второй маркер – место, на котором обнаружились обломки Ханая. Это произошло на самой границе нейтральной зоны. Третий маркер, как вы видите, находится уже на наших территориях, но все еще близко к нейтральной зоне. Именно в этой точке он впервые был замечен нашими сенсорами. И четвертый маркер – место, где были обнаружены обломки Далласа. След Келемвора в этой точке был благополучно потерян, но если нарисовать траекторию по этим точкам… - капитан нажал на кнопку, и компьютер прочертил линию, проходящую сквозь четыре маркера, - Келемвор направился прямо к границам Федерации, а как только смог их незаметно миновать, резко сменил курс и полетел вдоль границы нейтральной зоны, оставаясь незамеченным тахионными сенсорами и патрулями на протяжении почти семидесяти световых лет. И эта новость встревожила командование ничуть не меньше, чем наличие на Келемворе оружия массового поражения.
- Ромуланская Звездная Империя, - продолжил Селтак, - Не хочет, чтобы это послужило причиной конфликта. Экипаж Келемвора объявлен предателями империи и должен быть уничтожен. Я здесь для того, чтобы консультировать Вас по этому вопросу. Разумеется, в разумных пределах. Если именно вашему кораблю удастся уничтожить Келемвор до того, как он совершит непоправимое, я свяжусь с командой чистильщиков. Они заберут бортовой самописец Келемвора, устранят вероятные последствия его пребывания на территории Федерации, и после этого моя миссия здесь будет считаться завершенной.
Последовало неловкое молчание...

2
Представитель Ромуланской Империи проводящий брифинг на корабле Звездного Флота Объединенной Федерации Планет. В принципе, уже один этот факт, с точки зрения Николая, сидевшего сейчас в зале для брифингов и слушавшего выступление этого самого ромуланского представителя, был довольно необычен. "Тем более, что из-за этой самой ситуации мобилизовали целую эскадру", - мысленно проговорил Макаров, делая по ходу выступления ромуланца заметки в своем ПАДДе.
В принципе, история с дезертирами из числа военнослужащих Ромуланского военного флота особенно необычной, с точки зрения лейтенанта, пожалуй и не выглядела. Однако сообщение о применении некоего оружия, известного как трилитевая бомба, и результатов действия этого оружия куда как с лихвой оправдывали столь чрезвычайные меры. Конечно, Николай и близко не был ученым, но тем не менее, основы механизма действия звезд вкратце описывались даже в школьном курсе физики - вкратце, любая звезда существовала в результате баланса двух фундаментальных сил - стремившейся сжать звезду гравитации, и стремившейся расширить ее силы давления и температуры, образующихся в результате питающей звезду термоядерной реакции. "И если убрать вторую силу", - рассуждал лейтенант, делая новую пометку в своем портативном накопителе данных, - "то через некоторое время звезда перейдет в стадию сверхновой. Что с практически гарантией убьет все формы жизни на планетах, вокруг этой звезды вращающихся".
Таким образом, утечка трилитевых бомб в левые руки была, с точки зрения лейтенанта, более чем веским аргументом для ромуланцев прибегнуть к помощи Федерации, даже несмотря на весьма натянутые отношения между двумя державами. Другое дело, что Николай был практически уверен в том, что эмиссар ромуланцев, субкоммандер Селтак, почти наверняка что-то недоговаривал, потому как история с обычным дезертирством без какой-либо видимой причины выглядела слишком неправдоподобно, чтобы в нее можно было просто так поверить. "Особенно учитывая, что речь шла о корабле с арсеналом трилитиевых бомб и меры безопасности там должны были быть соответствующими", - завершил свои рассуждения Макаров, все еще внимательно слушая ромуланца, при этом стараясь держать такое выражение лица, чтобы по нему нельзя был угадать истинных эмоций и ход мыслей лейтенанта. При этом задавать дополнительные вопросы ромуланскому представителю Николай не спешил, поскольку был почти полностью уверен, что уж если ромулане решили о чем-то "тактично" умолчать, то едва ли прямой вопрос, заданный одним из слушателей, поможет изменить уже принятое на куда более высоком уровне ромуланской военной иерархии решение.

3
Накануне перед встречей Сил очень сильно нервничал. Он от части боялся встречи с субкоммандером Селтаком. Дело в том, что Т'жеван терпеть не мог ромуланцев, у них на Андории вообще никто терпеть не мог ромуланцев. Их расу не без причины недолюбливали многие в Федерации. Даже союзничество во времена доминионской войны не помогло что-то в этих отношениях кардинально поменять. Однако андорианцы не любили ромуланцев по особенному, ведь те были хитрыми, двуличными лгунами, которые были готовы пойти на все, чтобы скрыть все свои самые грязные секреты – полной противоположностью в большинстве своем честным и открытым андорианцам. А как известно больше всего в галактике андорианский мороз не терпит двуличия.
Первый помощник поделился своими переживаниями и мнениями на этот счет с капитаном перед этой встречей, тот строго на него посмотрев посоветовал «задавать вопросы только по существу» и «полностью игнорировать любые личные переживания«.
- Вы офицер звездного флота или кто? – Гневно прошептал ему тен Волде по дороге в зал совещаний, - отнеситесь к этому профессионально.
- Но, сэр! я как увидел его в транспортной, сразу понял, что он что-то скрывает.
- Естественно он что-то скрывает, первый, он же сам знаете кто! Я понимаю ваше беспокойстве и сам испытываю его, но проверять наши подозрения мы не будем. Нам еще не хватало большого дипломатического скандала после войны! Напомню, что во время нее мы были союзниками.
- Но, сэр…
- Хватит спорить, первый! Вот вечно вы найдете время для этой чертовщины, вместо того, чтобы делать свою работу! Еще одно слово и я запрещу вам присутствовать на брифинге. Точка!
Первый сидел за столом, слушая речь ромуланца, который просто излучал собой надменность, подчеркивая свое превосходство над присутствующими. Его нельзя было упрекнуть, так как он был единственный в комнате, кто знал всю правду, но делиться ею ни с кем не собирался.
- У меня вопрос, - поднял руку Сил, поймав на себе уничтожающий взгляд Питера. Он понимал капитана и понимал, что тот хочет избежать любых дипломатических проволочек, так как ромуланцы известны своей обидчивостью и злопамятностью, но не мог молчать. Факты высказанные Селтаком вывели его из себя. – Я думаю, что экипаж «Кюри», как и вся Федерация имеют право знать подробности о «Келемворе».
- Первый… - хотел было вмешаться тен Волде, но субкоммандер прервал его.
- Это не вопрос. – Спокойно сказал он, даже не посмотрев на Т'жевана.
- О, прошу прощения, я все неправильно сформулировал. Но я все еще считываю, что вы могли бы объяснить нам всю это конспирацию.
- Первый… - снова попытался вмешаться капитан, но опять же субкоммандер опередил его.
- Мне нечего вам объяснять, коммандер. – С издевательским упором на последнем предложении сказал Селтак, продолжая смотреть в любую другую сторону, только не на Сила. – Думаю, что вы бы тоже не стали разбазаривать секреты Федерации каждому встречному. Вы ведь не дурак, я надеюсь.
- Ну я бы точно не стал молчать, - повысил голос первый и указал пальцем на экран, - если бы один из кораблей Звездного флота пролетел семьдесят световых лет абсолютно незамеченным. Семьдесят, субкоммандер! По-моему тут есть кое-что куда посерьезнее дипломатического скандала, вы не находите?
- Первый! – На этот раз тен Волде не дал себя прервать. – Немедленно прекратите полемику! Это приказ!
Сил замолчал, проглотив те слова, что собирался сказать и внимательно посмотрел на Селтака. Тот, продолжая игнорировать его обратился к аудитории.
- Я все еще жду вопросов, если они есть.

4
Если честно, едва ли терпеливость и дипломатичность можно было назвать сильными чертами первого помощника на "Марии Кюри"- коммандера Сила Т'Жевана, сейчас задавшего неудобные, но вместе с тем, с точки зрения самого Николая, совершенно правильные вопросы ромуланскому эмиссару. Вопросы, на которые он, разумеется, не получил никакого ответа (зато, судя по всему, получил вполне ожидаемый в такой ситуации "разгон" от капитана Питера тен Волде).
То, что ромуланин рассказал далеко не все, что было известно Ромуланской Империи о случившемся было, в принципе, ожидаемо с самого начала их брифинга. Другое дело, что сейчас ромуланский посланник заявил об этом самым что ни на есть прямым текстом. Впрочем, если честно, с личной точки зрения лейтенанта Макарова коммандер Т'Жеван поступил абсолютно правильно "поставив вопрос ребром", пусть даже если это и противоречило нормам, предписывающим протокол ведения подобных встреч с представителем иностранной державы. "Будь этот протокол неладен", - мысленно добавил Николай, внимательно смотря на ромуланского офицера, как раз сейчас предлагавшего собравшимся задать ему дополнительные вопросы.
"Вопросы, говоришь", - с легкой издевкой подумал Макаров, поднимаясь со своего места и обращаясь к ромуланину:
- Господин субкоммандер, если позволите, у меня есть вопрос.
- Первый лейтенант Макаров, я полагаю?, - сверившись со своим датападом, ответил ромуланский эмиссар, - конечно, слушаю Ваш вопрос.
- Спасибо, - все тем же нарочито вежливым голосом ответил Николай. Прямо сейчас лейтенант хотел, формально оставаясь в пределах установленных дипломатических протоколов, все же задать ромуланину один вопрос, который лично лейтенант видел довольно важным в сложившейся ситуации. Совершенно не меняя своего "формально вежливого и выдержанного тона", лейтенант внимательно посмотрел на Селтака и озвучил свой вопрос:
- Господин субкоммандер, скажите пожалуйста, а как так вышло, что Ромуланский Имперский Флот потерял корабль с арсеналом трилитиевых бомб на борту? Разве на таком корабле не должны были быть применены особые меры безопасности?

5
В ответ на такой вопрос субкоммандер глубоко задумался, при этом не забыв посмотреть на Макарова, как на идиота. Спустя примерно три секунды напряженного молчания точно таким же взглядом он наградил тен Волде и все же решился разжать губы.
- Капитан, по какой причине этот человек присутствует на этом совещании? - проявил он чудеса ромуланской учтивости.
Настала очередь капитана ненадолго погрузиться в думы, где он мысленно ругал все и всех на свете. Кроме себя, разумеется. С самого начала миссии он понимал, что обязательно произойдет напряженность между ромуланским гостем и экипажем, но легче от этого не становилось. Наконец, Питер обратил свое внимание на Макарова и начал переводить ему с ромуланского языка:
- Субкоммандер хотел сказать Вам две вещи, лейтенант. Во-первых это патрульное судно. Патрульные суда не оснащаются трилитиевым вооружением. Факт наличия трилития на Келемворе был установлен лишь Ханаем в момент уничтожения, и формально нам не известно, оружейный это трилитий или нет...
- Это не важно! - перебил его субкоммандер, - Сам факт его наличия у предателей Империи уже тревожен и требует жесткой реакции.
- Я согласен, - постарался капитан быть единственным, кто сохраняет учтивость, - И вторая вещь, которую хотел донести субкоммандер Селтак, состояла в том, что не важно, что, как и почему произошло в пространстве Ромуланской Империи. С точки зрения текущего договора между Федерацией и Империей, - следующие слова капитан постарался произнести четко и с паузами между словами, - это не наше дело!
- Благодарю за понимание, - произнес Селтак и впервые за этот день доброжелательно улыбнулся. Кажется, такая улыбка никого не порадовала, но капитан все равно кивнул в знак того, что принимает благодарность. Милод внимательно наблюдал за его жестами и представлял, какой из него получился бы эмиссар.

6
Полный презрения взгляд, которым наградил ромуланский эмиссар лейтенанта едва ли стал неожиданностью для последнего. Ровно как и последующие его комментарии, а также короткий обмен репликами с командиром корабля. Нет, если честно, с формально-юридической точки зрения все происшествия на территории Ромуланской Звездной империи были исключительным делом самой Ромуланской Империи. "Вот только корабль с трилитевыми бомбами на борту и экипажем с неясными намерениями теперь именно по нашей территории летает, а не по ромуланской", - мысленно подметил Николай, незаметно для ромуланского субкоммандера сжав руки в кулаки.
Впрочем, в одном ромуланин был совершенно прав - вопрос о том, как именно о ренегатов появились трилитиевые бомбы имел на первый приоритет по срочности. "Для начала надо поймать этот корабль и обезвредить, пока они свой арсенал не вздумали применить на практике", - рассудил Макаров, внимательно посмотрев на ромуланина и таким же нарочито вежливым тоном (в конце-концов, стандартные протоколы встречи иностранных посланников никто не отменял, а ромуланский эмиссар пока что был гостем Федерации Планет вообще и Звездного Флота в частности) ответив ему:
- Что ж, спасибо за Ваши пояснения, господин субкоммандер. Думаю, у меня больше вопросов нет.
Закончив свой ответ, лейтенант спокойно занял свое место. Так или иначе, едва ли ромуланин скажет им что-то большее по существу ситуации, а это значило, что Звездному Флоту, как это бывало уже не в первый раз, предстояло самостоятельно разбираться с проблемой, и, по возможности, успеть сделать это до того, как эти чертовы трилитиевые боеголовки на ромуланском корабле-ренегате станут причиной настоящей трагедии...

7
Махмуд сидел в дальнем углу зала и пытался не уснуть. Последние несколько дней перед вылетом он потратил на отдых, после которого, как известно, всегда нужно хорошенько отдохнуть. Впрочем, намечавшуюся бучу Махмуд находил забавной, во многом даже тревожной – просто так целый флот рыскать вдоль границы не отправляют, но о войне думать все же не приходилось. Ромулус был не настолько глуп и силен чтобы пытаться атаковать Федерацию, находящуюся на пике военного могущества, по крайней мере Мураки считал так и никак иначе.
Пафосный и высокомерный трындеж ромуланца слушать совершенно не хотелось, лишь случайно выхваченное из разговора словосочетание «трилитиевая бомба» заставило лейтенанта навострить уши и попытаться боле детально вникнуть в происходящее. Вся эта история походила на сюжет дешевого шпионского романа, но все же даже малейшая вероятность того что настолько мощное оружие может оказаться не в тех руках заставляла нервничать.
Тут в разговор вмешался невесть откуда взявшийся Макаров, немного понаблюдав за трепыханиями подчиненного Махмуд лишь невольно улыбнулся. Его больше заинтересовал бойкий выпад первого, который явно считал, что ромулане что-то скрывают и не боялся говорить об этом вслух.
Впрочем, разговоры разговорами, но в предстоящей схватке тактическому офицеру отсидеться не получится – хищные птицы всегда были сильным соперником, а по поведению субкомандера было понятно, что «Келемвор» был птицей явно непростой. Оставалась надежда на то что ромуланцы получили повреждения в предыдущих схватках, но почему-то у Махмуда были большие сомнения на этот счет. Ничего кроме как вздохнуть младлею не оставалось, в ближайшие дни ему придется несладко.

8
Отдых на Звёздной Базе 152 не принёс Джулианне никакого морального удовлетворения. Слишком мало времени, чтобы слетать на отпуск на очередную конференцию, и слишком много, чтобы просто сесть и выпить качественных натуральных растительных напитков. Какое-то время она пыталась развлекать себя чтением, игрой на трёх музыкальных инструментах и обучению основам работы голодека, но было почти бесполезно. Особенно учитывая то, что тот, с кем триллка пыталась выйти на связь уже больше года, до сих пор не отвечал. Посему, сердце просило практической полевой работы.
Джулианна была счастлива заступить на должность. Даже не смотря на скучный брифинг сугубо тактической миссии с убийствами. Но где идёт бой - всегда нужны врачи. Доктор Бран размышляла - как бы убедить этого субкоммандера пройти медицинский осмотр? Наверняка ведь будет отнекиваться, увиливать и плести интриги, лишь бы не попасть в медотсек. Но стоило попытаться.
- Субкоммандер Селтак, прошу прощения, что приходится вас перебить, я доктор-ксенобиолог Джулианна Бран. Во избежание медицинских сложностей по ходу миссии, прошу вас по завершению брифинга либо пройти на медосмотр, либо передать свои биометрические данные.
- Разумеется, доктор Бран. Сразу после окончания брифинга, - Селтак мило улыбнулся, чем немного шокировал триллку. Улыбка на лице, так сильно похожем на вулканское, вызвала у неё секундный когнитивный диссонанс. Но доктор Бран быстро справилась с ним - в конце концов, путать два биологических вида, даже имеющих общего предка, просто непрофессионально. Джулианна кивнула и села на место с надеждой, что этот брифинг закончится как можно скорее.

9
Капитан обернулся в сторону до сих пор молчавшей болианки, для которой участие в таких брифингах было все еще в новинку.
- Лейтенант Зова. - девушка выпрямилась. - проложите курс к нейтральной зоне. Чем скорее мы выполним задание, тем скорее все вздохнем спокойно. - по его тону было неясно, вздохнуть спокойно от поимки потенциального террориста или от того, что встреча с ромуланцами обошлась без драки.
- Да, капитан! Есть проложить курс! - Мирия все еще сдерживала себя, чтобы не расплыться в глупой улыбке во время обсуждения серьезной проблемы. Тем не менее, стоило ей покинуть конференц-зал, подавлять улыбку не осталось ни сил, ни желания, ни смысла. Лейтенант! Первое задание! Кнопка на форме! Мостик! Конечно, жалко было расставаться с Энтерпрайз,..Зова определенно будет скучать по байкам Гуинан о том как Райкер однажды влюбился в тран...
- В хорошем настроении, лейтенант?
- ОЙ, простите, коммандер, я на вас чуть не налетела.
- Ничего страшного, но впредь постарайтесь смотреть, куда идете, иначе мы будем видеться чаще, чем вам бы того хотелось.
- Конечно, доктор Селар. - хорошо, что доктор Крашер их не слышит, для нее эти слова звучали бы пророчеством.
Пройдя на мостик, Мирия заняла свое место за навигационной консолью. Бета квадрант... нейтральная зона... точные координаты-ввести... энтер. Осталось лишь проложить оптимальный курс с учетом перемещения звезд, туманностей, возможных аномалий, пары-тройки сверхмогущественных инопланетных сущностей, которых лучше обойти... Добро пожаловать на новый пост, Полли.

10
Пока корабль летел к нейтральной зоне, экипаж искал себе занятия. К сожалению, все занятия сейчас были завязаны на ромуланском госте. Медосмотр, тактический инструктаж, новые инструкции от командования… Все это было для ромуланца равноценно удалению коренных зубов без анестетика, ведь его всегда учили не болтать лишнего, и вдвойне не болтать лишнего в присутствии федератов. А теперь ему приказали говорить. Но говорить ровно столько, сколько необходимо, и ни в коем случае не говорить то, что может повредить Империи, иначе самый безболезненный для него выход будет лежать через добровольное проглатывание капсулы с ядом, которую очень некстати офицеры безопасности быстро нашли и изъяли. Он пребывал в полной растерянности, не зная наверняка, что именно от него требуется, и где именно находится зыбкая граница его полномочий. Свою неуверенность он небрежно скрывал под толстым слоем сарказма, и поливал сверху ядом для посторонних ушей. В общем, для него это была самая ужасная командировка за всю карьеру. Питер прекрасно это понимал и испытывал чувство, находящееся где-то между полным моральным удовлетворением дискомфортным положением ромуланского гада, и искренним сочувствием к ромуланскому гаду. Расистом он себя едва ли мог назвать, но ромуланцы долгое время создавали о себе дурное впечатление, и капитан прекрасно понимал, что это была лишь игра на публику… но поделать с собой ничего не мог. Разве что поближе с ним познакомиться. Но более близкому знакомству помешали две вещи.
Во-первых Селтак был по уши завален различными делами, и на сон у него едва ли хватало времени.
Во-вторых на капитана только что обрушилась кара небесная в виде навязчивой лекции об астрофизических явлениях прямо в коридоре по пути в кают-компанию. Крилесс уже давно выучила маршруты старших офицеров и точно могла подобрать подходящий момент, в который может безнаказанно прицепиться к кому-либо, словно пиявка, охочая до чужого согласия со своими умозаключениями.
- Нет! – едва не перешел Питер на крик.
- Да! – последовала его примеру Крилесс, стараясь не отставать от капитана, постепенно ускоряющего свой шаг, - Гравитационная петля многое объясняет!
- Там нет никакой гравитационной петли! На границе плотная стена аванпостов, в которых сенсоров больше, чем у меня сейчас головной боли!
- Сенсоров? – фыркнула клингонка, - Да разве это сенсоры? Они не смогли засечь огромную военную птицу, доверху напичканную даже не бесчестными предателями, а бесчестными предателями бесчестных предателей!
- То есть вы утверждаете, что ромуланцы научились использовать гравитационные петли в своих интересах? – прозвучала издевательская интонация, - Может, они еще и черные дыры могут создавать?!
- Могут, - неожиданно ответила Крилесс, - Если в достаточно толстой звезде остановить ядерный синтез, чем то дерьмо, что от нее останется, не может называться черной дырой?!
- Следите за выражениями!
- Простите, капитан, в достаточно большой звезде, - поправилась она, - Черные дыры – это и есть труп достаточно массивной звезды.
- Логично, - задумался капитан и еще сильнее ускорил шаг, - А теперь отстаньте от меня, лейтенант и дайте мне спокойно отдохнуть.
- Нет! – отрезала она, - Вы, как капитан, не можете игнорировать научные факты!
- Могу!
- Не можете. Как офицер звездного флота, я сделаю все возможное, чтобы донести до вас это, даже если мне придется вбить вам это в голову! – прорычала она, едва не подавившись слюной.
- Что?! – резко остановился капитан, - Вы мне угрожаете, лейтенант?!
- Клингоны не угрожают, - прошипела она, - клингоны решают все либо в полном согласии, либо с честью и силой!
- То есть вы серьезно? Хотите мне силой доказать, что в нейтральной зоне была гравитационная петля?
- Да, капитан! Вы слепы, и я не вижу иного выхода, кроме как открыть Вам на правду глаза!
Крилесс была самым беспокойным, самым навязчивым и самым хлопотным офицером на корабле. Реальных проблем она не создавала, но вот вывести из себя умела. Иногда эти качества в ней Питера даже забавили. Иногда тревожили. Но не выгнал он ее со своего корабля преимущественно потому, что уважал в ней настойчивость, пусть ее настойчивость и не всегда была направлена в нужное русло. Иногда он ловил себя на мысли, что она понимает окружающих лучше любого бетазоида. Это было единственным объяснением того, почему она так уверенно танцует на краю пропасти и никогда не теряет равновесия.
Капитан согласился устроить «схватку во имя науки». Ему вдруг пришло в голову, что небольшой спарринг поможет выпустить излишнее напряжение. В конце концов, не все проблемы решаются вулканскими методами. Нельзя не заметить, что Крилесс это сильно удивило, ведь из ста человек, которым она хотела конкретно «набить морду» лишь пятеро соглашались, и один из них в итоге стал ее мужем. Наверное, это были самые ненормальные романтические отношения в Звездном флоте.
- Драться будем на моих условиях, - властно заявил капитан, когда оппоненты перешагнули порог голодека, - Здесь нет никаких чинов и званий. Никаких последствий, никаких наказаний, только старинный способ выяснить, кто из нас прав!
Он запустил свою личную программу, которая полностью отражала всю его ограниченность в способностях программирования. Но большой опыт программирования ему и не требовался, поскольку программа включала в себя ринг и две пары боксерских перчаток. Его дед любил бокс, даже не смотря на то, что этот вид спорта уже давно превратился в рудимент и отправился в ящик истории вслед за гладиаторскими поединками. Но, тем не менее, сам капитан так же полюбил эту боевую дисциплину. Он видел в ней строгую систему и исключительно спортивную направленность. Грация, с которой боксеры танцуют на ринге, его завораживала, а почти сверхъестественное сочетание скорости, силы и реакции – поражали до глубины души. Он и сам стал тренироваться еще в молодости, просто потому что ему это нравилось. Драчуном он никогда не был, да и насилия не одобрял, но бокс он почему-то считал столь же опасным, сколь и благородным боевым искусством. Такому в академии точно не стали бы учить, а вот клингоны наверняка бы одобрили, поменяв в нем некоторые правила. Теперь он решил убить двух зайцев одним хуком: доказать Крилесс ее неправоту и окунуть ее в наиболее привлекательные темные стороны старого земного спорта.
Он бросил в Крилесс пару перчаток и приказал надеть их. Крилесс рассмеялась ему в лицо, после чего капитан перешел на крик и приказал более настойчиво. Он коротко объяснил ей правила бокса, и поначалу они показались клингонке слишком строгими. Затем он объяснил ей, что мужчин лучше не бить ниже пояса, и она согласилась, что правила честны и справедливы. Бедная Крилесс, всего лишь ученая, пусть и клингонская, никогда не отдавала себя боевым искусствам так, как это делали настоящие клингоны. Ради доказательства сомнительной теории она слепо бросилась на чужую территорию воевать по чужим правилам с человеком, который периодически бил грушу ничуть не менее беспощадно, чем в мыслях Крилесс расправлялась со своими коллегами по отделу астрофизики. Иногда капитан боксировал с голограммами, и голограммы быстро понимали, кто здесь старший по званию. Крилесс же не понимала ничего, кроме своих убеждений, и бросалась в бой на одной лишь агрессии и злобе, а ни один бой не выигрывается без ясного рассудка и четкой цели перед глазами.
Капитан немного задумался перед началом раунда, а правильно ли он делает, что собирается избить женщину? Пусть она и клингон, но она все равно женщина, а джентльмены женщин не бьют. Исключения существуют из всех правил, но тот ли это случай, когда исключение развязывает руки? Эти мысли были отогнаны воспоминаниями обо всех спорах, которые Крилесс чинила капитану, и в его глазах тут же загорелась уверенность и желание как можно поскорее с ней расправиться. Правила он ей объяснил, но не объяснил, как правильно защищаться от атаки. Это было подло, но Крилесс сама напросилась, и сейчас обязана была поплатиться за то, что попыталась пошатнуть капитанский авторитет. Ее стойка была в корне неправильной, и на секунду капитану стало ее жалко. Но только на секунду, ведь он вспомнил, что медицина сейчас на достаточной высоте, чтобы все обошлось без последствий.
Компьютер объявил начало раунда, и больше времени на раздумья не было. Крилесс сразу же открыла для атаки свое лицо, сама не понимая, что у нее не осталось никаких шансов на победу из-за такой маленькой, но крайне грубой ошибки. Капитан вывернул свой кулак в нужном направлении, оттолкнулся ногой от ринга, развернул свой корпус и превратил свою перчатку в орудие капитанского возмездия: точное, стремительное и твердое, как и его решительность. Очнулся он уже в лазарете.

11
Итак, спустя совсем короткое время после брифинга с участием ромуланского гостя, "Мария Кюри" приступила к выполнению новой, чрезвычайной боевой задачи - поиску корабля ромуланских ренегатов с опасным оружием на борту, а потому легла на курс к Нейтральной Зоне, к тем местам, где их цель и засекли в последний раз. А пока они были в пути, Макаров и его люди использовали этот шанс для подготовки возможной высадки на борт ромуланского судна, используя имеющиеся в соответствующих архивах Разведки Звездного Флота материалы по внутренней планировке ромуланских "хищных птиц" (хотя, следовало заметить, что планы были в некоторых частях весьма неполны, а потому в отношении части помещений удавалось построить только их предположительную симуляционную модель).
Так что помимо регулярных дежурств, Николай и его подчиненные отрабатывали штурм ромуланского корабля при помощи голодека, в том числе и "в условиях, максимально приближенных к боевым" (последнее значило, что механизмы голодека симулировали попадание из вражеского оружия при помощи фазерных разрядов на слабом парализующем эффекте. Разрядов которые совершенно точно не могли убить взрослого человека, однако был довольно болезненными, а потому были весьма неплохой инстинктивной мотивацией и во время тренировки по возможности избегать попадания в себя выстрелов солдат противника). Если честно, сам лейтенант не был уверен, что высадка вообще состоится и будет возможна, однако его работой было сделать так, чтобы десантный взвод был к ней готов, случись во время их неминуемого боя возникнуть надобности в абордажной операции по захвату вражеского звездолета.
Параллельно капитан, а также, насколько это знал Николай, по его негласным распоряжениям также офицеры военно-научного отдела корабля и даже пара офицеров-медиков пытались аккуратно "вытянуть" из ромуланского субкоммандера дополнительную информацию по случившемуся. Впрочем, опять же насколько это знал сам лейтенант, пока что без особого толку.
Впрочем, пока что у лейтенанта были свои вопросы, которые он хотел бы выяснить прежде, чем они вступят в непосредственный контакт с противником, а потому он отправил запрос на сеанс связи с шефом безопасности аль-Мураки, а когда последний отозвался и поинтересовался, по какому поводу его вызвают, Николай негромко обратился к своему шефу:
- Сэр, не могли бы Вы уделить некоторое время на обсуждение нашей текущей задачи и некоторых соображений, ее касающихся? Думаю, удобнее будет пообщаться на эту тему вживую...

12
День тянулся мучительно долго. Перелопачивать донесения разведки и технические описание ромуланского оружия было делом не самым интересным, но все же подготовить некоторые «домашние заготовки» на случай боя, тактическому офицеру было необходимо. Частоты колебаний дизрапторов и соответственно оптимальные конфигурации щита для отражения выстрелов. Данные о повреждениях, которые понесли ромуланские корабли в ходе сражений с доминионом и все такое прочее. Рутина засасывала, не давала продохнуть. Хотелось выть, но все же это давало какую-никакую пищу для ума и фантазии.
Данные сканирования обшивки «Куропаток», как их шутя называли некоторые нерадивые курсанты академии, сменялись одна за одной. Точных данных о внутренней структуре боевых птиц небыло, но вот из этого можно было сделать много интересных выводов. Естественно, разведка звездного флота уже давным-давно занималась анализом и систематизацией всех этих данных, но пока с ромуланами не воевали и результаты этих исследований держали под сукном – от греха подальше. Сам факт таких изысканий, будь о них известно остроухим, вызвал бы дипломатический скандал. Это использовали бы в качестве обвинения в адрес Федерации, ибо зачем мирному государству изучать слабые места боевых судов своих соседей и недавних союзников?
Глаза уже начинали слипаться. Махмуду казалось, что еще мгновение и он попросту вырубится прямиком за рабочим столом. Запищал коммуникатор и тяжело вздохнув лейтенант нажал на кнопку вызова. На экране появилось взбалмошное лицо Макарова, который начал спрашивать о особенностях задания и предлагал встретиться чтобы обсудить действия службы безопасности в сложившейся ситуации. Мураки лишь тихонько взгрустнул, кивнул подчинённому и назначил встречу в кают кампании, а затем в два глотка опустошив чашку давно уже остывшего кофе поплелся на встречу с лейтенантом.
Макаров был хорошим офицером, но иногда его излишняя энергичность и исполнительность надоедали Мураки. Он был из тех людей, которые любили блестящий хаос и действовать с определенной, почти что аристократической ленцой, пропуская все задачи через себя и лишь их творчески интерпретируя переподчинять кому-то более щепетильному, но сейчас Махмуд не мог позволить себе действовать таким образом ибо качественно выполнить большинство работы мог только он – нехватка опытных офицеров никуда не делась, не смотря на окончание войны.
Реплицировав себе тройной эспрессо и меланхолично поздоровавшись с Николаем, лейтенант плюхнулся в кресло и вздыхая протянул:
— Вы хотели обсудить задание? Что же, я Вас внимательнейшим образом слушаю, — едва не засыпая протянул младлей.

13
- Так точно, уже направляюсь к Вам, сэр, - отчеканил Макаров, выключая личный терминал и направляясь на выход из своей каюты. Лейтенант за время своего пребывания на корабле уже успел сравнительно хорошо запомнить маршрут до кают-компании, а потому его мысли сейчас почти полностью занимали размышления на тему того, что именно он собирался предложить шефу безопасности Аль-Мураки. Если честно, чувства по этому поводу у Николая были довольно противоречивыми - с одной стороны, частью их приказов было по возможности сотрудничать с их ромуланским советником (и тут не надо было быть телепатом, чтобы понять, что ромуланина интересует только полное уничтожение мятежного корабля, таким образом, чтобы от борта (а также от возможно находящихся на нем компрометирующих материалов) осталось только облачко расширяющейся плазмы), к тому же, его подозрения и мысли по этому поводу могли оказаться лишь его личными подозрениями, и только. "С другой стороны", - мысленно проговорил лейтенант, параллельно отдавая команду компьютеру на запуск турболифта, - "это чертовски неправильно просто поверить на слово этому ромуланскому хмырю, учитывая насколько серьезна эта угроза". Погруженный в размышления, лейтенант даже не заметил, как лифт преодолел расстояние до нужной палубы и уже начал открывать двери.
Макаров вышел из кабины турболифта и проследовал дальше уже вполне знакомым маршрутом до кают-компании, где за одним из столиков его уже дожидался Махмуд Аль-Мураки, жестом пригласив его подойти поближе, а затем предположив (и притом правильно предположив) насчет цели его визита.
- Да, сэр, именно так, я бы хотел поговорить о нашей текущей боевой задаче - ответил шефу безопасности Аль-Мураки лейтенант, через полсекунды добавив - думаю, это не займет много времени.
Последнюю фразу Макаров вставил просто потому, что даже не обладая профессиональными медицинскими знаниями можно было заметить, что Махмуд Аль-Мураки за день успел порядком вымотаться, и насколько сам лейтенант мог судить по себе, в таком состоянии самым естественным желанием было завалиться отдыхать, предварительно по возможности послав все остальные дела к черту. В принципе, отвлекать лейтенанта Аль-Мураки сейчас еще и на свое дело было даже неловко, но Николай не мог быть хоть сколь-нибудь уверен, что в дальнейшем выдастся более удобное время.
- Не возражаете, если я сделаю себе напиток, сэр? - мягким голосом задал вопрос лейтенант, жестом руки указав в сторону ближайшего репликатора. Получив в ответ утвердительный кивок головы, Макаров синтезировал себе стакан яблочного сока и занял место прямо напротив кресла, в котором расположился сам нынешний шеф безопасности корабля. Сделав небольшой глоток напитка, лейтенант внимательно посмотрел на Махмуда и таким же тихим голосом продолжил:
- Сэр, я понимаю, что на данный момент капитан Тен Волде хочет следовать плану предложенному ему этим ромуланским субкоммандером, но то есть если по простому, уничтожить мятежный корабль с большого расстояния торпедными залпами. И именно в этой части я лично хотел бы заявить несогласие с этим планом, - Макаров прочистил горло и продолжил, - сэр, Вам лично не кажется странным, что на угнанном корабле оказываются трилитиевые бомбы, те самые, которые "убийцы звезд", а ромулане в ответ на вопрос об их происхождении только невнятно мычат? Или удивительная и до сих пор невиданная супер-маскировка, которая позволяет лететь незамеченным через полсектора? Возможно, я неправ и вообще это все досужие мысли от усталости, но видит Бог, эти ромуланские прохвосты могут затевать некий план, который может включать в себя ромуланский нож у горла всех остальных цивилизаций в этом квадранте. И, я считаю, что мы не можем просто так оставить это без внимания, сэр...
Николай демонстративно хмыкнул, после чего сделал небольшую паузу, чтобы до его непосредственного командира в полной мере дошел смысл его слов. Выждав пару секунд, лейтенант продолжил:
- А потому мое предложение, если в бою выдастся возможность обезвредить их корабль, но не уничтожать его полностью, предлагаю провести абордажную операцию и узнать, что именно произошло на этой чертовой "хищной птице". Думаю, это следует проделать просто из чувства самосохранения. И в связи с этим, у меня будет просьба - лейтенант снова замолчал на секунду, а затем, немного опустив взгляд, продолжил, - я и мои бойцы уже, на всякий случай, отрабатывают десантную операцию. А потому я бы попросил Вас передать этот план капитану Тен Волде. Думаю, Вас он выслушает и возможно... возможно тоже заметит те же странности, что вижу я.

14
Субкоммандер Селтак собирался направиться в медотсек сразу же после окончания брифинга, но сделать это вышло далеко не сразу. Поэтому, когда он появился, Джулианна Бран и небольшая бригада медсестёр уже ждала ромуланина во всеоружии. На всех датападах были выведены известные данные о физиологии всех произошедших от вулканцев рас, а на терминале отображались нерасшифрованные медицинские данные субкоммандера на его родном языке, шрифте и системой измерения.
Как только ромуланин появился в дверях, Джулианна молниеносно подбежала к нему.
- Субкоммандер, к сожалению, мы не разобрали ваши медицинские данные. Пожалуйста, пройдите на биокровать для детального сканирования. А ещё вот вам датапад, пожалуйста, помогите интегрировать данные в систему...
Селтак предпочёл кивок и дипломатичную улыбочку вместо полноценного ответа. Никто не должен был знать об эмоциональном раздрае в его сознании. Последнее, чего ромуланец хотел - это случайно обматерить медицинскую службу, задающую слишком много вопросов. Он смиренно прилёг на биокровать и приготовился к худшему.
Спасение пришло с неожиданной стороны. Дверь медотсека открылась, и туда широким и торопливым шагом зашла доктор Селар.
- Обследование ещё не начали? - спросила она, взглянув на терминал с мед.данными.
- Нет, я как раз собиралась брать образец на полный тест ДНК, - ответила Джулианна, протянув руку к программному интерфейсу.
- Отойдите от пациента, доктор Бран. Чтобы избежать конфликтных дипломатических прецедентов, я проведу медицинское обследование сама. С данными я также ознакомлюсь самостоятельно. Прошу всех заняться своими делами...
- Но доктор Селар, он может быть..., - попыталась поспорить триллка, но безуспешно.
- Доктор Бран, ваша реакция нелогична. Медицинские данные - это часть личной жизни пациента. На ромуланских граждан не накладывается обязанность по передаче медицинских данных Федерации, и если его личная информация окажется в публичном доступе, правительство Ромула может потребовать от нас важной информации взамен. Надеюсь, вы поняли?
- Да, конечно, доктор Селар, но вдруг у него...
- Доктор Бран, я считаю угрозы нелогичными, но если вы ещё продолжите со мной спорить в присутствии пациента, я вынуждена буду спросить, как на вашей руке оказался браслет представителя расы, которая вышла в ВАРП только два года назад.
Последнюю фразу Селар произнесла так же сухо и спокойно, как и всё, что говорят вулканцы. Джулианне пришлось замолчать и отойти от биокровати. Как только доктор Бран отошла на несколько шагов, вулканка тут же приказала компьютеру поднять поле звукоизоляции и вывести все данные на её личный датапад. Главный медотсек показался Джулианне на удивление пустым, даже не смотря на присутствие в нём четырёх медсестёр. Триллка только собиралась вернуться на своё привычное место, как вдруг в двери ввалилась офицер Крилесс с капитаном на плече.
- Доктор Бран, добрый день! Пожалуйста,приведите капитана в чувство, кажется, у него сотрясение мозга! - выпалила клингонка.
- Тогда какого чё...почему вы его тащите на плече, а не воспользовались срочной медицинской телепортацией?!
- Ну, он проиграл научный диспут, и...
- Кладите его на койку, оправдываться будете перед доктором Селар! Доктор Селар! - крикнула Джулианна, но вулканка была слишком занята ромуланином. Увидев из-за поля происходящее, она спешно развернула Селтака в свою сторону и жестом руки приказала триллке заняться важным пациентом самой.
Джулианна взяла медицинский трикодер и просканировала тен Волде. Крилесс всё это время стояла рядом.
- Вы победили, теперь можете идти. Жить будет, почти ничего не сломано, - выпалила триллка, ввела капитану гипоспреем раствор, ускоряющий восстановление нервных тканей и прошлась регенератором по руке. К счастью, суставы не пострадали.
Крилесс развернулась и отправилась в научный отдел. Доктор Бран ввела Питеру тен Волде стимулятор, чем привела в сознание.
- Что...Крилесс, где она? - спросил он, увидев перед собой интерьер медотсека и возмущённое лицо Джулианны Бран.
- Лейтенант Крилесс отправилась на своё рабочее место. У вас небольшое сотрясение мозга, вы были без сознания. Необходимо восстановление нейронных связей, этим займётся доктор Селар, когда освободится. Ещё у вас была сломана рука, но процесс заживления уже почти завершён. Рекомендую её дождаться.
- Спасибо, лейтенант. Кстати, как себя чувствует субкоммандер?
Джулианна кивнула в сторону звукоизоляционного поля, за которым находились Селар и Селтак. Вулканка водила вокруг него медицинским трикодером и что-то говорила. Но капитан не мог разобрать и слова.

15
В гневных чувствах Сил вылетел из зала совещаний первым и направился прямиком в свою каюту, ни с кем из подчиненных по дороге не поздоровавшись.
- Андорианский эль, холодный! – Рявкнул он, добравшись до места назначения и сразу же прильнув к репликатору.
- Коммандер, вам личное письмо от доктора Ямагучи. – ответил ему компьютер, перед этим среплецировав заказ.
Услышав эту фамилию, Т'жеван вздрогнул, чуть не выронив стакан с холодным элем из рук. Официально доктор Осаму Ямагучи был его психиатром, помогал справиться с посттравматическим синдромом. Когда многочисленные осмотры на звездной базе двадцать четыре были закончены, тот каждые две-три недели писал Силу письма, где советовал как себя вести в тех или иных ситуациях, бороться со стрессом и тому подобное. Но это только официально.
На самом деле, Ямагучи скорее всего не было никакого дела до Т'жевана, ведь тот уже перестал быть его пациентом. Вместо доктора, письма ему писал совсем другой человек, с которым коммандер тоже познакомился на звездной базе. Письма от доктора для него были очень удобным прикрытием, в которых он прятал зашифрованный текст предназначавшийся только для коммандерских глаз.
Отпив немного эля и присев за свой стол, Т'жеван принялся за расшифровку сообщения. Незнакомец оставил его в неведении в свое время, не рассказав ему кто он такой и какие преследует цели, но Т'жевану было все равно. Самое важно, что с помощью этого человека, он сможет поймать предателя, что уже очень давно сливает жизненно важную информацию. Но вообще, по собственным предположениям Сила, «доктор Ямагучи» вполне походил на сотрудника очень внутренних и очень секретных служб Федерации, возможно даже полумифической «Секции тридцать один», но наверняка знать было нельзя.
Закончив с расшифровкой, Сил прочитал полученный текст:
«У вас гость на корабле. Еще один. На этот раз вполне официально, но ромуланец. Так что не завидую. Кого бы Империя не прислала, он скорее всего никто. Так громко на контакт со связными не выходят. Но если верить одной из теорий, наш маленький крысеныш вполне может торговать информацией. Зуб даю, что такую возможность он не упустит и воспользуется любым способом подобраться к почетному гостю и поболтать с ним наедине. Наблюдайте за ромуланцем, старайтесь не спускать с него глаз. Жду отчета через месяц, инструкции по новой шифровке приведены ниже.»
Т'жеван как раз прикончил свой эль и отложил падд со стаканом в сторону. Андорианца вполне можно было назвать параноиком, но «доктор Ямагучи» ему ни в чем не уступал, меняя шифровки с каждым новым письмом. Наверное, у него на то были свои причины. Поднявшись с кресла, Сил сверился со звездной датой. С совещания прошло не так много времени и он точно знал, что Селтак сейчас либо неподалеку, либо в самом мед-отсеке и поэтому первый помощник направился туда. Т'жеван точно не ждал там никого кроме доктора Бран и субкоммандера Селтака, ну может еще парочки медсестер. Уж точно он не ожидал увидеть там капитана.
- Первый? – Вопросительно посмотрел на него тен Волде
- Что-то случилось, коммандер? У вас обеспокоенный вид. – Обратилась к нему Бран с трикодером наготове.
- Нет, со мной все в порядке… - начал было Сил, намереваясь избежать осмотра, но на него тут же напал Питер.
- Тогда, что вы тут делаете, первый? У вас что нет своей работы?
- Ну… сейчас не моя смена и я уже проверил боеготовность корабля несколько раз… - тут его взгляд скользнул по доктору Селар, что находилась за силовым полем и переговаривалась с их гостем.
- Что… что там происходит? – Неожиданно спросил коммандер.
- Осмотр пациента. – Ответила ему Джулианна. – Вы ведь были на совещании и знаете, что субкоммандеру необходимо пройти осмотр.
- Я знаю, но почему за силовым звукоизоляционным полем? К чему такая секретность?
- Доктор Селар запретила мне провести осмотр субкоммандера, - разочарованным тоном ответила ему Бран, - она очень быстро оказалась здесь еще до того, как я успела что-либо начать и заявив, что во избежание каких-либо дипломатических казусов, сделает все сама и «без лишних ушей». Вся полученная информация должна быть засекречена.
- Это еще почему? – Вспылил Сил, поразившись происходящему. Вполне возможно, что сейчас там за барьером Селар рассказывает Селтаку все выведанные ранее секреты. – Немедленно опустите поле!
- Коммандер, но...
- Первый! – Громогласно произнес тен Волде, попытавшись опереться на сломанную руку и завопив от боли, упав обратно на биокровать. – Что, черт подери, вы себе позволяете!?
- Капитан, пожалуйста, успокойтесь, - вмешалась Джулианна, - вам пока еще рано двигаться.
- Немедленно. Покиньте. Мед-остек. – По тен Волде можно было заметить, что он не шутит, его лицо приняло багровый оттенок и он словно готовился к выпаду, намереваясь как следует влепить своему первому помощнику. Его можно было понять: только что его как следует отделала лейтенант и скрылась из виду еще до того, как он пришел в себя, так что Питеру необходимо было на ком-то отыграться и учитывая нахальное поведение коммандера этим кем-то вполне мог стать именно он.
Буквально прочувствовав на себе всю силу этого гневного взгляда, Т'Жеван ничего не говоря развернулся на каблуках и вышел из мед-отсека. Он намеревался как следует пообщаться с Селар, когда у него появится время.

16
Наконец в медотсеке наступила тишина, и в голове капитана теперь не было ничего, кроме боли и звука бесконечно катающегося по кругу шара для боулинга. Краска постепенно начала сходить с его лица, и он сам себе пообещал, что обязательно проведет для своего первого помощника воспитательную работу. Затем он вспомнил, что его только что отправила в нокаут одна из его подчиненных, просто потому что той захотелось поспорить со старшим по званию, и издал болезненный смешок над собственной иронией.
- Могу я поинтересоваться, что произошло? - прозвучал женский голос где-то в дымке, все еще окутывающей капитанские глаза, сквозь которую он пытался разглядеть доктора Селар и ромуланского консультанта.
- Скажем так, - ответил капитан триллке и, перестав сопротивляться, позволил гравитации вернуть свою голову на подголовник, - Наш офицер по астрофизике выдвинула "научное предположение" о произошедшем в нейтральной зоне. Выдвинула, как видите, решительно... У меня там есть рассечение?
- Нет, только отек, - Джулианна чуть внимательнее присмотрелась к капитанскому лицу.
- А заодно, - продолжил Питер объяснять свою травму, - Она стала первым ученым, который убедительно опроверг третий закон Ньютона.
- Хотите, я дам Вам анальгетик?
- Нет, не стоит, - остановил ее капитан, разминая свою немного ноющую челюсть, - Вас в академии не учили, как правильно лечить переломы?
- Это было на первом курсе, - ответила она, ничуть не задумываясь, хотя по лицу было видно, что она явно пребывает в каких-то своих заботах, - Первым делом учат работать руками. Лишь в последнюю очередь - приборами.
- Обнадеживает, - ответил он, хотя и так прекрасно знал, чему сейчас учат в академии, - А лечить офицерские травмы учили?
- Офицерские травмы? - растерялась она и явно отвлеклась от своих дум.
- Да, офицерские травмы, - кивнул Питер, - У меня только что серьезно пострадала гордость. Скорее всего, это перелом со смещением.
- Пожалуй, это уже не по моей специальности, - наконец-то выдавила она из себя улыбку.
- Странно, - указал ей капитан носом на доктора Селар, - Я думал, изучить гостя поручат Вам.
- Доктор Селар решила, что она подходит больше для столь деликатной задачи.
- Ее право, - вновь выдохнул тен Волде, - Кстати, а Вы знаете, что такое "врачебная тайна"?
- Конечно, сэр.
- Ну так вот, - перешел капитан на зловещий полушепот, - То, что я тут валяюсь, и все, что я Вам только что рассказал - это врачебная тайна.
Бран понимающе кивнула.

17
Пока все, так или иначе, крутились вокруг персоны Селтака, а некоторые вовсе поправляли здоровье после незапланированного нокаута, Финштад успел провести, вместе с инженерной службой, диагностику третьего уровня в главном репликационном узле, потому что Лейтенант Ори заметил, что вместо виноградного сока, ему был создан стакан полный мертвых дождевых червей. Поэтому после длительного и утомительного разноса и чтения лекции для бригады надзора за работой, злополучных, репликаторов, на тему “Важность чистки базы данных или основная причина неисправности репликационных устройств”, Бьорн направился в свою каюту и, приняв звуковой душ, решил провести заслуженное свободное время в голодеке, в надежде, что там дождевых червей он не увидет. Через несколько минут, облачившись в темно-лазурное поло с лычками на воротнике, белые шорты-карго в тонкую голубую полосу и неопреновые ботинки, Финштад направился к голодеку номер два, по пути здороваясь с проходящими мимо людьми и тихо что-то насвистывая себе под нос.
- Компьютер, - обратился к компьютеру Бьорн, стоя рядом с голодеком, - открыть двери.
- Невозможно. В данный момент голопалуба занята. – Невозмутимо ответил ему женский голос “Марии”
- Кто в данный момент там? – Спросил Финштад, потирая виски.
- Лейтенант Макаров, а так же шесть энсинов и два младших лейтенанта службы безопасности.
- Название программы? – продолжал он заваливать вопросами компьютер, раздражаясь всё сильнее после каждого его ответа.
- Абордажные учения, сценарий номер 34 “Ведение круговой обороны в условиях полного окружения” Автор лейтенант Макаров, звездная дата создания 53619.88.
- Остановить программу, приказ начальника инженерной службы. Сохранить последние координаты проекций в личную базу лейтенанта Макарова. Открыть двери. – Бьорн быстро вошел внутрь и тут же велел закрыть двери, после чего створки захлопнулись.
Внутри было темно, мрачно и пахло ромуланской архитектурой и потом. Голограммы агрессивно настроенных ромулан застыли в воздухе с дисрапторами третьего типа направленными на “группу высадки”, которая спина к спине стояли в некотором подобии баррикады на скорую руку, сварганенной из ящиков и прочей ерунды.
- Как это понимать? – Раздраженно спросил Бьорн подойдя к лейтенанту Макарову.
- Мы проводим учения, сэр – Невозмутимо ответил ему тот.
- Какие, к черту, учения?! Вы понимаете, что было бы, если бы эмиссар увидел всё это!? Мало того, что прямо перед атакой на Дэдэридекс, с прямым приказом “Уничтожить на месте” и прямым запретом капитана на абордаж, вы тренируете абордажную команду, так вы еще делаете это в публичном голодеке, в паршиво изображенных декорациях ромуланской боевой птицы!
- Но, сэр, могут произойти любые сценарии. Я лишь хочу держать своих людей в боевой форме, чтобы в случае чего мы могли быстро среагировать.
- Но не здесь же и не в такой обстановке! – Финштад протер лоб от выступившего на нем пота, - забирайте своих людей и тренируйтесь под палубой кормового ангара! Это приказ!
- Есть, - Макаров отдал честь и забрав с собой команду, уныло двинулся на выход.
- Это что, форма двухсотлетней давности? – Финштад рассматривал “Замороженного” ромуланца, - А черт с ним… Компьютер, закрыть существующую программу и открыть программу “Регата. Берега Панамы. Кубок Карибской Марины” Два часа дня, ясная погода, полный бакштаг.
Интерьер Ромуланского корабля пропал и на его место пришел морской солнечный день. Вокруг были слышны скрипы снастей, такелажа и громкие крики чаек. Море было усыпано дюжиной маленьких одномачтовых яхт, на которых суетились команды участников.
Бьорн оказался на великолепной белой яхте с огромным голубым парусом и названием “Мария Кьюри” вытесанном золотыми буквами на корме. - Дорогие яхтсмены! – Прозвучал громкий голос рефери, орущего в микрофон, - Тридцать пятая, ежегодная Карибская Регата - Открыта! Поднимайте паруса, снимайтесь с якоря и отличного вам попутного ветра! – Прозвучал гудок и яхты быстро поплыли вперед.

18
Предложение Макарова вызвало у Мураки явное недоумение. Лейтенант сделал большой глоток кофе и проникновенно посмотрел в глаза подчиненного. Будь он не столько морально и физически вымотан он бы начал рассказывать об опасностях абордажного сражения и практической недостижимости условий при которых можно было хотя бы попытаться атаковать вражеский корабль таким образом, если ты не борг конечно, но силы уже давно оставили исполняющего обязанности начальника службы безопасности. Махмуд скорчил кислую мину и тихо протянул:
— Лейтенант, Вы как я вижу медаль захотели получить, естественно посмертно? — немного надменно, но в тоже время почти по отечески, сказал Мураки. — Вы неплохой парень и ребята у Вас бравые, но увольте, если мы хотя попытаемся то медальки получим мы все и земельный участок казенный — два квадратных метра с видом на академию Звездного флота, красота! Только понаблюдать за этим мы не сможем, не думаю, что мусорщики будут отскребать наши останки уж очень тщательно, — язвительно прокомментировал он, - Скажу проще забудьте об этой идее, у нас нет точных планов корабля, экипаж которого насчитывает более полутора тысяч злых ромулан и даже если Вы туда попадете то шансов захватить его у Вас просто нет – математика чтоб её. Но для того чтобы вы попытались мне придется бить очень аккуратно и прицельно, подставляясь под огонь Птицы намного дольше чем необходимо. Хм, как бы объяснить, давайте мы спустим на Вас бешенного бульдога и вместо фазера дадим биту и руки свяжем за спиной, вот примерно что-то такое и выйдет. Так что нет и еще раз нет. Более того, я могу посоветовать лишь никому не рассказывать про эту идею – засмеют. Если это все то я Вас услышал и Вы меня тоже. Свободны. – Рявкнул Мураки и тяжело вздохнул: «Мда, хорошо, что я не пошел в пехоту – частые удары по голове явно сказываются на умственных способностях», - едва не ляпнул он, но вовремя поостерегся. Кажется, этот инцидент мог стать началом маленькой корабельной вражды, но Махмуда это интересовало в последнюю очередь.

19
- Да, пожалуй тут Вы правы, идея действительно слишком рискованная, - заметно понизив голос ответил Махмуду Макаров, сделав еще небольшой глоток напитка. Конечно, с одной стороны от "бравого наскока на ромулан" сквозило своей особенной "боевой романтикой", но с другой стороны - операция действительно грозила довольно серьезными потерями личного состава, да и к тому же насчет существенной сложности задачи "вывести из строя звездолет противника, но не уничтожить" аль-Мураки был совершенно прав.
- Но с другой стороны, сэр, - продолжил Николай, внимательно смотря на своего непосредственного командира, - мы будем самыми распоследними дураками в этой Галактике, если просто так позволим ромуланам подчистить следы того, что они затевают. Можете считать меня слишком подозрительным, но в данном случае я уверен, что эти ромуланские прохвосты действительно что-то затевают, причем нам это что-то с гарантией не понравится...
"И что бы там они не затевали, нам это точно и однозначно не к добру", - просебя добавил лейтенант, лихорадочно перебирая в голове варианты их (экипажа "Марии Кюри") дальнейших действий. Расчет на десантную операцию, пожалуй, действительно был слишком самонадеян и рискован. С другой стороны - позволять всему пройти ровно так, как этого хотел ромуланский посланник Селтак было, по мнению Макарова, не менее глупым, да к тому же еще и опасным (причем, возможно, опасным для всей Федерации) ходом. Потратив еще несколько секунд на размышление и "прокручивание в голове" возможных планов дальнейших действий экипажа, кажется он нашел еще один возможный вариант. "Лазейку", которая в теории могла бы позволить им узнать хоть немного больше (чем те куцые обрывки информации, что передал им Селтак) о ромуланских планах и причинах того, что произошло с мятежным "дедеридексом".
- Сэр, пускай идея с десантированием действительно не самая удачная, соглашусь. Но, - Николай снова внимательно посмотрел на шефае безопасности, - Вы то сами как считаете, неужели мы должны дать ромуланам возможность прикрыть свои делишки, уничтожить все улики и даже не попытаться выяснить, что именно не так со всей этой историей с мятежной "хищной птицей", а возможно и не только с ней?

20
— Лейтенант, не считайте руководство идиотами и занимайтесь своими прямыми обязанностями. Впрочем, если хотите поговорить о ромуланских делишках то обращайтесь к капитану. Задачей службы безопасности является обеспечение силовой безопасности корабля, лезть в межзвездные интриги лично я не намерен и Вам не советую. Впредь я Вас больше не задерживаю. До свидания — гневно протараторил Мураки. Руководить людьми ему конечно нравилось, но иногда складывалось впечатление что подчиненные строят из себя клинических идиотов, да еще и лезут не в свои дела – к такому сложно привыкнуть.
Опасения Макарова были понятными, но то что он пытался донести всем очевидные вещи, преподнося их в качестве вселенской тайны, в лучшем случае, вызывало лишь ироничную улыбку. Даже не принимая во внимание его «гениальную» идею о попытке штурма вражеского линкора, лейтенант брал на себя слишком много. Ромулане всегда что-то затевают и всегда чего-то недоговаривают и с ними всегда нужно быть настороже это аксиома Звездного Флота, это вбивается в подкорку с того самого момента как ты переступил порог академии, пусть не прямо, но это обыденность, такая же обыденность, как и то что их родичи вулканцы – заносчивые ублюдки, но наши заносчивые ублюдки.
Спать хотелось все так же сильно, раздражающий разговор с подчиненным отнял остаток сил. Махмуду хотелось только плюхнуться в кровать и спать до второго пришествия – долго, особенно учитывая то что он был закоренелым атеистом как, впрочем, и абсолютное большинство флотских. Ноги сами понесли его до каюты и лишь спрятавшись от всех напастей в своей каморке он залез под одеяло, реплицировал себе бутылку пива, включил очередную серию какого-то древнего сериала и медленно погрузился в дрему.

21
Спустя какое-то время, находящееся между двадцатью минутами и тридцатью часами, Селтака все же выпустили из-под звукоизоляционного купола. Гостя преследовали те же смешанные чувства, что и капитана, которому приходилось лечить свои травмы в его присутствии. По его (Селтака) выражению лица можно было понять, что все эти процедуры для него были пусть и необходимыми, но все же самыми натуральными хлопотами. Ведь все было просто: сломал руку – иди в лазарет, подхватил какой-нибудь инопланетный грибок – иди в лазарет, кто-то решил доказать тебе свою научную теорию – само собой в лазарет. Но задерживаться в лазарете, находясь при этом в добром здравии – это было столь же бессмысленно, сколь и утомительно. В конце концов, никому не хочется терять кучу времени просто на то, что люди в медицинской форме осматривают тебя изнутри и снаружи, что-то записывают, задают вопросы, загадочно дергают своей бровью, а потом отвечают «Свободен».
Капитан уже вставал с койки и собирался покинут лазарет, когда доктор Селар поднесла к его шее гипошприц, издавший характерный пшик.
- Ноотроп? – спросил Питер, потирая место инъекции.
- Ноотроп, - подтвердила Селар, убирая прибор.
- С намеком?
- Если и так, то с невольным.
Капитан спрыгнул с койки и немного потоптался на месте, разминая ноги и спину.
- Что думаешь?
Селар закрыла ящик и развернулась, явив Питеру немного напряженное выражение лица.
- Это было глупо, - заключила она емко и лаконично, резко расслабив плечи на выдохе.
- Не спорю, - на секунду стыдливо оторвал он от вулканки свой взгляд, - Но я не об этом спрашивал.
- Я не могу тебе выдать точное профессиональное заключение.
- Тогда выдай мне предварительный вывод.
- Состояние субкоммандера Селтака удовлетворительно.
- Удовлетворительно? – переспросил задумчиво капитан, взглядом прощупывая весь медицинский отсек в поисках любопытных предметов, за которые могло бы зацепиться внимание, - Иногда мне кажется, не слишком ли мы ему досаждаем?
- Медицинский осмотр – обязательная практика для всех находящихся на борту, - продекларировала она правило, которое капитан и так прекрасно знал наизусть.
- Да, я знаю, - попытался убедить ее капитан в том, что и так прекрасно знает это правило наизусть, - Но к его персоне слишком большое внимание.
- У нас есть логичные основания не до конца доверять ромуланскому представителю.
- В любом случае, я сильно сомневаюсь, что они заслали бы к нам террориста под настолько громким предлогом. Все это как-то…
Капитана резко перебил писк интеркома, из которого затем последовал голос Мирии:
- Мостик вызывает капитана тен Волде.
- Тен Волде слушает, - отозвался капитан, не сводя глаз с Селар, которая в свою очередь занималась тем же самым. Ни одному врачу не понравится, когда друг друга травмируют и калечат члены его собственного экипажа. Даже вулканцев в определенной степени это может несколько раздражать. Селар это раздражало более чем заметно – ее руки были сложены за спиной немного не под тем углом.
- Капитан, мы подлетаем к нейтральной зоне.
- Хорошо, - зачем-то кивнул Питер интеркому, - А почему Вы говорите это мне, а не первому помощнику?
- Первого помощника в данный момент нет на посту.
- Бардак! – зачем-то оскалил он зубы на интерком, и понял, что ему все же следует придумать повод выгнать Крилесс со своего судна, - Ладно, у Вас есть план полета?
- Конечно есть, сэр. Готова в любой момент притворить его в жизнь!
Проклятая болианская оптимистка имела наглость отвечать капитану энергичным тоном, ломая ему настроение для злости, разочарования и стресса. Капитан пообещал себе, что однажды понизит ее до пилота карусели.
- Притворяйте немедленно, - попытался тен Волде скрыть в своем тоне напыщенное недовольство, - Облетаем вдоль границы систему за системой. Иванова, Вы на мостике?
- Да, сэр! – точно так же энергично ответила Крилесс, и капитан понял, что против него зреет заговор, и его первый помощник точно в чем-то был прав.
- Тогда слушайте, на Вас задача изучить каждую молекулу и каждую электромагнитную волну на пути. Малейшие колебания энергии накрывать тахионной сетью. Любые аномалии проверять зондами. То, что поддается сканированию – сканировать. То, что не поддается сканированию – все равно сканировать.
- Сэр, вы уверенны, что тахионная сеть их обнаружит? – внезапно послышалась учтивость в ее голосе.
- Один раз наш аванпост их уже засек. Они точно не обладают идеальной маскировкой.
- А Вы подумали над моими словами? – все так же учтиво спросила она, но капитан понял, что это такое своеобразное клингонское издевательство.
- Подумал, - сохранив самообладание, прошипел капитан, - Сканируйте на все подряд. Мне плевать, найдете вы там гравитационную петлю или космический зажим для галстука. Ищите. Конец связи. – Капитан отключил интерком и позволил себе немного расслабиться. Для него этот день выдался ужасным, и он изо всех сил пытался сосредоточиться на миссии, чтобы отвлечься от покалывающего чувства уязвленной гордости. Но мысли о ромуланской птице в голову лезли столь же навязчиво, сколь и сама птица под сенсоры федерации.
- Зайди ко мне после смены, - прозвучало медицинское предписание главврача.

22
Досконально прочесать пространство больше тысячи световых лет в ширину и Q его знает сколько в длину? Да ерунда-вопрос! Никто и не говорил, что будет легко.
На установку оптимального алгоритма сканирования у Мирии ушла почти вся оставшаяся на сегодня вахта. Казалось бы, простой приказ - полное сканирование такого-то участка. А что сканировать будем? Сканировать всё. А что "всё"? Вообще всё. "Не-е-е, я же компу-у-утер, я абстрактно мыслить не уме-е-ею, я еще ма-а-аленький". Не беда! Настроим вручную! Полный спектр звёзд (Oh Be A Fine Guy Kiss Me!), каждый тип планет от D до Y (Жаль, к этой классификации запоминающейся фразы не придумали), включая планеты-сироты, планеты-карлики, разумные планеты, искусственные сооружения, совершенно-точно не являющиеся лунами, астероиды, туманности, кометы, корабли, аномальная активность...
В итоге переговоры с компьютером закончились успешно и изрядно вымотанная, но довольная собой, болианка сдала вахту и направилась прямиком на голодек. После такого долгого сидения на одном месте тело умоляло о разминке. Подъем на одну из хамарских гор идеально для этого подходит. В последнийй месяц у Зовы никак не хватало времени отдаться скалолазанию и от этого еще больше не терпелось снова вдохнуть полной грудью этот свежий горный...
"Невозможно, в данный момент голопалуба занята" болианка взглянула на название запущенной программы. "Регата. Кубок Карибской Марины. Автор - лейтенант-коммандер Финштад" Эх... остальные голопалубы, похоже, тоже пока заняты. Ну ничего, подождем! А пока можно расслабиться в Тен-форвард, заодно с людьми познакомлюсь поближе.

23
Пришлось достаточно долго ждать, пока у Селар закончится смена и она выйдет из лазарета. Сил решил, что пока еще рано нападать на нее с вопросами и проследил за ней. Доктор направилась в кают-компанию, где среплицировала себе пломик и собиралась пообедать. Т’жеван не особо удивился этому, ведь вулканцы не отличались разнообразием времяпровождения. Дабы не привлекать внимания, он взял себе стакан воды и занял место в трех столиках от Селар, не спуская с нее глаз. Последняя не очень торопилась со своим пломиком, изучая какие-то данные и не смотря по сторонам.
- Коммандер! Тут ведь свободно? – Послышался голос со стороны.
Силу очень хотелось ответить, что занято, но он решил, что компания за столом поможет ему еще лучше смешатся с толпой, поэтому он молча кивнул.
- Вода, сэр? Отличный выбор, я замечу. – Попытался пошутить его собеседник, наконец присев. Сил бросил на него короткий взгляд и узнал энсина Григорьева, чрезмерно улыбчивого сегодня.
- Энсин, тут выполняется важное задание, которое касается безопасности корабля.
- О, я не сомневаюсь, - схватился за приборы Григорьев и принялся за еду. – Я так понимаю, они напрямую касаются нашего любимого доктора?
- Черт, - слово, которое не часто можно услышать от андорианца. Сил заразился им от капитана, как-то раз неформально пообщавшись с ним. Т'жеван сильно пожалел, что не начал хоть какой-то диалог с энсином и теперь тот все знает. Коммандер начал хаотично придумывать план по внедрению энсина в операцию, но тот его опередил.
- Хах, коммандер, видели бы вы свое выражение лица сейчас. Можете не беспокоиться, я никому не расскажу о ваших тайных чувствах.
- Чувствах? что? – Оторопел Сил и сразу же замолчал, чтобы не сказать еще чего-нибудь компрометирующего. Григорьев ошибался, но ошибался в очень правильном и выгодном направлении. – О… это так заметно?
- Ну, если не вода в одиночестве выдала вам, так ваш взгляд точно. Я думаю, стоит подойти к ней и завести с ней разговор… на какую-нибудь нейтральную тему. Хотя, если как следует подумать, то это не сработает, ведь она вулканка. В любом случае, просто сидеть и пялится вот так – не вариант. Вы уж извините, коммандер…
Пока Григорьев продолжал строить теории о знакомствах с вулканцами, Селар как раз закончила свой пломик и направилась к выходу. Сил поднялся со своего места, намереваясь проследовать за ней.
- А знаете что, энсин? Вы правы, я прямо сейчас пойду и поговорю с ней.
- Если я прав, то это может не сработать, если не усугубить… - попытался дать ему еще пару советов Григорьев, но Т'жеван уже был у выхода.
Нагнал Сил ее только в лифте. Там хватало других членов экипажа, поэтому он не вызвал никаких подозрений. Когда Селар вышла из лифта на нужной ей палубе, Т'жеван понял, что ему нужно заговорить с ней прямо сейчас. Доктор направлялась в свою каюту и Сил сверившись со временем убедился, что сейчас они с капитаном будут проводить непорядочно долгое личное время в ее каюте. Кроме того, это означало, что самому Т'жевану как первому помощнику прямо сейчас надо быть на мостике.
- Доктор, - наконец остановил ее Сил, оглядываясь по сторонам, проверяя, не рядом ли тен Волде. Вулканка развернулась к нему, молча ожидая вопроса.
- Мне нужно с вами, поговорить, доктор.
- У меня не много времени, но если это срочно…
- Да, это очень срочно, - перебил ее Сил, - мы даже можем поговорить прямо здесь.
- Я вас слушаю, коммандер.
- Сегодня вы проводили осмотр нашего ромуланского гостя, доктор. Мне нужно знать о чем вы говорили.
Селар никак не изменилась в лице, чего и можно было ожидать от вулканца. Но Т'жеван все равно думал, что она сейчас раздражена или все дело было в восприятии.
- Коммандер, - спокойно начала она, - это конфиденциальная информация, которая касается только пациента и его врача. Это в первую очередь. Кроме того, разглашение этой информации может повести за собой дипломатический скандал. - Я все прекрасно понимаю, доктор. Но тут речь идет о безопасности корабля, и пока вы скрываете нужную мне информацию, то являетесь угрозой этой самой безопасности.
За раздражением следовало бы возмущение, но у Селар был все тот же спокойный и нейтральный тон.
- Объяснитесь. Я не понимаю, о чем идет речь.
Сил зачем-то выпрямился, сложив руки за спиной.
- У меня есть все основания полагать, что на корабле завелся шпион. И этот шпион собирается выйти на связь с субкоммандером. Пока что, единственным, кто контактировал с Селтаком наедине, были вы. При этом никто другой вас слышать не мог. Именно поэтому мои подозрения легли на вас. – Сил полагал, что мог быть другой способ вычисления шпионов, куда более тонкий и аккуратный, но у него катастрофически не хватало времени и он просто не смог придумать другой план.
Селар замолчала на некоторое время, не моргая, смотря Силу прямо в глаза.
- Коммандер, - наконец сказала она, - откуда у вас такая информация?
- Из проверенных источников, в которых я уверен.
- Понятно. А капитан знает о вашей «охоте»?
- Нет. Я не делился с ним этой информацией.
- Почему?
- Потому что он явно не доверяет мне, или просто не хочет слушать, я не знаю, на самом деле. Я точно знаю, что если хотя-бы намекну ему на это, то он точно выгонит меня с корабля, если не… постойте! Это я задавал вам вопросы! Вы так и не ответили мне, о чем вы говорили с Селтаком?
- Как я сказала ранее, я не стану вам об это говорить и уже назвала причины. Могу лишь со всей уверенностью заявить, что я не шпион. И разговор между мной и Селтаком носил строго медицинский характер.
- Но, доктор… шпион бы сказал тоже самое.
- Логично. И логично было бы с вашей стороны задержать меня для допроса, раз уж у вас есть точная информация о шпионе на судне и подозрения на мой счет. Но вы не можете сделать этого, без ведома капитана, который вас слушать не станет. Вам остается только поверить мне на слово.
- Черт, - прошипел Сил. Он загнал сам себя в тупик и если Селар действительно была его целью, то только что она безоговорочно победила и будет продолжать воровать секретную информацию. – Ладно… хорошо. Я поверю вам, доктор. Вы знаете, я все-таки очень хотел бы донести эту информацию до капитана. Вы ведь сейчас проведете с ним личное время, может вы как-нибудь намекнете ему о шпионаже.
- Коммандер, вы прекрасно понимаете, что я не могу этого сделать без доказательств. Вы должны сказать ему сами, ведь у вас есть проверенные источники.
- Я все еще сомневаюсь, что он меня послушает, даже в этом случае.
- Я не знаю, как вам еще помочь, коммандер.
- Если вы действительно не шпион, то тогда я прошу вас не распространяться на эту тему. Очень важно, чтобы жертва не знала об охоте.
Селар кивнула, хотя Сил все еще подозревал, что она не воспринимает его слова всерьез. В любом случае, ему оставалось только дальше вести свои наблюдения и помалкивать.
- Первый, - послышался знакомый раздраженный голос тен Волде.
Селар поприветствовав его, сразу же направилась в свою каюту, оставив капитана и его первого помощника одних в коридоре.
- Первый, - снова повторил Питер, проводив Селар взглядом, - почему я вижу вас везде, но не на мостике, где вы сейчас должны быть?
- Простите, сэр. Я как раз туда направлялся…
- Через каюту доктора Селар?
- У меня с доктором был личный разговор медицинского характера, сэр. Очень срочный.
- Вот оно как, - капитан сразу же немного успокоился, - хорошо, первый. Тогда продолжайте свой путь на мостик. Мы подлетели к нейтральной зоне и ваше присутствие там сейчас необходимо.
- Сэр…
- Ну что еще?
- Мне бы хотелось поделится с вами своими мыслями о текущем задании. Это важно.
Тен Волде вздохнул. Это прозвучало почти болезненно.
- Так и быть, первый, я вас слушаю.
- Сэр, я считаю, что ромуланцы проводили испытания своего нового поля невидимости. Судя по всему, испытания эти были настолько засекречены, что часть ромуланского флота об этом была не в курсе. Отсюда и уничтоженная «птица» близ нейтральной зоны. Требуя от нас уничтожения корабля, Империя явно собирается замести все следы. Причем сделать это чужими руками.
- А как вы объясните трилитиевые бомбы? Зачем испытательному кораблю нести на себе такой опасный груз?
- Не знаю, сэр… но чувствую, что что-то здесь не так. Нас явно обманывают.
- Я не думаю, что субкоммандер Селтак обманывает нас. Если даже все то, что вы говорите, является правдой, в чем я сильно сомневаюсь, то вы всерьез считаете, что Империя в здравом уме послала бы сюда того, кто теоретически мог бы это все рассказать в случае непредвиденных обстоятельств?
- Почему бы и нет? Они послали к нам ромуланца, который знает когда и чего ждать и как надо действовать, чтобы стопроцентно похоронить эту военную тайну.
- Первый, я повторюсь: вы параноик. А теперь следуете на мостик. Раз уж вы так заинтересованы в происходящем, то я не понимаю, почему вы тратите свое время здесь.
Сил кивнул, не собираясь спорить, и направился к мостику. По дороге он задумался о происходящем и никогда бы не заметил проходящего мимо него энсина, если бы тот не был одет в яркую футбольную форму.
- Григорьев? – С недоумением уставился он на красного после беготни энсина, с которым он вроде как несколько минут назад разговаривал в кают-компании.
- Коммандер… простите за мой неряшливый внешний вид. Просто после смены я частенько играю в футбол на голопалубе… упал тут неудачно, вот в лазарет иду. Вы что-то хотели?
- А разве мы с вами только что не разговаривали в кают компании? – Прямо спросил его Т'жеван
- Что? Нет, сэр. Я последний час пробыл на голопалубе.
- Но… я ведь сидел с вами за одним столиком. Пил воду.
Григорьев посмотрел на него с плохо скрываемой обидой.
- Вы обознались, сэр. Такое бывает, ведь нас энсинов очень много и все в одинаковой форме, а вы коммандер один. Нам вас легко запомнить, а вам нас довольно сложно, но ничего, нам еще долго вместе служить. А теперь, если вы не против, я пойду, а то у меня рука побаливает.
Т'жеван проводил его взглядом и направился дальше своей дорогой, снова задумавшись над произошедшем. Если как следует подумать, то энсин Григорьев не называл своего имени в кают компании, Т'жеван узнал его по лицу, а на лица у коммандера память была не плохая. Во всяком случае, он не жаловался. А тут такой прокол. Наверное все это история со шпионажем виновата, надо было быть внимательнее.
Так, оказавшись на мостике, Т'жеван сел в кресло капитана и потребовал отчета о сканировании территорий близ нейтральной зоны. Никакой информации ни от одного из кораблей. Ничего удивительного, если учесть что «Келемвор» пролетел семьдесят световых лет никем не замеченным.
- Так, - сказал Т'жеван вслух, - нам нужно использовать любые ресурсы для поиска. Передайте Эмиссару Милоду, чтобы сообщал о любяых странностях, которые он почувствует за пределами корабля.

24
После того, как капитан и ромуланин покинули медотсек, срочные задания закончились. Джулианна сдала вахту, выдохнула и отправилась в свою каюту. Поначалу триллка подумала о голодеке, но как-то сразу отбросила эту мысль. Слова доктора Селар подняли в мозгу новую бурю волнений. Рассматривая в турболифте браслет, Джулианна думала - а стоит ли вообще ждать ответа? Знакомство было кратковременным, цивилизация - недоразвитой по меркам Федерации. А что, если у их расы тоже была принята эта гнусная схема, которую она видела у нескольких гуманоидных видов - знакомиться с самками, очаровывать надеждами на будущее, а затем исчезать, не оставив надежды на связь? Успокаивало то, что всё же, её возлюбленный имел мало общего с гуманоидами. Разве что стандартный набор двух ног, рук, глаз, одного носа и одного рта. Система же внутренних органов отличалась слишком колоссально. Джулианна тяжело и грустно вздохнула, вспоминая эти очаровательные и манящие жаберные дуги на шее и здоровую и крепкую систему дыхательных трахей.
Поездка на турболифте показалась триллке необычно долгой. Она потрясла головой, отбрасывая грустные мысли. Зайдя в каюту, Джулианна снова послала пару запросов по заданным координатам подпространственной связи. Ответа, как обычно, не было. Она пыталась поспать, но бессонница дала о себе знать почти сразу. Взяв с собой немного литературы о техническом устройстве спутников связи, Джулианна направилась в кают-компанию. Свободное время тоже можно провести с пользой. Хоть какой-нибудь.

25
- Что ж, так точно, сэр, - с явными стальными нотками в голосе ответил своему непосредственному начальнику Макаров. Если честно, подобное обращение было с одной стороны довольно грубым и пренебрежительным для самого лейтенанта, с другой - по сути аль-Мураки был по своему прав (в их, первого лейтенанта Макарова и и.о. шефа безопасности Аль-Мураки, непосредственные боевые задачи действительно ни в коем разе не входили попытки самолично лезть в политические дела галактического уровня), что впрочем, тоже по своему было тем еще поводом для того раздражения, которое прямо сейчас по отношению к сложившейся ситуации испытывал Николай. "Вот только бы, дай то Боже, чтобы это самое руководство не сделало одну боольшую ошибку, поверив Ромуланскому Военному Флоту", - мысленно добавил Николай, все еще испытывая явные сомнения и опасения по поводу той политики "а мы пока что поверим ромуланскому военному эмиссару", которую, по крайней мере публично, проводил в жизнь их капитан, а также легкое раздражение по поводу той отповеди (пускай, и это лейтенант вполне осознавал, по своему справедливой), которую он получил от шефа безопасности Аль-Мураки. Впрочем, с другой стороны, Устав Звездного Флота вполне однозначно гласил, что полученные военнослужащим приказы подлежат исполнению, тем более что он лично уже сделал все от него зависевшее в этой ситуации изложив имеющиеся у него опасения своему непосредственному командиру.
- Только бы нам не сделать в этом деле ту чертову ошибку, которую потом будет почти невозможно исправить, - почти неслышно прошептал себе под нос Николай, допивая свой напиток и резким движением поднявшись из-за стола. Кают-компания постепенно наполнялась матросами и офицерами, возвращавшимися с дежурства и собиравшимися провести скоротать тут часть отведенного времени отдыха. Как-то скорее неожиданно вспомнилось, что вахта самого Макарова на сегодня также успела закончиться, а потому он тоже мог воспользоваться вполне законным временем отдыха, причем голос здравового смысла подсказывал, что сделать это сейчас будет вполне правильным, учитывая что сравнительно скоро им предстояло отправиться в бой с мятежным ромуланским кораблем. Бой, исход которого предсказать было попросту невозможно и из которого они могли попросту не вернуться. Увлеченный подобными мыслями лейтенант позволил себе на пару мгновений отвлечься от окружающей действительности, впрочем и этих пару мгновений хватило, чтобы с размаху налететь на столик, за которым расположилась болианка в лейтенантской униформе, и только благодаря своим тренировкам ухитриться все же удержать равновесие.
- Простите за мою неловкость, мисс..., - почти машинально пробубнил сидевшей за столиком болианке Николай, заодно присмотревшись к последней и поняв, что они похоже именно ее Макаров видит или вовсе впервые или раньше просто не обращал внимание, - простите, наверное нас не успели представить друг другу. Если конечно, это не тайна, как Ваше имя то?

26
Раз уж активного отдыха не получилось, можно хотя бы расслабиться за чашечкой ароматного, пусть и реплицированного, чая. Это была мирина любимая смесь из вулканских, болианских и земных трав, программу которой она за годы службы уже запомнила наизусть, в силу частой смены мест. Одна из многих маленьких радостей в суровой жизни офицера звездного флота. Идеальный способ расслаби...
- Простите за мою неловкость, мисс... - неловко извинился молодой землянин, исполнив танец едва-не-упавшего-на-пол лебедя.
- Ничего страшного, моя униформа тоже наверняка хотела пить. - совершенно беззлобно ответила Мирия, попутно отряхиваясь от пролитого чая.
- Простите, наверное нас не успели представить друг другу. Если конечно это не тайна, как ваше имя то?
- От своих секретов не держим! Мирия. Мирия Зова. Я ваш новый навигатор, перевелась на Кюри около недели назад, на пост навигатора. А вот я вас помню! Вы были на утреннем брифинге.
- Лейтенант Николай Макаров, к вашим услугам. Я буду рук-руковожу командой высадки.
- Хех, повезло вам! Раз нынешняя миссия не включает в себя высадку десанта, для вас это, по большей части, бесплатный выходной!
Макаров поежился в кресле.
- Ну, кхем... У меня на этот счет свое мнение. Кроме того, хороший офицер всегда должен быть на чеку.
- Это правильно! - тут болианка вспомнила, что, кстати о таргах, форма все еще мокрая. - Я пожалуй, пойду к себе, переоденусь. Была рада с вами познакомиться, Николай!
- А я с вами, мисс...
- Мирия.
- Мирия.
- Надеюсь, еще увидимся! - улыбнулась на прощание Мирия и отправилась в свою каюту.

27
- Ну вот и поговорили, - слегка задумчиво и очень тихо (так, что едва ли это мог расслышать хоть кто-нибудь из сидящих рядом с ним людей) произнес "себе под нос" Николай, "проводив взглядом" удалившуюся, по видимому к себе в каюту навигатора-болианку.
Мысли о том, что "все это одна большая подстава" все еще продолжали "ненавязчиво стучаться в голову", пускай лейтенант уже почти убедил самого себя в том, что он сделал в данной ситуации вообще все, что мог и теперь все зависело от решений непосредственно командования звездолета. С одной стороны, это казалось самому Николаю правильным и логичным, но с другой стороны, возможная цена ошибки все равно вызывала более чем серьезное беспокойство. Проведя в подобных раздумьях следующие несколько секунд, Макаров в итоге все-таки решил пока что "махнуть рукой на всю эту ситуацию", тем более, что он уже действительно успел сообщить непосредственному командиру о своих опасениях, так что. "В общем, что бы там не случилось дальше, на все воля Господа. Нам же нужно только иметь мужество и веру принять Его волю как есть", - философски рассудил Николай, реплицируя себе еще стакан напитка и тратя следующую минуту на то, чтобы спокойно осушить и этот стакан. В конце-концов, вполне возможно уже завтра "Марии Кюри" действительно предстоял бой с мятежным дедеридексом, бой, из которого все они имели шанс отправиться прямиком на аудиенцию к Создателю, а значит, едва ли, с точки зрения самого лейтенанта, было правильным потратить этот вечер на бесполезные с практической точки зрения и беспокоящие с психологической опасения и раздумья на тему ромулан и их возможных планов и заговоров с интригами...

28
Журнал капитана, звездная дата 53640.9. Вот уже семь дней поисковая группа активно сканирует пространство, прилегающее к нейтральной зоне. Точное направление ромуланской птицы неизвестно, и вся наша зона охвата основана на предположении, что Келемвор не менял курса с момента его последнего обнаружения. Если же он это сделал, то сейчас он может быть уже где угодно, и двадцать семь кораблей Звездного Флота просто занимаются тем, что ищут отсутствующую иголку в стогу сена.
За последние несколько дней первый офицер несколько раз опоздал на свою вахту. В любой другой ситуации капитан бы его строго отчитал и назначил бы ему определенные взыскания, но с Силом был особый случай. Чем именно он был особым, Питер доподлинно не знал, поэтому стал опаздывать на свою вахту вслед за Силом. Однако, по мнению капитана он не опаздывал, а задерживался, о чем не забывал напоминать дежурным офицером, которые несли свою вахту восемь часов вместо положенных шести. Дежурные офицеры не смели жаловаться, а капитан не смел перед ними отчитываться. Тем более что оправдания его поступкам не было – он просто шпионил за своим первым помощником, и старался это делать более умело, чтобы об этом не ходили слухи по всему судну и в некотором радиусе за его пределами.
Настала пора возвращаться на мостик. Сделав шаг вперед из турболифта капитан резко остановился, воткнув свой ошеломленный взор в экран, и не заметил, как с ним кто-то поздоровался.
- Что это? – спросил он у Крилесс, указав носом в изображение тучи космических булыжников прямо по курсу.
- Астероидный пояс, - слегка удивленно ответила клингонская ученая, адресовав свое удивление глупому вопросу из уст капитана.
- Я знаю, - проворчал капитан, не сводя взгляда с экрана, - Я спросил «Что это?».
- Куча времени, пота и слез, - наконец-то сообразила Крилесс, каким должен быть правильный ответ.
- И… - неуверенно протянул капитан, на автопилоте добравшись до своего кресла, - …нам это никак быстро не прощупать?
- Этот астероидный пояс – уникальное явление, - в голосе Ивановой звучала явная злость, похожая на ту, что зрела сейчас в капитанской голове, - В нем много мощных источников дельта-лучей. Они создают серьезные помехи для сенсоров. Как вы, люди, выражаетесь, у меня по этому поводу есть хорошие новости и плохие новости.
- Сначала плохие.
- Из-за радиации нам сложно отличить природные образования от артефактов. Придется каждый булыжник изучать отдельно.
- А хорошие новости?
- Мне уже удалось их всех пересчитать, - оскалилась ученая в какой-то недоброй улыбке, - Двести девяносто четыре тысячи шестьсот восемьдесят девять объектов.
- Крилесс… - озабоченно протянул капитан, усевшись в свое кресло и накрыв глаза своей ладонью, - научитесь уже правильно формулировать степень положительности ваших выводов. Компьютер? Какова вероятность того, что ромуланская военная птица могла укрыться от наших сенсоров в этом астероидном поясе?
- Сто процентов, - уверенно ответил компьютер.
- Компьютер, - встряла Иванова, - Какова вероятность того, что ромуланская военная птица прямо сейчас скрывается в этом астероидном поясе?
- Определить невозможно, данных не достаточно, - ответил компьютер чуть менее уверенно.

29
Мураки нервно перебирал пальцами. Обстановка не прибавляла оптимизма, а спрятаться в работе уже не получалось – монотонные поиск вражеского корабля не лучшее занятие для того чтобы отвлечься. Махмуд проверил все свои заготовки трижды, прогнал симуляции детально насколько это вообще возможно и все было бы хорошо – компьютер отдавал победу «Марии», но лишь в большинстве случаев. Если жертва решит сама стать охотником, притаится где-то, а затем нанесет неожиданный удар то все становилось не так однозначно.
Приближение к астероидному полю вызывало беспокойство. Это было отличное место для того чтобы спрятаться или устроить засаду и именно поэтому они туда и следовали, но нервишки все равно пошаливали.
Лейтенант сделал себе чашку крепкого чаю и откинулся на спинку кресла – ждать оставалось еще очень долго.
Перебирая варианты он задумывался об отправке в астероидное поле нескольких шаттлов в минимальным экипажем для сканирования, но понял, что прячущийся ромуланский линкор они смогут обнаружить разве что врезавшись в него – слишком слабые сенсоры, слишком большие помехи и слишком хорошая маскировка. Нужно было придумать что-то оригинальное, но в изобретении всяческих чудо механизмов и прочем лейтенант был не силен. Он привык к простым, но эффективным решением, впрочем, был не прочь прибегнуть и к эффектным. Пусть инженеры копаются в тонкой электронике и строят очередное супероружие, а он тем временем займется своими прямыми обязанностями – придумает как это можно адекватно применить.

30
Несмотря на все усилия ромуланской и федеральной стороны держать нынешнюю миссию в секрете, молва о предполагаемых совместных учениях ромуланцев и Федерации быстро разошлась по двум квадрантам, заставив побеспокоиться и клингонов, и кардассиан. Дипломатический корпус поручил Вану уладить потенциальный конфликт с последними, на что у него ушла последняя неделя. Кардассианцев можно было понять - к ним никто не питал особой симпатии, а после войны они оказались наиболее уязвимы. Убедить их в отсутствии опасности было непросто, но, к счастью, эмиссару это удалось, благо обошлось без шаттла на Кардассию - он находил их климат слишком уж жарким.
После контакта с Галактическим Барьером он всё ещё весьма настороженно относился к своей телепатии, поэтому изначально к взаимодействую с Селтаком он подошёл без применения оной. Все попытки вербальным образом выудить из него хоть какую-то информацию были тщетны, равно как и попытки узнать побольше о ромуланцах в целом и субкоммандере в частности - тот язвительно-вежливым тоном отказывался от любых разговоров, не касающихся основной миссии. И даже когда Милод решился на телепатическое его сканирование, то нашёл разве что ненависть, сарказм и некое отчаяние. Кроме этого, он почувствовал, что ромуланин что-то скрывает, но едва ли это было вселенским откровением. Гораздо сильнее его волновал тот факт, что он не мог понять, что именно скрывает Селтак - видимо, тому провели тщательный инструктаж по взаимодействию с бетазоидами, прежде чем отправить в пространство Федерации.
Сим фактом капитан был разочарован не меньше, чем сам дипломат. В уютной обстановке капитанской рубки, они оживлённо обсуждали возможные скрытые мотивы Селтака, плавно перейдя к паранойе первого офицера и, в конце концов, к паранойе капитана относительно паранойи первого офицера. Вану очень не нравились взаимоотношения в высшем офицерском составе и только он собрался выразить всё своё недовольство, как резкий голос Крилесс пронёсся сквозь герметичную преграду между мостиком и капитанской рубкой. Судя по всему, на клингонских кораблях не пользовались коммуникаторами.
Ведомый интересом эмиссар проследовал на мостик вместе с тен Волде, и оказавшись там взгляд его сразу устремился на центральный дисплей. Он тщательно всматривался в него, прощупывая каждый пиксель в попытках найти там хоть что-нибудь отличное от светодиодов.
- Они здесь, - выдержав паузу утвердительно сказал он, чем обратил на себя внимание и клингонки, и капитана.
- Кто "они"? И где находится это ваше "здесь"? - стандартным раздражённым голосом спросила Крилесс у Милода.
- Ромулане, в астероидном поле, - ответил за него Питер.
- Спасибо, капитан, - поблагодарил его Милод, после чего продолжил. - Я чувствую присутствие большого скопления гуманоидов, но не чувствую их мыслей. Они.. судя по всему, весь экипаж без сознания.
- Весь экипаж? Вы уверены?
- Почти.
- А можете показать на карте где они находятся? - вновь встряла Иванова.
- Наверняка.
Как только курс был задан, болианская рулевая тут же направила Кюри вперёд, вальяжно огибая крупные астероиды. Сей космический танец занял около пяти минут, за которые на мостик уже успел явиться и ромуланский субкоммандер, и даже первый офицер, впервые за несколько дней столкнувшись с капитаном лицом к лицу. Они могли бы часами сверлить друг в друге сотни сотен дырок одним только взглядом, если бы клингонка не оторвала их от столь безумного интересного занятия свежим пересказом данных со своей консоли:
- Капитан, прямо по курсу боевая птица, класс Д'Дэридэкс. Вывожу на экран.
Казалось, картинка на экране не сменилась - всё те же космические булыжники, разве что плотность их изменилась.
- Увеличить изображение.
И вот теперь еле заметное зелёное пятнышко где-то на заднем плане приобрело очертания ромуланского крейсера.

31
Все присутствующие на мостике в данный момент были заняты важным делом - изучали контуры беглого корабля. Не нужно было быть великим инженером, чтобы понять, что экран демонстрировал им Д'Деридекс, но у некоторых все еще оставались сомнения по поводу того, что это именно тот самый беглый корабль, который поставил на уши несколько секторов. Лишь только субкоммандер Селтак, разглядывая изображение на экране, начал в тайне ото всех истекать слюной, и Милод не мог не почувствовать его возбуждение и мыслей о скорой награде за хорошую службу и скоропостижное повышение.
- Вот он, - произнес Селтак, сглотнув слюну, - Висит перед нами, как на блюдечке. Пустите меня за пульт, и я сам его уничтожу с одного залпа...
- Не торопитесь, - произнес капитан, и его рука ухватилась за ромуланский рукав, - Вам не кажется, что это как-то... не правильно?
- Конечно, кажется! - нервно выплюнул Селтак, вырвав свой рукав из капитанской хватки, - Я не ожидал такого исхода, но все могло быть гораздо хуже. Вот наш шанс! Надо пользоваться!
- Тактический анализ?
- Излучение сильно мешает сканированию, - отозвался Махмуд, испугавшись, что ромуланец его вот-вот вытолкнет с его собственного поста, - Если на корабле есть энергия, то по минимуму. Орудия и щиты не функционируют.
- Что? - переспросил капитан, не поверив офицеру по тактике и сам посмотрел на показания приборов, - Почему они без щитов? Какими нужно быть идиотами, чтобы отключить щиты при такой радиации?
- Вероятно, отчаянными идиотами, - встряла Иванова, - По моим расчетам их обшивка способна поглотить 70% излучения. Оставшиеся тридцать дадут смертельную для гуманоида дозу за четыре часа.
- То есть поэтому они все без сознания? - обратился первый офицер к эмиссару, - Они прямо сейчас умирают от лучевой болезни?
- Это единственный логичный вывод, - кивнул эмиссар.
- Сэр, - вновь привлек к себе внимание Аль-Мураки, - Я вижу повреждения на обшивке. Следы плазмы, дизрапторов и фазеров. Это определенно то судно, которое мы ищем.
- Постойте! - вновь встряла Крилесс, - На их обшивке микротрещины, словно их корпус подвергся сильному физическому напряжению. А еще следы лазеров. Они воевали не только с ромуланами и федерацией. Они точно подрались с кем-то еще.
- Капитан, - решила поделиться Мирия интересным фактом, - Не смотря на повреждения это судно было мастерски припарковано. Его траектория не пересекается ни с одним из астероидов. Навигатор явно мастер своего дела... - опустив глаза, болианка поправилась, - ...был мастером.
- Они все еще наши общие враги, - напомнил о своем существовании Селтак, - Капитан, мы здесь для того, чтобы уничтожить это судно.
- Вот как? Вы знаете, я был уверен, что мы ввяжемся в бой, - с подозрительностью в голосе проговорил тен Волде и устремил свой задумчивый взгляд обратно в экран, - Но тут иная ситуация. Устав гласит, что мы не должны нападать на судно, чьи враждебные намерения не доказаны.
- Капитан, они уничтожили Даллас! - прошипел Селтак.
- Ответственный за уничтожение Далласа либо уже мертв, либо при смерти. Это судно беззащитно и вот-вот станет кораблем-призраком. Вы знаете, что их убило?
- Радиация...
- Нет, радиация была лишь терминальной стадией заболевания, - тен Волде вдруг поймал себя на мысли, что к нему возвращаются медицинские привычки, - А вот что за болень заставила их сначала объявить войну двум фракциям, а затем вот так бесславно покончить с собой в этом астероидном поясе - не понятно... И причем тут трилитий?
- Да, причем здесь трилитий? - вновь подала голос Крилесс, - Вы знаете, субкоммандер Селтук...
- Селтак!
- ...что дельта-лучи со временем делают трилитий инертным? Какой-то хреновый у этого варбирда план вторжения!
- Так или иначе, вторжение состоялось! Один из ваших кораблей погиб, вам этого не достаточно?
- Обстоятельства изменились, - капитан оглядел всех присутствующих и заранее придумал, как будет объясняться перед несколькими адмиралами в том, что он отклонился от плана, - Нам нужно отправить группу на Келемвор и по возможности привести кого-нибудь в сознание и допросить. Жаль, подготовиться к высадке не было времени... Аль-Мураки, почему никому в голову не пришло подготовиться к подобному случаю?
- Но сэр...
- Все ясно, - заткнул капитан своего офицера по тактике, - Собирайте группу высадки. Передайте доктору Бран, что ей нужно приготовиться к тому, чтобы привести нескольких ромуланских пациентов с лучевой болезнью в чувства.
- Транспортеры в таких условиях превратят группу высадки в группу вывертки.
- Тогда собирайте группу в ангаре. И передайте доктору Бран, чтобы не забыла взять на всех по хорошей дозе радиопротекторов.

32
Последние несколько дней, которые "Мария Кюри" потратила на поиски ромуланских ренегатов в нейтральной зоне, нельзя было назвать особо насыщенными событиями. По крайней мере, именно таким образом дело обстояло для самого лейтенанта Макарова. За привычными делами и направленными на отработку абордажных и контрабордажных действий тренировками (пускай в базовом плане их действий непосредственные боевые действия на борту корабля, как ромуланского, так и, возможно, их собственного, не предусматривались, но тем не менее, задачей десантной группы и отрядов внутренней безопасности все таки являлось, в том числе, поддержание постоянной готовности к любым хотя бы теоретически возможным ситуациям) их прошлый короткий спор с лейтенантом аль-Мураки почти позабылся.
Словом, это был вполне обычный день, и лейтенант Макаров уже готовился заступить на очередную вахту, когда на его персональный коммуникатор пришел срочный вызов от лейтенанта Аль-Мураки, который все также являлся для Николая его непосредственным командиром.
- Лейтенант, кажется, Ваша идея была не такой уж глупой или сама судьба благоволит Вам. Собирайте группу высадки, через двадцать минут на ангарной палубе, - уязвленно прошипел голос Мураки по вокс-каналу, пытаясь скрыть надменные нотки в голосе. Получалось откровенно плохо.
"Вот это поворот, однако", - с изрядной долей удивления просебя произнес Макаров. Насколько он помнил из их последнего разговора "в живую", шеф безопасности Аль-Мураки был категорически против десантной операции, более того, он тогда привел вполне логичные и обоснованные (в том числе и с точки зрения самого Макарова) доводы, почему именно это было плохой идеей. Так что с учетом всего этого подобная перемена решения могла иметь только одну причину, и тут не надо было быть телепатом или особо осведомленным в делах старших офицеров звездолета человеком, чтобы понять, что что-то пошло очень-очень не по первоначальному плану, почему и потребовалась десантная группа.
Впрочем, сейчас эти рассуждения были совершенно ненужной лирикой - у лейтенанта был приказ, и этот приказ требовал немедленного исполнения.
- Будет исполнено, сэр, - отчеканил в ответ Николай, стараясь скрыть удивленные нотки в своем голосе, - Я соберу группу и доложусь по готовности к вылету...
Дождавшись, пока Аль-Мураки оборвет соединение, Макаров активировал консоль корабельной инфо-сети и сделал голосовой запрос:
- Компьютер, прошу предоставить имеющиеся данные по цели десантирования, а также отправить запрос на подготовку шаттла к вылету..
- Запрос принят, - отозвался центральный компьютер привычным мелодичным голосом, - целью десантирования является ромуланский звездолет типа "Хищный Птица", класс "Дедеридекс". Точная планировка неизвестна, состав живой силы противника на борту - неизвестен, корабль имеет экстенсивные боевые повреждения внешней обшивки. Цель операции, согласно приказа капитана Тен Волде - захват пленника для допроса. Внимание - на борту цели зафиксированы опасные уровни дельта-излучения, рекомендуется принять меры к защите от радиационного поражения.
"Дельта-радиация", - также просебя проговорил лейтенант, параллельно "прогоняя в голове" все возможные последствия этой далеко не самой однозначной новости. С одной стороны - дельта-излучение (пускай последствия не слишком высоких доз такового умели лечить) представляло собой смертельную угрозу, если человек получал слишком высокую дозу, с другой стороны - оно же вероятно значило, что значительная часть живой силы противника уже наверняка эту самую высокую дозу радиации получило и сейчас либо уже мертвы, либо небоеспособны.
- Ну что ж, - скорее себе под нос, чем обращаясь к внутренней компьютерной системе корабля, произнес Макаров, дальше обращаясь уже к бортовому комьютеру, - передай десантной группе приказ на сбор в главном ангаре. Снаряжение - класс два плюс противорадиационные костюмы и по два комплекта одноразовых инъекторов с радиопротекторами. Сбор через пятнадцать минут.
Прослушав столь же стандартный ответ, что приказы переданы, лейтенант быстро выключил терминал, и, погасив освещение вышел из каюты. Дальше его путь пролегал через арсенал (где он вооружился фазером второго типа, фазерной винтовкой, облачился в противорадиационный костюм (пока, правда, не герметизируя шлем) и взял уже приготовленные две разовых повышенных дозы радиопротектора), и через один из центральных турболифтов - к ангару. К означенному Аль-Мураки времени десантная группа была уже в полном сборе, со всем необходимым снаряжением, а потому Николай активировал свой коммуникатор, и, установив канал связи с шефом безопасности Аль-Мураки, коротко доложился:
- Сэр, докладываю - группа высадки в сборе. Мы ожидаем приказа к началу операции, сэр...

33
Пользы свободное время принесло Джулианне довольно мало. Вскоре мятежный ромуланский корабль был найден, и лейтенант Макаров обрадовал триллку известием - её включили в группу высадки! В переносном смысле, разумеется, обрадовал. Доктор Бран не имела ничего против командира десанта и исследования опустевших кораблей как таковых, но лезть в горячие точки сама как-то не планировала. Судорожно вспоминая курс боевой подготовки, Джулианна начала собирать нужное количество противорадиационных препаратов.
- Николай Макаров земной противорадиационный раз, Бьёрн Финштад земной противорадиационный два...какая неожиданность, иии...один бетазоидский. Внезапно, - бормотала она про себя, глядя на список группы высадки на своём датападе.
Этим бетазоидом был энсин-учёный Эвол Лас, помощник Крилесс. Специализировался на различных видах излучений. "Неплохой выбор", - отметила про себя Джулианна. Схватив препарат для себя и нацепив на пояс медицинский трикодер, триллка отправилась в ангар.
Энсин Лас прибыл на место первым. Судя по трясущимся рукам и бегающим туда-сюда взглядом, он тоже нервничал.
- Первая высадка? - спросила доктор Бран у бетазоида, стараясь успокоить свои собственные нервы.
- Да...- промямлил энсин, начиная ходить взад-вперёд. Очевидно, эмоциональное состояние доктора сказывалось на нём не очень хорошо.
- Не волнуйтесь. Если что, нас прикроют. С нами ведь лейтенант Макаров! Кстати, как ваша голова?
- Ещё немного болит, по ночам.
- Странно, медосмотр показал, что все нейролептики были выведены из вашего обмена веществ уже три недели назад. Вы пробовали обращаться к советнику на станции, или говорили с эмиссаром Милодом?
- Да...мне сказали, что это психологическое. Пройдёт, не волнуйтесь. Это не помешает миссии.
Джулианна кивнула. От бессмысленного диалога нервы немного успокоились, поэтому к появлению Макарова и Финштада ей уже не хотелось лечь на пол и прикинуться смертельно больной. Сделав инъекции гипоспреем всем пришедшим участникам группы высадки, доктор Бран прикрыла глаза и приготовилась к страшному.

34
Участие в операции первого помощника - коммандера Сила Т'Жевана хотя и могло показаться на первый взгляд довольно необычным, особенно учитывая радиационный фон на корабле-цели, но хотя бы могло быть обосновано важностью миссии. В отличие от необходимости личного участия в операции офицера-медика, кажется, лейтенанта Бран, в чьи обязанности ну никак не входило участие в бою, скорее даже наоборот.
Впрочем, времени особо размышлять над вопросом "зачем и почему" у лейтенанта особо и не было. Как и делать какие-либо протесты, поскольку их шаттл уже летел по направлению к дрейфующему под жесткой бомбардировкой дельта-лучей ромуланскому боевому звездолету. "Ну что ж, терпи казак, атаманом блин будешь", - с легким раздражением по поводу "навязанной пассажирки из военно-медицинской службы" подумал Николай, тихонько вздохнув, и, прочистив горло, обращаясь к остальным участникам десантной группы:
- Что ж народ, итак, последние ЦУ переда высадкой. Про дельта-излучение на борту вы прекрасно слышали, потому перед выходом всем принять по одной полной дозе радиопротекторов и загерметизировать противорадиационные костюмы. На все про все у нас сорок пять минут, чтобы не получить высокий риск всех "прелестей" лучевой болезни. Если у кого-то разгерметизируется костюм - вкалываем вторую дозу и бегом назад к шаттлу. Наша задача захват кого-то из старших офицеров живым, а потому фазеры в режим парализатора. Сержант Чоу, Ваша задача присматривать за лейтенантом Бран и прикрывать ее, - Макаров сделал паузу, прекрасно понимая, что сказанная им сейчас фраза, да и то, что он собирался сказать далее скорее всего заденет самолюбие офицера-медика. Точнее, конечно же он не был телепатом, но вроде как эмоции триллов были схожи с человеческими, а потому подобное было бы вполне естественно. Как и то, что в сложившейся ситуации у него не было много времени объяснять и приносить извинения, потому лейтенант продолжил, обращаясь уже лично к триллке:
- Лейтенант Бран, к Вам у меня большая просьба - держаться рядом с сержантом Хельгой Чоу и никуда не отходить. Для Вашей же безопасности. Фазер, который Вам должны были выдать настроен в режим парализатора, а потому если враг окажется близко - не раздумывая наводите и стреляйте. И если мы все сделаем правильно - все вернемся живыми и без необратимых повреждений...

35
- Капитан, я вызываюсь в группу…
- Первый, вы отправитесь вместе с группой…
Эти фразы капитан и первый помощник произнесли одновременно, думая об одном и том же. У тен Волде это вызвало ухмылку.
- Надо же, первый, какое знаменательное событие – вы выполняете мой приказ и даже не перечите. Больше скажу, я еще и приказать не успел, а вы уже бежите.
- Все верно, капитан, - кивнул Сил и поднялся со своего места, поймав на себе гневный взгляд Селтака, – не беспокойтесь, субкоммандер, у меня гуманные методы допроса.
Селтак сразу же отвернулся, начав рассматривать дисплей с «Келемвором», явно собираясь еще поспорить с капитаном, ожидая когда первый помощник покинет мостик и не станет ему мешать.
- Первый, не усложняйте ситуацию, - раздраженным тоном вмешался Питер, - и не задерживайте группу высадки.
- Выполняю. – кивнул Сил, направившись к турболифту.
Через пару минут он уже был у шаттла, где встретил доктора Бран, энсина Ласа, а так же троих десантников из пехотного корпуса из которых узнал только лейтенанта Макарова, который и командовал всей операцией. Коммандер, заранее прознав о том, что тот очень долго готовился к подобному, решил ему не мешать.
- Шаттл к отлету готов, - отрапортовал ему инженер Капур, отведя от летательного аппарата свою группу.
Первый помощник внимательно осмотрел всех членов группы высадки, внимательно их изучая. Основной причиной, по которой он вызвался на эту операцию, являлись его опасения по поводу шпиона. Вся эта ситуация была идеальным прикрытием, для того, чтобы узнать важную информацию раньше Федерации. Проблема была в том, что единственным, кто добровольно вызвался на эту операцию был сам Т'жеван, а все остальные были тут по долгу службы. Но Сил все равно нутром чуял, что если шпион захочет то воспользуется этой ситуацией, осталось только понять как он это сделает.
- Я буду управлять шаттлом, - остановил Сил энсина Ласа, собиравшегося сесть за штурвал.
Давно уже Т'жевану не приходилось управлять подобным судном, но он пока еще не растерял навыки, хоть и убедился в этом только после того, как вывел аппарат из ангара.
- Так, бойцы, эту операцию мы отрабатывали с вами несколько раз на голопалубе, но мы все равно можем встретиться с непредвиденными обстоятельствами. Да, по известным нам данным, дельта-излучение сделало недееспособным весь экипаж «Келемвора», но надо быть готовыми ко всему…
- Весь экипаж? Полтары тысячи ромуланцев? – Удивился энсин Лас.
- Ну, если предположить, что на корабле был бунт, то к тому времени экипаж мог сократиться. – Напомнила ему Бран.
- Все равно число будет не маленькое…
- Ничего удивительно, - присоединился к разговору Сил, продолжая пилотировать шаттл, - мало что в галактике сравнится с дельта излучением по смертоносности.
- И мы направляемся прямо туда? Ух… - Бетазоид сразу же побледнел, и Бран поспешила его успокоить.
- Не беспокойтесь, энсин, - сказала она с улыбкой, - защитные скафандры и антирадиационные препараты нас защитят, да и для дополнительных мер предосторожности я взяла с собой…
Но Ласу так и не удалось узнать, какие дополнительные препараты взяла с собой Бран, потому что первый помощник объявил о приближении к «Келемвору». Стыковка со шлюзом нижней палубы прошла очень гладко к удивлению самого Сила, обычно подобные вещи давались ему не сразу. Макаров уже собирался открывать двери шаттла, но Т'жеван жестом остановил его.
- Перед тем как мы начнем, я должен поведать вам всем о некоторых деталях нашей операции. Как только мы найдем живого ромуланца, я как старший офицер проведу опрос, и мне в этом поможет доктор Бран, остальные при этом участвовать не будут. Это запрещено. После того, как мы это сделаем, мы отправимся за бортовым самописцем. Всем все ясно?
- Коммандер, - обратился к нему Макаров, - приказов об изъятии самописца нам не поступало, сэр.
Т'жеван внимательно посмотрел на лейтенанта, задумавшись над ответом. На самом деле, Сил делал весьма не свойственную для андорианца вещь – он врал и довольно нагло. Про детали проведения допроса ромуланца капитаном ничего сказано не было, как и про самописец, но первый помощник решил, что нельзя просто так Империи спустить с рук подобное наглое поведение. Кроме того Силу очень не хотелось, чтобы информация с «Келемвора» попала не в те руки.
- Этот приказ я получил перед отправкой, лейтенант. Субкоммандер Селтак очень бы хотел взглянуть на самописец. – Сухо произнес он, отведя взгляд, если больше нет вопросов, то командуйте высадкой.
У Макарова больше не было вопросов, поэтому он кивнул и сказав «С Богом!» отворил дверь шаттла. Все шестеро пробрались на ромуланский корабль.

36
Журнал капитана, звездная дата 53641.0. После удачного стечения обстоятельств мы нашли поврежденное ромуланское судно и смогли подтвердить, что это судно является искомым Келемвором. Как оказалось, весь корабль облучен смертельной дозой радиации, и экипаж по всей видимости находится при смерти. Ближайший корабль Звездного флота находится в трех часах пути от нас, поэтому я решил не тратить время и под свою ответственность изменить заранее установленный план. Группа высадки на данный момент отправлена на вражеский борт для выяснения деталей произошедшего. Связь с ними невозможна, но реальной опасности на Келемворе не предвидится.
Когда группа высадки ступил на борт Келемвора, они не могли не заметить, что на судне почти все было в порядке. Не в том порядке, в котором пребывали нормальные корабли ромуланской империи, но это тоже можно было назвать порядком. На удивление энсина Ласа их не встретила недружелюбная атмосфера смерти, ужаса и опасности, ноздри не забились трупными запахами, лампы на потолке не мигали, словно неисправный стробоскоп, а радиация не превратила всех присутствующих в запеченных неудачников в мундире. Коридоры нижних палуб были пусты, а единственное, что хоть как-то свидетельствовало о наличии жизни – едва уловимый гул из вен корабля, по которым все еще текла энергия, обеспечивая бесперебойную работу освещения, жизнеобеспечения и искусственной гравитации. Изнутри судно выглядело гораздо лучше, чем снаружи.
Незваные гости пребывали в растерянности. На первый взгляд казалось, что все трупы и не-совсем-трупы просто взяли и исчезли. Уползли. Дематериализовались. Самоустранились. Но ведь это только на первый взгляд. Вполне вероятно, что все они находились в более жизненно важных отсеках, коим отсек стыковочного узла считаться не мог. Обыскивать весь тяжелый крейсер никому не хотелось, но возвращаться обратно с пустыми руками и без оправданий своей халатности было не комильфо.
Их путь лежал вперед, до ближайшего способа подняться на верхние палубы. У кого-то даже появилась надежда на работоспособные турболифты. Надежда стремительно оправдалась. Лишь оказались в турболифте они начали осознавать собственную беспомощность: никто не знал, где на Д’Деридексе располагались командные пункты. Сил попробовал выудить эту информацию из компьютерного терминала, но затем понял, что общение с компьютером сильно затруднено – автопереводчик наотрез отказывался переводить каракули, которые слабо напоминали ромуланские иероглифы. С компьютером явно что-то было не так, даже по меркам совершенно чуждой космической техники. Невозмутимая сволочь с электронной начинкой вела себя в высшей степени неотзывчиво, словно бы кто-то научил ее не разговаривать с незнакомцами. Чем дальше они возились с компьютером, тем сильнее нервничал энсин Лас, периодически поглядывая на радиодозиметр и напоминая членам команды, сколько часов им осталось до неминуемой ужасной смерти.
Наконец, настал момент, когда терпение у всех кончилось, и они дружно плюнули на попытки добиться лояльности у компьютерного терминала. Сев в турболифт, Сил наугад выбрал четырнадцатую палубу, на которой наверняка должен был присутствовать хоть кто-то из экипажа. Он угадал. Когда створки открылись, их взору явился экипаж Келемвора, как ни в чем не бывало спокойной походкой бороздящий коридоры и молча занимающийся своими делами. Признаков лучевой болезни не было ни у кого из них, однако в помещениях четырнадцатой палубы уже было не так хорошо убрано. С переборок были сняты панели, что обнажило проводку и энергоканалы, повсюду торчали какие-то непонятные порождения техногеники, с потолка свисали пучки проводов, а ромуланцы невозмутимо сновали туда-сюда, совсем не стесняясь дельта-лучей и периодически освещая себе путь красными огоньками, испускаемыми кибернетической насадкой на их лицах, скрывающей левой глаз. У каждого из них вместо руки был уникальный протез с различными наборами инструментов на все случаи жизни, и среди этих инструментов совсем не было приспособления, спасающего от внезапного зуда между лопатками. Цвет их лиц был явно нездоровым, а блестящие макушки больше не были прикрыты аккуратными стрижками. В общем, выглядел экипаж весьма странно. Либо ромуланская армия успела провести какую-то странную военную реформу, либо с этим судном случилось то, чем это все казалось.
Напольная обшивка турболифта вдруг почувствовала шесть учащенных сердцебиений из пяток группы высадки.

37
Пребывание в противорадиационном костюме было довольно любопытным, хотя и, без должной подготовки и опыта, не слишком приятным опытом - приглушенность всех наружных звуков, гулкий звук собственного дыхания, определенная стесненность движений. И ярко-красный огонек анализатора на руке лейтенанта, показывающий высокий уровень внешней радиации и опасность нахождения "прямо здесь, прямо сейчас" без такого костюма. Дополнительно, место инъекции радиопротектора все еще немного жгло, но сейчас Макарова занимало не это. Корабль, а точнее его нижние палубы, оказался в высшей степени странно выглядящим. Настолько странно, что этого было уже достаточно для глухого чувства тревоги и опасности, которое сейчас испытывал Николай. Нет, на корабле не было следов массивных повреждений и лежащих тут и там трупов экипажа, напротив, тут было чисто, пусто и оборудование было исправно. Все было настолько необычно правильно и чисто, что внутренний голос здравого смысла буквально вопил "здесь что-то совсем не так, как должно было быть. Здесь может быть что-то опасное".
После нескольких минут бесплодных попыток копания в бортовом компьютере (доступ был, вполне ожидаемо, ограничен), команда высадки все же нашла и активировала грузовой туболифт, запустив местом назначения ту палубы, где должен был быть центральный командный пост. Лифт быстро доставил их на место и открыл свои двери, продемонстрировав, что порой реальность может преподносить сюрпризы почище любых выдуманных кошмаров. Экипаж корабля выглядел вполне здоровыми и бодрыми, более того, пока они не обращали на вторгшихся никакого внимания. Зато не обратить внимание на состояние ромулан было сложно, как и не узнать те импланты, которыми были теперь напичканы их тела.
"Господи Пресвятой", - просебя произнес Николай, поднимая винтовку и тихо направляя ее на ближайшего экс-ромуланского матроса, - "вот и ответ, что здесь случилось". Лейтенант активировал общий вокс-канал и тихо, стараясь не привлечь внимания, передал по вокс-связи остальным участникам десантной группы:
- Фазеры в режим дезинтеграции, приготовиться к открытию огня, - Макаров понимал, что данный приказ противоречит их первоначальной миссии, но насколько ему было известно, парализатор на боргов попросту не действовал, да и обычный режим летального поражения часто убивал дронов не с первого выстрела, даже когда они еще не успевали адаптироваться, - коммандер Т'Жеван, прошу Вашего разрешения на открытие огня на поражение, сэр...

38
Борг?
Сил ожидал от “Келемвора» много чего, особенно после затопленных палуб «Миркула», но невозможно подготовиться к первой в своей жизни, встрече с самой опасной псевдорасой галактики. От шока он даже потерял дар речи и не смог ничего ответить ждущему от него приказа Макарову, сохранившему хладнокровие в столь невероятной обстановке.
Где-то позади Т'жеван услышал как энсин Лас сползает по стенке турболифта, видимо для его нервов борг стал последней каплей. Так же он слышал, как Хельга Чоу выполняет свой приказ, все сильнее прижимая доктора Бран к той же стенке.
- Черт возьми, сержант! Я умею управляться фазером! – Нервы последней тоже сдали и она в чувствах произнесла эти слова не заботясь о громкости произношения. По наступишей тишине было понятно, что она пожалела об этом.
По лбу Сила пробежала капля пота, он снял с пояса свой фазер, приготовившись к тому, что ассимилированные ромуланцы сейчас нападут.
- Коммандер, - нетерпеливо прошипел Макаров, - дайте разрешение открыть огонь пока не поздно!
Но борг никак не проявлял себя. Несмотря на шум, они не обращали никакого внимания на шестерку высадки, продолжая заниматься своими, наверняка важными, делами. Тут-то Сил и вспомнил те отчеты, что когда читал о Борге.
- Стойте! – Прикрикнул он, - Лейтенант, не открывайте огонь ни при каких условиях. Это приказ!
- Приказ? Простите, сэр, но…
- Да, я знаю как это выглядит, но уверяю вас, что сейчас открывать огонь сейчас будет большой ошибкой. Борг не тронет нас, пока не видит в нас какой-либо угрозы своим операциям. Мы можем находится на корабле и даже перемещаться по нему, а они не будут обращать на нас никакого внимания… во всяком случае пока мы не вмешаемся в их жизнедеятельность.
Лейтенант опустил свою винтовку и остальным десантникам велел сделать тоже самое.
- Ну, - все равно продолжил он говорить шепотом, - я думаю, что нам нужно вернуться на «Кюри» и доложить обо всем капитану, сэр.
- С пустыми руками? – Вопросительно посмотрел на него Сил, - ну уж нет, мы должны забрать бортовой самописец.
- Но коммандер, тут повсюду Борг! Вы сами сказали, что нельзя вмешиваться в их жизнедеятельность…
- Не думаю, что самописец так уж важен для них…
- Простите, сэр, но я считаю это очень плохой затеей.
- Послушайте меня, лейтенант, - повернулся к нему Т'жеван, - этот корабль был ассимилирован Боргом. Боргом, черт возьми! Судя по тому, как Империя виляла при рассказе о бунте «Келемвора» они сами не ведают, что здесь произошло и они должны узнать. Борг угроза любой развитой разумной жизни в галактике! Посмотрите, что происходит: они ассимилировали этот корабль и нагло пролезли на территорию Федерации! Борг такого уже давно не делал. Что дальше!? Мы должны знать, какого черта Борг делает в нейтральной зоне и этот самописец – наш ключ.
Макаров промолчал не став ничего отвечать, но по его лицу был заметно, что он все еще не уверен.
- А моего мнения как доктора никто услышать не хочет? – Так же шепотом вмешалась в разговор Бран. – Тут между прочим энсину плохо.
- Нет… нет, я в порядке, – поднялся на ноги Лас, тяжело дыша. – Мне просто надо немного успокоиться… вот и все.
- Коммандер, - вновь обратился к Силу Макаров, - может нам все-таки вернуться на корабль за подмогой? Нас как-то мало…
- Много человек и не нужно для подобной операции. – Дабы продемонстрировать свою правоту Т'жеван вышел из турболифта, подойдя к одному из ассимилированных ромуланцев. Все присутствующие сильно напряглись, но ничего не произошло. Не обратив никакого внимания на первого помощника, ромуланец пошел дальше делать свою работу.
- Вот видите! – Повернулся коммандер к остальным, - но я не могу говорить, что все будет так же, если нас будет больше… будем продвигаться дальше, как можно аккуратнее, возьмем что нам нужно и отправимся назад!
На лицах Макарова и Бран все еще читалось сомнение, поэтому Сил добавил.
- Послушайте, я не буду вам отдавать обязательные приказы, я понимаю ваш страх. Но подумайте о судьбе Федарции! Если вы этого не сделаете, то можете отправляться в шаттл и ждать меня там, я сам все сделаю. В противном случае идите за мной.

39
- Черта-с-два мы Вас тут одного оставим, сэр. Морпехи своих не бросают, - прошипел в ответ Силу Макаров, заодно сверяясь с наручным индикатором радиации. Тот как прежде горел красным огнем, но вместе с тем, судя по показаниям соединенного с дозиметром таймера у них еще было время провернуть тот в меру безумный, но возможно и единственно правильный в текущей ситуации план. Было ли лейтенанту Макарову страшно? Разумеется, было - как было бы сейчас страшно почти любому разумному гуманоиду, попавшему в подобную ситуацию, исключая разве что андроидов да вулканцев, и то насчет последних он был не уверен. С другой стороны - Макаров был командиром десантной группы, а это значило что именно на нем сейчас лежала ответственность за жизни остальных бойцов, а это значило, что у Николая попросту не было права действовать исходя из чувства страха. Кроме того, коммандер Т'Жеван оказался совершенно прав насчет того, что борги пока что не обращали на "незваных гостей" совсем никакого внимания, не пытаясь атаковать. Было ли это признаком везения, присущего многим начинаниям наивных дурачков, или же знаком того, что Провидение сейчас было на их стороне было сейчас, пожалуй, не так и важно.
- Отряд, построение для круговой обороны, лейтенант Бран и энсин Лас- в центре строя, - тихо распорядился Макаров, чувствуя, как по лбу скатывается крупная капля пота, вытереть которую не было никакой возможности из-за шлема противорадиационного костюма, который был на нем сейчас надет, - фазеры не дезинтеграцию, огонь только в ответ, на провокации не поддаемся и ведем себя как можно тише. Коммандер, ведите, мы Вас прикрываем. Сделаем это...
Последние слова Николая были явно обращены к коммандеру Т'Жевану. Бойцы группы Макарова выстроились неровной, ощетинившейся стволами фазерных винтовок окружностью, в передней части которой находились сам лейтенант и коммандер Сил Т'Жеван. "Господь моя твердыня и моя крепость, а потому не убоюсь я зла", - тихо, почти неслышно шептал слова молитвы Николай, удерживая ближайшего к себе экс-ромуланина на прицеле фазерной винтовки, выставленной на мощность выстрела, достаточную для того, чтобы просто-напросто испарить незащищенного человека. "Не убоюсь смерти, ибо Господь придет за моей душой, и в доме Его пребуду во веки", - лейтенант все так же шептал дальше слова молитвы и все так же оставался готовым в любой момент выстрелить, если это потребуется. Вся ситуация, которая сейчас происходила вокруг него была похожа на безумие, безумным мог показаться и план коммандера, но какое-то шестое чувство подсказывало, что возможно в столь безумной ситуации именно такой безумный план мог действительно сработать...

40
Питер тен Волде - жестокий человек. Возможно, сам того не понимая, он лишь одной единственной фразой проклял Вана на бессрочное томление в глубинах дипломатического ада. Судя по мыслям Селтака, его ожидала схожая судьба, отчего он был готов в любой момент сорваться с цепи и наброситься на капитана аки Отелло на Дездемону, или как минимум наградить его множеством нелицеприятных титулов на ромуланском языке, которые он сейчас перечислял в уме. Тен Волде же, включив свою фирменную решительность, о дипломатических тонкостях не задумывался - будучи мысленно готовым к дисциплинарному взысканию от Командования Звёздного Флота, он был настолько уверен в правильности своего решения, насколько лейтенант Крилесс была уверена в существовании гравитационных петель. И всё же эмиссар надеялся на компромисс.
- Капитан, нам стоит поговорить, - обратился он к Питеру, глазами своими указывая на дверь капитанской рубки.
- Говорите, - невозмутимо ответил он, мысленно отказываясь вставать из уютного капитанского кресла.
- Капитан, - тон голоса Милода стал немного ниже и твёрже, равно как и выражение лица.
- Ладно, - выдохнул тен Волде, выдержав паузу перед ответом.
Стоило только им пойти в направлении капитанской рубки, как следом за ними пошёл Селтак, даже несмотря на то, что его никто не звал. Стоило только герметичной створке закрыться, как ромуланец вместе с бетазоидом буквально в унисон спросили у Питера единственный вопрос, что был у них на уме:
- Что вы делаете?
- Свою работу, - всё также невозмутимо ответил человек.
- Позвольте вам напомнить, капитан, - раздражённо-язвительным голосом встрял субкоммандер, - что по условиям договора между Ромуланской Звёздной Империей и Объединённой Федерацией Планет высадка десанта на боевую птицу Империи без согласия на то нашей стороны может быть расценена как акт войны!
- Боюсь, мне придётся согласиться с нашим ромуланским гостем, - согласился дипломат. - Если вы не уничтожите Келемвор, то вполне можете лишиться своей карьеры и, более того, втянуть Федерацию в очередную войну.
- Я не дипломат... - начал капитан свою речь.
- Я вижу, - перебил его Селтак.
- ...но ситуацию, сложившаяся в данный момент, вообще ни под какие определения нельзя отнести, - закончил капитан, сделав вид, что не обратил внимание на столь дерзкое поведение со стороны гостя.
- Вы считаете, что Вас это как-то оправдывает?
- А вас? - угрожающе шагнул капитан в сторону Селтака, но тот в ответ даже не моргнул, - Собственность Ромуланской армии нарушила границы и уничтожила один из кораблей Звёздного флота. Вы можете открещиваться от этого сколько угодно, но часть ответственности не может не лежать на Империи!
- Я не отрицаю безучастности Империи, капитан, - внезапно прошипел Селтак с болью в голосе, словно эту фразу из него только что достали очень длинными раскалёнными клещами, - Но Империя, как вы видите, сама предложила сотрудничество для минимизации последствий. Вы сейчас нарушаете Международный договор 53618, пункт о взятии судна на абордаж!
Закончив тираду, ромуланец позволил себе сделать вдох, вновь впустив в свои лёгкие свежий воздух, не заряженный ненавистью ко всему окружающему.
- Постойте-ка! - пригрозил ему капитан своим капитанским указательным пальцем, - А кто сейчас берет Келемвор на абордаж?
- Вы.
- Мы?
- Да, вы!
- Серьёзно, - капитанский взгляд был на долю секунды брошен на Милода, - То есть вы меня обвиняете в силовом захвате Келемвора?
- Не играйтесь с терминологией, принцип от этого не меняется.
- Нет, меняется. Меня убедили, что экипаж Келемвора недееспособен. Силового захвата нет, попытки нелегитимно присвоить вашу собственность - нет. Факта насилия по отношению к офицерам Ромуланской империи - нет. Мы послали туда группу со спасательной операцией, и попробуйте теперь доказать обратное!
- Вы проводите свою спасательную операцию вопреки нашей воле! - заметил Селтак.
- На территории Федерации мы имеем право спасать кого угодно!
- Строго говоря, нет, - заметил Ван. - Первая директива запрещает нам вмешиваться во внутренние дела Империи без их согласия.
- Вот именно! - поддакивал ромуланец. - Немедленно верните своих людей на борт Марии Кюри!
- Боюсь, это невозможно - из-за дельта-излучения мы не можем связаться с группой высадки.
- Тогда взорвите Келемвор вместе с ними!
- Ещё чего! - попытался усмехнуться капитан, но получилось у него неубедительно, - Мне пообещали, что я буду охотиться за экстремистами с оружием массового поражения на борту. Я поверил и действительно охотился за экстремистами, у которых есть бомба, способная стереть звезду со звёздной карты! Посмотрите на состояние Келемвора и скажите, разве он похож на судно с экстремистами, готовыми совершать массовые убийства?
- Нет, - коротко выдохнул Селтак, - Если бы вы меньше сомневались, и больше действовали, все прошло бы проще и без осложнений.
- Так или иначе, осложнения есть, - отрезал капитан, - С этим кораблём случилось что-то ненормальное, и я даже не уверен, что сама Империя знает, что именно. И сейчас это судно на территории Федерации, что даёт мне определённые полномочия к началу расследования.
- И что вы надеетесь там найти на закате своей карьеры? - настала очередь Селтака изображать презрительную усмешку.
- Я предлагаю вам сделку, - внезапно предложил капитан и отхлебнул из чашки остывший чай с вироникой, - Мои люди в данный момент допрашивают этих Ваших экстремистов, но у меня от чего-то такая уверенность, что никто из них ничего ценного все равно не скажет. В этом случае группа высадки просто заберёт с борта самописец и доставит его сюда.
- И кто Вам его расшифрует? - фыркнул Селтак, - На самостоятельную расшифровку Вам понадобится лет десять. Возможно, к тому времени Вас как раз выпустят из тюрьмы.
- Дипломатического скандала не будет, - поставил капитан свою капитанскую чашку на стол, - Если самописец для нас расшифруете Вы.
- Я? - чуть не подавился субкоммандер слюной.
- Да, Вы! Вы расшифруете, Вы изучите, и если решите, что там нет информации, которую нам необходимо знать о произошедшем инциденте, то, так и быть, мы поверим Вам на слово.
- Разумное предложение, - согласился с ним Милод. - Вы будете держать в своих руках всю информацию по Келемвору.
Селтак сделал задумчивое лицо.
- Мне надо обсудить это со своим начальством, - неуверенно ответил ромуланец.
- Разумеется.
- Благодарю, - почему-то прошептал капитан эмиссару, как только дверь за субкоммандером захлопнулась.
- Я лишь стараюсь сохранять объективность, - невозмутимо ответил бетазоид, - Это совсем не значит, что я одобряю Ваши действия. Кроме того, не стоит забывать, что в данный момент Вы подвергаете группу высадки излишней опасности.
- Не драматизируйте, - скептически выплюнул тен Волде и быстро осушил свою чашку, - Что им там угрожает? Роботы из приключений капитана Таггарта?

41
Джулианна нарушила сцену настороженного молчания, сложившуюся во время продвижения отряда по кораблю. Мимо проходили дроны, позвякивая и пощёлкивая своими имплантами. Макаров шёл впереди, трясся и молился непонятным триллке земным божествам.
- Простите, что прерываю ваши молитвы, офицер Макаров. Сама я не религиозна, но зная специфику боргов, молиться о посмертии сейчас не лучшая идея. Наши "души" никуда не уйдут. Все эти ромулане нас видят и слышат. Просто их разумы связаны воедино. И если наш план провалится, никуда нам не скрыться. Мы будем жить в их едином разуме даже после того, как разрушатся тела. Так что лучше молите ваше божество о защите, - попросила дрожащим голосом Джулианна.
- А вы даже сейчас ни во что не верите? - спросил Николай, оглядев окрестных дронов. Ему было сложно представить разумное существо, которое не начнёт молиться при виде такого.
- Верю. В наши и ваши навыки. И в Федерацию. Как бы пафосно это не звучало. И даже... даже если бы я задумалась сейчас о чём-то потустороннем... сейчас оно нас точно не спасёт.
Макаров кивнул и постарался сосредоточиться на задании. Бортовой самописец был где-то впереди. Джулианна тем временем продолжала медицинское сканирование. Члены группы были в норме - насколько можно назвать нормой безумный стресс. В норме были и борги. В своей, извращённой, борговской манере. Вот только исходя из того, что она о них читала, действовали они странновато. "Почему корабль до сих пор не ассимилирован до конца? И зачем прятаться в астероидном поле, которое блокирует связь? Не проще было бы позвать коллектив на помощь? Это, конечно, крайнее везение, что здесь ещё нет ни зондов, ни кубов - иначе бы мы уже не задавались этими вопросами. Но всё же. Это, как минимум, нелогично," - думала доктор Бран, попутно вспоминая доктора Селар. Сейчас триллка бы точно не отказалась бы от советов по логике.
Энсин Лас шёл рядом, уткнувшись в научный трикодер.
- Есть что необычное?, - спросила Джулианна
- Нет...уровень радиации пока приемлем. У борга тоже всё нормально...для борга. Я могу перенастроить сканер на пробиваемость частот их персональных щитов, но тогда придётся сбросить наблюдение за уровнем радиации.
- Нет, пока не стоит. Перенастройка дело тонкое. Всё равно бортовой самописец должен всё показать.
Диалог был прерван голосом Т'Жевана: "Всё, мы на месте".

42
Что ж, судя по тому, что пока борги просто-напросто игнорировали их, "безумный план" коммандера Т'Жевана действительно работал. Макаров и его люди медленно и осторожно продвигались по командному пункту ромуланской "хищной птицы", держа оружие наготове, но борги пока что и не думали нападать. Биомеханоиды просто занимались какими-то своими, совершенно непонятными лично для Николая (причем лейтенант особо и не горел желанием узнать, чем именно дроны сейчас занимались) делами, не обращая особого внимания на "незванных гостей" и не пытаясь их атаковать.
Метр, еще метр, и еще.. Десантная группа в спокойном темпе приближалась к тому, что, по видимому, было местом для установки накопителей данных бортового самописца. По крайней мере, внешний вид прибора был для самого лейтенанта Макарова вполне узнаваем исходя из тех немногих разведданных, что Федерации вообще были известны о ромуланских боевых кораблях такого класса. Кстати, догадку лейтенанта вскоре подтвердил и сам коммандер Т'Жеван, также опознавший в искомом компьютерном терминале консоль бортового самописца звездолета.
Впрочем, особого успокоения это лейтенанту не принесло, поскольку впереди еще оставалась как раз самая опасная часть их плана - извлечение накопителя данных бортового самописца. "И если борги решат атаковать прямо сейчас, мы не только сильно уступать в численности, но и вдобавок окружены для полноты счастья", - мысленно заключил лейтенант, взяв пару секунд на то, чтобы собраться с мыслями и в очередной раз попытаться отогнать от себя подступающий к горлу тягучий комок страха и нерешительности. Сейчас, впрочем, у него не было такой роскоши как поддаваться этим чувствам, поскольку сделать так значило действительно обречь себя на ту самую судьбу, которую успела напророчить им военврач Джулиана Бран в случае их провала. Николай активировал вокс-канал и тихо передал остальным участникам десантной группы:
- Занимаем оборонительные позиции вокруг компьютерного терминала. Боевая задача - прикрываем коммандера Т'Жевана, пока он извлекает накопители данных. Огонь только в ответ. С Богом...
Лейтенант снова навел свое оружие на ближайшего к нему борговского дрона и держал существо на прицеле, параллельно продолжая тихо шептать себе под нос слова молитвы к Господу о защите и покровительстве. Теперь все зависело от того, удастся ли коммандеру успешно извлечь накопители данных бортового самописца и не привлекут ли эти действия внимание борговских дронов, наводнявших ныне бывший ромуланский корабль...

43
Отряд медленно и не совсем верно продвигался по «Келемвору». Воистину этот корабль был огромен и запутан. В идеальных условиях подобная прогулка заняла бы не более двадцати минут, но вот уже второй час Т'жеван, советуясь с Макаровым и Ласом, которые знали об этом классе ромуланских кораблей больше чем он, пытался отыскать мостик, где предположительно мог находиться бортовой самописец. Сил даже не хотел думать о том, как им придется выкручиваться, если на мостике искомой вещи не найдется.
- Уровень радиации все еще приемлемый, - Напомнил всем Лас, что им пока еще рано беспокоиться, но затем добавил, - я все же рекомендую быть шустрее на обратном пути, знаете… до критической отметки осталось не так уж и много.
Все молча согласились с ним, двигаясь дальше среди снующих туда-сюда дронов. По пути им встречались группы этих существ в определенных местах. Большинство пространств на корабле оставались пустыми. Сил сделал вывод, что Борг столкнулся с каким-то проблемами при ассимиляции «Келемвора» и поэтому тратил весь ресурс на окончание работ, торча где-то посреди астероидного поля. Судя по всему, время у них на это уходило приличное и Т'жеван собирался убраться отсюда до того, как они закончат.
- Кажется, мы на месте. – Сказал Сил, осмотревшись.
И в самом деле они были в командном центре, который был пуст. И судя по его виду, дроны тут давно закончили. Стараясь ничего не задеть, каждый из них внимательно осматривал помещения, сканируя каждый миллиметр пространства трикодером.
- Черт возьми! – Первым сдался Сил, - тут его точно нет!
- Коммандер, - обратилась к нему Бран, - если его нет здесь, то вполне вероятно, что он находится у главного компьютерного ядра.
- В самом деле, - согласился с ней Макаров, - и если верить тем данным, которыми располагает Федерация, он должен быть неподалеку. Скорее всего, он на несколько палуб ниже и прямо под центром. Но сто процентной гарантии я дать не могу.
- Значит, мы спускаемся.
- Коммандер, - прервал Сила Лас, - я боюсь, что если мы прямо сейчас не отправимся к шаттлу, то получим дозу облучения.
- Смертельную?
- Нет, сэр, не смертельную, но это все равно очень опасно. Я бы советовал…
- Принято к сведению, энсин. Не будем терять времени и выдвигаемся к ядру сейчас же.
- Но сэр, если самописца и там не будет?
- Хорошо, энсин Лас, тогда мы вернемся. Но пока у нас есть хоть немного времени, мы идем туда.
Не сказав больше ни слова, он отправился к турболифту. Коммандер заранее дал всем понять, что любой может вернуться к шаттлу и запереться там, пока группа высадки не закончит, но пока еще никто не воспользовался этой привилегией, к его собственному удивлению.
Чем ближе к ядру приближалась команда, тем большее скопление дронов они встречали на своем пути. У Самого ядра их количество достигло критических значений.
- Это… это очень плохо. – Признался Лас, с ужасом осматривая помещение.
- Мы справимся, - попытался успокоить его Макаров, - Так, бойцы, занимаем оборонительные позиции…
Пока отряд Николая возводил оборонительный периметр из собственных тел, коммандер подобрался к ядру поближе. К счастью около самого ядра ассимилированных ромуланцев не было. Бран и Лас просканировали конструкции трикодерами не обнаружив ничего необычного.
- Коммандер, поторопитесь, - напомнил ему Лас, - нас уже облучило и продолжает облучать.
- Хорошо, я понял вас, энсин… приготовитесь там… ну на всякий случай.
Вскрыв внешнюю панель, Т'жеван сразу же обнаружил искомый самописец. У него была удобная ручка, за которую можно было потянуть.
- Всем приготовиться, - вновь сказал Сил и выдохнув потянул за ручку.
Из произошедшего после можно было сделать один вывод: на самописце точно есть какая-то важная информация, потому что Борг всем свои коллективом сразу же обратил на это внимание. И это были очень плохие новости.
- Огонь! – Крикнул Макаров и послышались выстрелы. Сил тоже сделал пару, стараясь прицелиться, но ничего ен проверяя и не дожидаясь результатов, рванул к выходу.
- Бежим! – Крикнул он, - Дроны двигаются медленно! Не попадайтесь к ним в лапы и мы доберемся до шаттла!
«Вы будете ассимилированы. Сопротивление бесполезно» - сразу несколькими голосами с металлически оттенком говорил коллектив. Эти слова врезались в уши и давили на психику, но нужно было продолжать бежать вперед. Сил бежал позади остальных, подгоняя и иногда отстреливаясь в дронов. Это было бесполезно, но паникуя, о таком не думают.

44
Через весь мостик текла река из самых скучных десяти минут в этой смене. Капитан сидел в своем кресле, меняя позы через каждую минуту. Рулевая сидела за навигационной консолью и периодически выжимала из нее писки, имитирующие трудовую деятельность. Аль-Мураки перетаптывался с ноги на ногу, не зная куда себя деть. Крилесс громко пыхтела, стараясь разглядеть в белом шуме гравитационную петлю. Все четыре пары глаз в этот момент сверлили взглядом экран с изображением ромуланской боевой птицы. Самые скучные десять минут за всю вахту резко закончились.
- Капитан! - обрадовалась Крилесс тому, что сегодня ей не суждено сойти с ума со скуки, - Келемвор накапливает энергию на обшивке!
- Они поднимают щиты?
- Нет, - дернул головой Аль-Мураки, жадно вылизывая пульт внешнего контроля своим взором, - Они готовят мощный электромагнитный импульс.
- Поправка! - брызнула Иванова слюной, - Они уже его приготовили и высвободили.
- Капитан, - указал Аль-Мураки носом на экран.
Экран представил их взору уникальное явление беззвучно распадающихся на части шести астероидов, каждый из которых мог претендовать на габариты земного космического дока. Обломки живописно блестели в лучах ближайшей звезды, угрожающе заполняя собой пространство между Марией Кюри и Келемвором, периодически расталкивая булыжники поменьше, словно шары на бильярдном столе. К сожалению, Ньютон не описывал силы, которая остановила бы эти обломки без многочисленных столкновений со всем подряд. В астероидном поясе постепенно становилось тесно, и капитан рефлекторно поправил воротничок.
- Они запустили синдром Кесслера, - отчиталась Мирия.
- Нет, это не синдром Кесслера, - прорычала Иванова, - Это естественные природные образования, а не космический мусор!
- Но цепную реакцию запустили явно не природные силы. Видите? Весь пояс дестабилизирован.
- А разве синдром Кесслера не про околопланетные орбиты? - неуверенно встрял Махмуд.
- Здесь частный случай, скоро эти камни разлетятся по всей системе и устроят кому-то сладкую жизнь!
- Вспомнила! - загорелись глаза у рулевой, - В определение синдрома Кесслера был внесен ряд поправок в 2354 году на саммите по космической экологии!
- Да о чем вы сейчас говорите?! - не выдержал капитан, - Вы что, не видите, что он улетает?!
Свет на мостике моргнул, ознаменовав скачок мощности. Что-то крупное уже коснулось щитов, и энергосистеме это столкновение категорически не понравилось. Тем временем Келемвор быстро сориентировался в ситуации и не спеша начал лавировать между космическими обломками, стараясь выбраться из пояса.
- Прочность щитов 76%, - отчитался Аль-Мураки.
- Лейтенант Зова, преследуйте Келемвор и постарайтесь больше ничего не зацепить.
- Не обещаю, сэр, у нашего судна слишком большие размеры.
- Мистер Аль-Мураки, подайте больше энергии на щиты и приготовьтесь при первой же возможности поймать Келемвор тяговым лучом. Если он сейчас выскользнет из астероидного пояса, то перейдет на варп и унесет нашего первого помощника.
Капитанские пальцы нервно вцепились в подлокотники. На мостик быстро забежал субкоммандер Селтак и начал что-то кричать тен Волде, но тот его не слушал - его уши заложило чувство того, что он где-то облажался.

45
Не бывает так в жизни так, чтобы человеку везло всегда и постоянно. Наверное, подобное могло бы быть записано ни в одном "своде законов подлости". Впрочем, похоже сейчас с десантной группой произошло именно это - то чего Макаров одновременно ожидал и то, чего он искренне боялся и желал, чтобы это все таки, каким-то чудом и вмешательством Провидения не произошло. Стоило только коммандеру Т'Жевану извлечь наконец-то накопитель данных бортового самописца, как поведение дронов, находившихся в одном отсеке с бойцами тут же разительно изменилось. Биомеханоиды, когда-то бывшие ромуланскими военными, все как один бросили те дела, которыми только что занимались и начали неумолимо направляться в сторону военнослужащих Звездного Флота.
- Ну вот и началось, - тихо, скорее сам себе сказал Николай, спустя долю секунды выкрикнув единственно возможный в данной ситуации приказ - Огонь! Поджарим этих ублюдков!
Лейтенант поплотнее прижал к плечу приклад своей фазерной винтовки и вдавил спусковой крючок. Оружие толкнулось в плечо, посылая в противника энергетический импульс, имевший достаточную мощность чтобы испарить незащищенного человека. Или чтобы убить такую тварь, как борговский дрон. Место попадания луча взорвалось снопом искр, и чуть меньшие фонтаны искр вылетели из затылочной части и района поясницы биомеханоида, издавшего тихий стон и рухнувшего на металлический пол отсека. Удостоверившись, что противник нейтрализован, лейтенант почти сразу же поймал в прицел следующего дрона и снова нажал на спуск, прерывая мучения очередного ассимилированного "Коллективом" экс-ромуланина. Остальные десантники также открыли огонь, за несколько считанных секунд устранив ближайших к десантной группе дронов. А это сейчас значило только одно, и тут коммандер снова был совершенно прав.
- А теперь, все БЕГОМ к турболифту, - рявкнул остальным Николай, поняв затею Сила. Поскольку дроны действительно передвигались не слишком быстро, возможно у них был шанс сбежать до того, как в этот отсек сбежиться вся ассимилированная часть команды "хищной птицы". Так что как только остальные сорвались с места по направлению к турболифту, Макаров бегом последовал за ними в том же направлении. Если все удастся - они должны успеть скрыться на шаттле до того, как к ним сбежиться несколько сотен агрессивно настроенных биомеханоидов...

46
Т'жеван не считал турболифт лучшей идеей. Ведь в конце концов, борг управлял большей частью систем корабля и вполне мог заблокировать лифт, чтобы затем дроны вытащили их оттуда, как из консервной банки. Но выбирать все равно не приходилось. После часовых хождений по «Келемвору» никто из отряда толком не мог сказать, существует ли у ромуланцев понятие о лестницах вообще.
Турболифт походил к месту назначения и его створки готовились к открытию, как и группа высадки, наставившая фазеры вперед и ожидая самого худшего. Но врагов в коридоре не оказалось.
- Отлично! – Дернулся с места Макаров, - до шаттла осталось всего ничего! Бежим!
- После всего этого, - запахиваясь, выскочил из лифта Лас, - буду делать пробежки на голопалубе каждый день.
Сил, как и прежде, бежал последним. Осматриваясь по сторонам. Пока все было тихо, но от этого корабля сейчас можно было ожидать всего, что угодно. Он был присоединен к коллективу, и всё на нем стремилось присоединить к коллективу чужаков в лице шестерки с «Марии Кюри». Угроза чувствовалась повсюду: за каждым углом, за каждой не открытой дверью, от каждой стены. Дроны были медлительны, но им не требовалось много времени, чтобы осуществить свою задачу.
После очередного поворота оставался лишь один прямой коридор к шлюзу, но путь к последнему преграждал отряд дронов, который медленно приближался к команде, повторяя свои мантры про ассимиляцию и бесполезное сопротивление.
- Ничего! – Покачал головой Сил, - можно сделать крюк, для этого надо…
Он хотел сказать «вернутся назад», но путь обратно точно так же преградил другой отряд дронов, медленно направляющийся в их сторону.
Т'жеван немедленно выстрелили из фазера в первого из них, но тот полностью поглотил весь урон.
- Черт! – В сердцах воскликнул первый помощник.
- Адаптировались… - с досадой вторил ему Николай.
- Смотрите, лейтенант! – Вдруг воскликнула сержант Чоу, указав на одну из запертых дверей: аварийный щиток был снят, неизвестно кем и неизвестно когда, но это было на руку отряду.
Лас немедленно просканировал его трикодером.
- Так… - тяжело дыша, сказал он, - выглядит очень сложно, как ни странно, но я справлюсь… наверное.. пожалуй, я не уверен…
- У вас нет выбора, энсин - напомнил ему Сил.
- Поторопитесь, времени нет уж и много, - добавил Николай, направляя винтовку то в один конец коридора, то в другой.
- Давление! Слишком много давления! – Ответил им Лас, пытаясь понять, что именно откроет ему дверь и в конце концов решил выбрать самое очевидное.
И дверь открылась.
Все очень быстро забежали внутрь, хотя борг был относительно далеко, и Сил закрыв за собой дверь, заварил ее фазером.
- Неплохо, - кивнул Макаров, - но надолго это их не задержит. У нас есть запасной план?
Где-то позади них Лас все еще очень тяжело дышал и это уже не было следствием марш-броска.
- Ох… - сквозь болезненные вздохи, произнес он, - все плохо, все очень плохо, мы все умрем… ну или будем ассимилированы… черт… этот скафандр мне только мешает, я так больше не могу… он мешает мне дышать, я должен его снять - его трясущаяся рука потянулась к застежке шлема и к нему сразу же подбежала Джулианна.
- Нет, энсин! – Крикнула она, схватив его за руки, - это плохая идея! Очень плохая!
- Эта самая лучшая идея, которая кому-либо здесь пришла в голову за сегодняшний день, черт подери! – Кричал он в ответ, сопротивляясь.
На помощь Бран сразу же подоспел капрал Марсиано, схватив Ласа с другой стороны и повалив.
- Успокойся, солдат! – Прикрикнул он на него, прижав к полу. – Снимешь этот скафандр и тебе конец, ты же сам об это твердил всю дорогу! Не помнишь?
Лас ничего не ответил, но судя по всему, наконец начал успокаиваться.
- Коммандер, что нам делать? Повторил свой вопрос Макаров, пронаблюдав за всей этой ситуацией.
Сил все это время не сводил глаз с заваренных дверей, наконец осмотрелся по сторонам и увидел в дальнем концы комнаты, не ясного назначения люк.
- Возможно… - тихо произнес он, подойдя к этому люк и потянув за ручку, открыв его. – Точно! Это технический лаз, как трубы Джеффри… нам нужно проползти по ним каких-то метров сорок или тридцать.
- Точно! Вылезем в следующей комнате и от шлюза нас будет отделять лишь ее закрытая дверь! – Кивнула Бран и собралась первой пролезть через люк, но тут же остановилась.
- А… а что если там дроны? – С сомнением в голосе произнесла она.
- Не думаю. – Как следует вздохнув, произнес, поднявшийся с пола, энсин Лас, - спасибо вам капрал, но я не солдат, а ученый. Если что.
- Не теряем времени, пока Борг не проник сюда и не раскусил наш план! – Громко напомнил всем Николай.
Пробираться ползком через технический лаз, да еще и в скафандре, пока на тебя охотится коллектив Борга, насчитывающий больше тысячи единиц, занятие не из приятных. Поэтому каждый был очень рад оказаться в следующем помещении.
Не теряя времени Сил подошел к двери и отварил ее. Когда, он выглянул наружу и его взгляд сразу же привлек шлюз, до которого было рукой подать. Его переполняло чувство радости, и он совсем забыл посмотреть в другую сторону, чтобы проверить - нет ли рядом дронов. Повернувшись к отряду, он собирался сказать, что они уже добрались, но вместо этого издал страшный крик.
Его тело скрутила агония, когда один из дронов сумел дотянуться до него своими стальными пальцами и крепко сжать плечо. От боли, Сил, зажмурившись, опрокинулся на колени. Казалось, больнее уже быть не может, но тут спину Т'жевана пронзила еще большая боль. И тут Сил понял, что это конец.
Иглу борг использует для начала процесса ассимиляции в живых организмов и обычно такого укола достаточно, для того, чтобы жертва перестала сопротивляться и процесс превращения в киборга немедленно начался. Т'жеван попал как раз в такую ситуацию и решил, что все уже кончено.
Но он продолжал сохранять рассудок и даже мог продолжать сопротивляться, однако дрон был куда сильнее его. Т'жеван бросил взгляд на группу высадки, удивившись, что те еще не начали движения в сторону шлюза и прокричал им что-то нечленораздельное. Связывать слова в такой ситуации было невозможно. Кроме того, коммандер чувствовал, что начинает терять сознание от боли.
Мир вокруг, ограниченный «Келемвором» начал погружаться во тьму.

47
- Ттвою ж ммать, - сдавленно выругался Николай, обренувшийся на раздавшийся позади него крик как раз вовремя, чтобы увидеть, что один из дронов все же нагнал коммандера Т'жевана и уже всадил в него одну из своих наручных игл. "Дело дрянь.. дело очень дрянь", - промелькнула первая же мысль в голове лейтенанта, поскольку память довольно быстро "услужливо" напомнила ему, что подобные иглы борги вроде как использовали для ассимиляции других созданий. Ну, по крайней мере, вроде так когда-то говорили на брифинге. Если это было именно так, то дело действительно было дрянь - треклятые биомеханоиды похоже собирались "присоединить" коммандера к своему Коллективу.
Порой бывает так, что решение человек принимает интуитивно, больше на чувствах и неких своих ранее приобретенных убеждениях, чем на твердой логической оценке ситуации. Именно так и было сейчас с лейтенантом, сначала крикнувшим остальным бойцам, уже находившимся у шаттла:
- Все бегом на борт! Кому-то особое приглашение что ли надо, блин!?, - а после кинувшемуся на выручку своему старшему офицеру. У Николая не было особо времени детально обдумать насчет разумности своих действий (а еще пожалеть о принятом решение- на это тоже совсем не было времени), не было времени и обдумать план своих действий. Лейтенант перехватил свою фазерную винтовку так, чтобы ею можно было пользоваться как дубиной, после чего, преодолев в пару прыжков расстояние до Сила и атаковавшего его дрона, со всей силы ударил борга прикладом. А потом еще раз, и еще. Вообще, инженеры в принципе не рекомендовали использовать фазерную винтовку для таких действий, а боевые наставления крайне не рекомендовали вступать в бой с боргом в рукопашную. Тем не менее, эти же наставления признавали, что хотя силовые поля боргов могли адаптироваться к большинству видов огнестрельного и энергетического (например, фазерного) оружия, но вот адаптация к оружию контактного боя у них была сильно затруднена. Так или иначе, Макарову удалось застать биомеханоида врасплох - на втором ударе борг заметно потерял прежнюю координацию, а на третьем в районе шеи биомеханоида что-то хрустнуло и последний рухнул на пол отсека.
- Я же говорил, что морская пехота не бросает своих на поле боя, - на выдохе выдал Макаров, подавая руку коммандеру и помогая встать, - а теперь живо на борт, пока не появились еще дружки этого борговского гаденыша...

48
Увидев эффектную картину боя Макарова с дефектным дроном, Джулианна обернулась. Николай пытался помочь встать Т'Жевану, стонущему и хватающемуся за голову. Доктор Бран достала медицинский трикодер и просканировала первого помощника и его спасителя. Боевые рефлексы и защита скафандра офицера Макарова защитила его заглючившего борга, но вот Силу досталось сильнее. Для начала, инструментарий дрона разгерметизировал скафандр Т'Жевана. А это значило, что жить ему оставалось минут двадцать. Но хуже была другая новость - первый помощник оказался ассимилирован. Вернее, процесс ещё шёл, и замедлился только необходимостью наноботов срочно спасать жизнь потенциального дрона.
- Так...это плохо. Вернее, могло быть хуже. Нам нужно немедленно отсюда уйти. Неважно как, хоть в космос выкинуться, или на астероид высадиться. Прошу поставить часть оружия на оглушение - первый помощник заражён наноботами. Но, пока что, они заняты лечением, - произнесла Джулианна дрожащим голосом, искренне пытаясь не выронить из рук трикодер.
- Тогда почему бы его не оглушить прямо сейчас? Его будет легче транспортировать, - отозвался Макаров.
- Потому что тогда это упросит работу наноботам, и мы получим борга-первого помощника прямо посреди нашего небольшого отряда.
- Разумно. Мистер Т'Жеван, сэр...вы можете идти?
- Ммм...попробую, - со стоном отозвался Сил и попытался встать. Получилось не сразу, и только с помощью подоспевшего на помощь к Макарову капрала Марсиано, - Отлично. А теперь пожалуйста, Макаров...уведите нас отсюда. Нас всех.
- Все слышали? Живо на борт. Почему я вообще должен это повторять? - скомандовал Николай.
В приказе уже не было нужды. Затащив внутрь ослабленного первого помощника, отряд закупорился в шаттле и приготовился покинуть ромуланскую обитель борговского зла.

49
Как ни странно, безумная затея Макарова все же удалась, как удалось и крайне (с какой-то стороны даже нереально) шустро доставить на борт раненого коммандера Т'Жевана и закрыть за собой внутренний шлюз шаттла. Потому как, хотя Николай не был телепатом и не мог говорить за других, но лично ему сейчас хотелось смотаться с этого треклятого зараженного корабля как можно скорее. Особенно учитывая, что в сложившейся ситуации все от них зависящее они и так сделали.
- Слава Тебе, Господи..., - тихо, почти беззвучно прошептал Макаров, когда они оказались внутри шаттла, а последний принудительно расстыковался с "Келемвором" и начал удаляться от ромуланского корабля. Забрать с корабля блок данных бортовых самописцев им удалось, как и сбежать. Куда больше лейтенанта сейчас беспокоило то, о чем ему пыталась рассказать Джулианна Бран. Макаров не был медиком и познания его в данной области ограничивались лишь сравнительно базовыми навыками оказания первой помощи, однако основная часть сказанного была понятна и не-специалисту - борги умудрились заразить коммандера нанотехнологической дрянью. Той самой дрянью, которая постепенно превращала представителей иных гуманоидных разумных рас в новых дронов, навроде тех экс-ромулан, что сейчас наполняли внутренние коридоры "Келемвора". И если медик не ошибалась, их ситуация была, похоже, намного хуже чем лейтенант представлял первоначально.
Выслушав лейтенанта Бран, Макаров задал только один вопрос, до которого сумел додуматься в эти несколько секунд:
- Хорошо... я понял. Вы сможете как-нибудь замедлить процесс ассимиляции? Если как Вы говорите, парализатор только сделает хуже...
Дав триллке время на обдумывание, лейтенант запросил связь с "Марией Кюри".... с нулевым успехом. Как выяснилось, ни в одном из доступных передатчику шаттла связи канале не было возможно передать хоть какую-то осмысленную информацию - мощное радиационное поле надежно забивало все помехами. Что ж, по видимому, теперь все зависело от того, удастся ли им выбраться из поля действия орудий "Келемвора", если они еще функционировали и добрать до своего звездолета..

50
Вести семистаметровый корабль сквозь такое частое скопление астероидов было примерно так же легко, как танцевать вальс на намыленном кафельном полу. "Это звучит не очень достоверно с точки зрения науки, но кто я такая, чтобы навязывать вселенной свои жалкие познания в астрономии? К счастью, километровому ромуланскому верзиле маневрировать было еще труднее. Щиты Келемвора так и трещали от микростолкновений. Только не уходи в варп, не уходи в варп, не уходи в в-шаттл?!" - мысли Мирии прыгали одна за другой, как и астероиды за пределами корабля.
- Капитан, сканеры зафиксировали шаттл, это наши! На борту шесть жизненных форм, показатели одной из них слабые и продолжают падать! - выкрикнула Мирия, пытаясь не терять концентрацию.
- Капитан транспортаторной, готовьтесь принять шестерых напрямую в медотсек. - проговорил Тен Волде напряженным, но ровным голосом. Ответ не заставил себя ждать.
- Не можем навестись, сэр! Слишком большие помехи от астероидов. Нужно подлететь ближе!
- Лейтенант Зова.
- Прокладываю курс, капитан. - так, быстро искать участок без астероидов, достаточно близкий к шаттлу, чтобы можно было снять щиты и подобрать команду десанта... Есть! Нашла участок! Ура! Без столкновения к нему не пройти! Чёрт! - Сэр, на пути к шаттлу астероид. Без удара по щитам не пройти, но я постараюсь минимизировать... держитесь!
Корабль заметно тряхнуло, но вся команда мостика осталась на ногах. Отчет последовал почти мгновенно.
- Прочность щитов 63% и держится.
А д'деридекс уже шел к выходу из астероидного поля, что было в противоположной от шаттла стороне. Дважды чёрт! Нет, стоп! Я могу его догнать! Но тогда...
- Капитан, шаттл почти в пределах досягаемости и есть визуальная Келемвора, но если мы продолжим погоню, жизненные показатели на шаттле могут опуститься до критической отметки. Боюсь, придется выб...
- Шаттл! Курс на шаттл!
- Да, капитан. - Мария Кюри плавно развернулась и словно мама кит за китенком, подлетела к крошечному шаттлу.
- Наведение завершено. Они у нас, сэр. Раненый перемещен в медотсек. - донеслось сообщение из транспортаторной, в то время как в иллюминаторах со стороны кормы можно было наблюдать бесшумную вспышку ушедшего в варп ромуланского корабля.
- Селар капитану, просьба явиться в медотсек. Думаю, вы захотите это увидеть.

51
- Доктор, - отозвался капитан, едва придя в себя от чувства того, что он точно где-то серьезно облажался, - Если мы только что не перенесли на судно как минимум гаморрианскую чуму, то Вам лучше подождать меня несколько минут.
- Сэр, - немного притихшим голосом изрекла Крилесс с выражением лица древнеримского гонца, несущего плохие вести, - Мы вышли из поля. Сенсоры дальнего действия не пеленгуют Келемвор. Он включил маскировку.
- Связь, - повернулся Питер к связисту, - Сообщите флоту, чтобы набросили тахионную сеть на весь этот сектор.
- Да, капитан.
Тен Волде поднялся со своего кресла и сделал несколько нервных кругов по мостику, не обращая внимания на то, как остальные офицеры ненавязчиво провожают его взглядом. Даже Селтак со своим взором, полным укора, решил почтить этот момент минутой молчания. Чувство полного провала постепенно раздувалось в их черепах, вытесняя оттуда все мысли и периодически перехватывая дыхание.
- Капитан? – отозвался связист, получив в ответ лишь молчаливое лицо, лишенное интереса ко всему окружающему, - Сообщение от флота. Они не могут настроить тахионную сеть, пока не восстановят построение.
Лицо Питера налилось краской и приготовилось взорваться, забрызгав собой связиста, Крилесс, Селар и всех остальных, у кого сегодня были только плохие новости. Ему вдруг отчаянно захотелось запереться в кают-компании, заварить дверь фазером и настроить репликатор на бесконечное воспроизведение вироники, чая и штруделя.
- Ладно, тогда я выскажусь, - разрезал своим недобрым гласом тишину ромуланский субкоммандер, - Они провели Вас, капитан. Надо сказать, мастерски провели. Спрятались в поясе, притворились мертвыми, вынудили Вас связаться с флотом, чтобы те нарушили свое построение и летели сюда, а затем устроили все это представление с астероидами, чтобы быстро скрыться по никем не охраняемому пути.
- Благодарю за анализ, - соврал капитан сквозь зубы и наконец-то определился с тем, куда его ногам следует нести своего хозяина. Последовал глубокий озабоченный вздох. - Рулевой, продолжайте вести судно вдоль границы, варп 7. А я пока отправляюсь в медотсек.
Келемвор испарился в пространстве, обведя своих преследователей вокруг пальца, словно детей. Нельзя сказать, что бывшего доктора не впечатлил этот тактический маневр. При других обстоятельствах он бы, возможно, зааплодировал. Тем не менее, группа высадки вернулась, и вместе с ней должны были вернуться хоть какие-то шансы больше узнать про беглецов и найти новые способы их выследить. На секунду капитан даже задумался о перспективе того, что одного из членов группы высадки убили в процессе перестрелки, а тот «раненый» был заложником, у которого за обе щеки была набита тактически важная информация, и всего лишь нужно заставить его эту информацию выплюнуть. Еще на долю секунду тен Волде задумался, кого из группы высадки ему было бы наименее жалко и, в конце концов, окончательно выбросил эти мысли из своей головы.
Он остановился у двери в медотсек, готовясь к тому, что она откроет его взору. Мысленно он попытался помолиться тем богам, которым постоянно молится Макаров, что сейчас увидит раненную слабохарактерную ромуланскую террористку, на которую будет достаточно слегка прикрикнуть, чтобы она раскаялась в содеянном и добровольно предложила помощь.
После глубокого вздоха и решительного шага вперед двери распахнулись, и тен Волде увидел андорианские антенны, свисающие с края биокровати. Лицо первого помощника обросло какой-то техногенной нечистью, а ромуланской пленницей даже и не пахло.
- Капитан, - поздоровались хором доктора Селар и Бран. Пока Селар крутилась вокруг пациента, Бран обливалась ручьями пота, прилагая усилия для того, чтобы стянуть с себя неудобный защитный костюм. Судя по ее учащенному дыханию, к подобным костюмам она не привыкла.
- Что это за гадость? – разлозлился он на отсутствие ромуланской пленницы и подошел поближе к пациенту.
- Борг, сэр, - ответил пациент хриплым голосом.
- Не разговаривайте, - заткнула Селар своего пациента, - Капитан, он подвергся контакту с нанитами борга. Доза радиации, которую он получил, замедлила процесс ассимиляции. Я хочу попробовать облучить его омикронной радиацией. Есть шанс, что мы сможем прервать ассимиляцию.
Немного похлопав веками, капитан убедился, что ромуланской пленницы действительно нигде нет, и теперь уже точно не знал, как правильно реагировать на происшествие. Он ожидал на ромуланском корабле ромулан, а не борга. О борге его никто не предупреждал. Он уже и не знал, на ком выместить злость за собственную беспомощность.
- Первый, вы сейчас говорите, что Келемвор ассимилирован? – прозвучал неуверенный тон.
- Посмотрите в мой глаз, - прохрипел Сил, - Простите, вторым я перестал видеть где-то минут пять назад. Но посмотрите в мой глаз и скажите, что я параноик!
- Первый, - посмотрел капитан в его глаз, хотя точно не был уверен, какой именно из этих двух глаз был зрячим, - Вы жуткий параноик. Я временно освобождаю вас от обязанностей первого помощника. Считайте это больничным.
- Спасибо, хоть здесь вы мне взыскание не сделаете, - попытался улыбнуться андорианец, и капитан понял, что от первого помощника до сих пор было очень мало пользы. А сейчас из него выросла соломинка, за которую очень хотелось ухватиться.
- Медотсек, - обратился капитан ко всем присутствующим, - Поместите мистера Т’жевана за силовое поле и наблюдайте за его состоянием. Я официально запрещаю все попытки прервать его ассимиляцию. Все вопросы потом в индивидуальном порядке.
В смешанных чувствах он быстро покинул лазарет, боясь, что волна осуждений догонит его и вопьется ему в спину.

52
Отчасти наверное, их миссию можно было считать успешной. Правда, только отчасти - заполучить пленника для допроса группе Макарова так и не удалось, по вполне понятным причинам, пришлось ограничиться лишь бортовым самописцем ромуланского корабля. Но больше всего сейчас самого Макарова, находившегося в том же медотсеке на карантинном осмотре после пребывания на борту "Келемвора" и контакта с зараженным коммандером Т'Жеваном, беспокоило именно состояние последнего. Конечно, особо много было не разглядеть, да и к тому же, как уже было сказано, лейтенант не был медиком, но тем не менее зрелище образовавшихся на голове андорианина борговских имплантов было само по себе весьма пугающим.
С таким тяжелыми мыслями Макаров стянул с себя защитный костюм, после чего салютовал вошедшему в медотсек капитану, похоже пришедшему проверить состояние первого помощника. Что ж, в этом своем суждении лейтенант не ошибся, однако того, что произойдет дальше он явно предугадать не мог. Да наверное, никто не мог, потому что подобных тенденций за капитаном ранее не водилось. Правда, последний приказ командира корабля по сути исключал какие-либо двойные толкования - капитан собирался поставить на своем же первом помощнике явно идущий с большинством известных принципов гуманизма, а заодно явственно ставящий под угрозу весь экипаж опыт. Отдав подобный явный противоречащий, с точки зрения Николая, и морали, и здравому рассудку приказ, капитан Тен Волде быстро удалился из медотсека. Николай слегка покачал головой, еще раз прокручивая в голове произошедшее и пытаясь осмыслить "а что ж такого нафиг то произошло", правда, менее дикими и безумными последние действия капитана от этого все равно не казались
Что ж, похоже, последний отданный капитаном Тен Волде приказ не оставлял Николаю особо много вариантов ответа на вопрос "что все это могло значить?". Точнее ответов было сейчас всего два - либо капитан тронулся рассудком, а значит представлял угрозу кораблю и экипажу. "Либо он обыкновенный предатель, и его надо отстранить как можно скорее", - с холодной злостью и решимостью подумал Макаров, уже вкратце составив план своих дальнейших действий в столь неожиданной ситуации. Дождавшись, пока медик сделает последний укол какого-то противорадиационного лекарства из гипоспрея, Николай посмотрел на военврача и четко, так чтобы исключить какие-либо неправильные толкования:
- Прошу передать шефу безопасности Аль-Мураки просьбу немедленно явиться в медотсек. Существует актуальная угроза безопасности всего экипажа...

53
Стоило створкам герметичных переборок, отделяющих мед-отсек от остального корабля закрыться за спиной у капитана, как внезапно из помещения пропал весь звук, будто его выдули вместе с воздухом в бескрайний космический вакуум.
Все стояли в некоторой растерянности и смотрели то на бедного экс-первого помощника, то на дверь, за которой скрылась, ныне предательская, по мнению некоторых, спина. У всех в головах была неразбериха и злость, сопровождаемая жалостью к Т’Жевану, который лежал на биокровати, за покровом из высокоэнергичного поля.
- Прошу меня простить, - хрипло и сухо промолвил Финштад, стоящий всё это время в углу комнаты и будто без особого интереса наблюдающий за развернувшейся здесь драмой, после чего удалился из помещения, собирая на своей спине взгляды окружающих и чувствуя как туда уже целятся ножами. Его путь пролегал к личному офису капитана на мостике, но сейчас он казался невероятно долгим, несмотря на то, что ему нужно было пройти лишь пару поворотов до турболифта. Слухи быстро распространяются в закрытых социальных институтах, а такие – тем более. Т’Жеван еще не успел пролежать в лазарете и получаса, как на корабле все узнали о его состоянии и догадывались, что будет дальше. Инструкции Звездного Флота четко устанавливают иерархию на корабле, и точно так же четко оговаривают, кто и при каких обстоятельствах может рассчитывать на повышение, сколько бы отвратным оно не казалось для кандидата. Все прекрасно знали, куда и зачем глава инженерной службы идет, а так же прекрасно понимали, кем он выйдет из офиса тен Волде.
- Капитан, - обратился к Питеру Бьёрн, войдя в его кабинет и закрыв за собой дверь.
- Финштад, - столь же скучно исподлобья ответил тому Капитан, сидевший за столом и изучавший что-то в датападе.
- Я думаю, мы оба знаем, зачем я тут, - Бьёрн подошел к репликатору, взял чашку китайского травяного желтого чая, после чего сел в гостевое кресло и закинув ногу на ногу, отхлебнул кипятка.
- Желтый чай? – Несколько удивленно спросил Питер, услышав необычный, по его мнению, заказ главного инженера, - Не думал, что его кто-то еще пьет. Особенно когда черный стал столь популярным, за последнюю сотню лет.
- Говорят, он помогает избавиться от боли в спине. – Финштад поставил блюдце с чашкой на стол и немного поправил китель, - Глупость, само собой, но самовнушение невероятная сила. Ну или дело во вкусе. Сам не знаю.
Наступила пауза, сопровождаемая тишиной, преследовавшей Финштада и тен Волде от самого мед-отсека. Собеседники буравили друг друга взглядами, пока Питер не отложил датапад в сторону.
- Давайте тогда перейдем сразу к делу, Финш…Кхм, первый. Ситуация сложилась сложная. С одной стороны на нас давит господин Селтак, а с другой моральная дилема с мистером Т’Жеваном. ..
- Можете не пытаться оправдывать своё решение, капитан. Я на вашей стороне. Пытаться обратить ассимиляцию вспять, значило бы потерю огромных возможностей, от которых в данной ситуации…мы не может отказаться, - Бьёрн сделал еще один громкий глоток, - Вы уже связались с командованием?
- Да, они поддерживают решение. Необходимо всё подготовить и организовать, как можно быстрее. “Галатея” будет здесь через шесть часов. Мы значительно оторвались от них, когда пытались догнать Келемвор.
- Отлично, я займусь этим, в скорейшем порядке. Велю лейтенанту Капуру, как можно быстрее организовать оперативную группу. Необходимо как можно быстрее разобраться с Боргом - Финштад умолк на несколько секунд, будто погрузившись в глубокие размышления, - Капитан, можно высказать личное мнение? В свободной форме.
- Разрешаю. Что вы хотели сказать? – Навострил уши Капитан, откинувшись в кресле и потянувшись к остывшему чаю.
- Вы создали крупные осложнения, когда отдали тот приказ. Вы поступили нетактично.
- А что мне еще оставалось делать? Позволить им убрать нанитов и излечить нашего дорогого Сила?
- Вы могли добиться желаемого эффекта куда быстрее и проще, если бы поговорили с госпожой Селар наедине. Она бы вас послушала. Скрыть отсутствие лечения, было бы куда проще, чем разбираться с волнениями.
- Считаете, что всё настолько плохо? – Питер встал с кресла, поправил рубашку и заказал новую порцию чая, предварительно расщепив пустую чашку.
- Ну, как вам сказать…В мед-отсеке не хватало только вывески, чтобы окончательно убедиться, что вас ненавидят и считают больным. Я более чем уверен, что, как минимум, лейтенант Макаров придумывает план вашего смещения.
- Хм, в таком случае будем разбираться с проблемами по мере их возникновения. Даю вам полномочия… Хотя они у вас и так есть. Поздравляю с повышением.
- Я рад как никогда, - сухо съязвил Финштад, - Отправлюсь в мед-отсек. Попробую смягчить результат вашей непредусмотрительности. – Бьёрн развернулся и вышел из кабинета.
Обратный путь в мед-отсек, хоть и пролегал там же, где Финштад проходил полчаса назад, на этот раз был невероятно пуст. Бьёрн даже мог поклясться, что слышал как за мгновение до своего появления в том или ином коридоре, все его обитатели спешно прятались кто куда, будто тараканы над которыми зажгли свет. Похожий эффект получался и раньше, но сугубо с представителями инженерной службы, однако с новой должностью увеличился и радиус охвата его "суперспособности".
Двери с тихим шипением распахнулись, явив взору лазарет и его обитателей, численность которых нисколько не изменилась. Изменилась разве что их деятельность. Так например, Доктор Селар сидела в своём кабинете и заполняла медицинские отчеты, госпожа Бран крутилась вокруг забредшего энсина, который как-то умудрился обжечься реплицированным Какао, а Макаров стоял возле силового барьера и пристально, с отчетливо читаемым сожалением наблюдал за лежащим на биокровати Силом.
- Кхм, - кашлянул Бьёрн, привлекая к себе внимание, что у него, кстати говоря, получилось. Все посмотрели в его сторону.
- Я прошу всех покинуть помещение, на ближайшие десять минут. Вас это, само собой, не касается, - обратился Первый помощник к своему предшественнику, который начал подниматься с постели.
- Но... - хором начало было протестовать обитатели Мёд-отсека, но Бьёрн прервал их громким "Это приказ". После этого ,столь весомого, аргумента все послушно и не скрывая раздражения выползли наружу, за исключением доктор Селар, которая встала напротив Финштада, сложив руки на груди.
- Вы прекрасно знаете, что ваш приказ на меня не распространяется.
- Да, знаю. Поэтому вас, в отличии от остальных, я прошу покинуть помещение. Мне нужно поговорить с господином Силом наедине.
- Если вам нужна приватность, то я готова включить изолирующее поле вокруг вас, но мед-отсек я не покину.
- Хорошо, - Бьёрн вздохнул, - тогда идите в свой кабинет. Наш разговор с Т’Жеваном, должен остаться между нами.
Доктор Селар еле заметно кивнула и, удалившись в свой офис – опустила на Финштада и Сила второй барьер со звукоизоляцией.
- Ну, что вы хотели мне сказать…Первый? – с издевкой прохрипел Т’Жеван,
- Не время ехидничать, Сил. Я пришел сюда не как первый помощник. Я пришел предупредить тебя, как друг. Капитан и командование хотят, как они выражаются, “Воспользоваться появившейся возможностью в изучении враждебного вида”…
- Короче они хотят пустить меня на опыты, - прервав Бьёрна, заключил Сил.
- Да, можно и так сказать. Я пытаюсь сделать со своей стороны, всё что могу, чтобы отменить это решение, или как минимум отложить его. Но я не хотел, чтобы ты тешил себя ложными надеждами на спасение и потом сильно разочаровался. За тобой выслали “Галатею”, она будет здесь часов через шесть.
- Ясно, - сухо прохрипел Сил, - Извини, Бьёрн, но я себя плохо чувствую. Я хочу прилечь.
Финштад кивнул, дал команду убрать барьер и удалился из мед-отсека.

54
Мураки сверлил взглядом панель тактической установки, но толку от этого не было никакого. Борг – одно лишь это слово вселяло подсознательный ужас в сердца многих офицеров звездного флота. За последние годы федерация научилась противостоять новой угрозе, но сражение в системе Волк 359 все еще не давало о себе забыть. Ситуация поменялась на противоположную, если у «Марии Кюри» раньше были все шансы разделаться с ромуланцами без особых проблем то теперь ситуация становилась все более угрожающей.
От размышлений лейтенанта оторвал вызов Макарова, на который он не мог не отреагировать.
Спустившись в медицинский отсек Махмуд обнаружил весьма нелицеприятную картину. Ком подступил к горлу, ситуация была не из приятных.
- Какого черта здесь вообще происходит? – недоуменно произнес Мураки, едва не срываясь на крик. Он впервые видел ассимилированного собственными глазами, а то что им являлся их первый помощник уверенности не прибавляло.
Выслушав историю о поступке капитана Махмуд опешил. Чего-чего, а такого от командира корабля он явно не ожидал. В мысли закрались сомнения в адекватности происходящего, но в таких ситуациях следовало действовать максимально быстро.
- Лейтенант, немедленно усильте охрану лазарета, пусть ваши люди возьмут под охрану все подходы к этому месту, сюда даже мышь не должна проскочить! – нервно приказал лейтенант и подошел поближе.
Он никогда не был в хороших отношениях со старпомом, но такого тактик не пожелал бы даже худшему своему врагу. Махмуд покосился на лейтенанта Бран что стояла неподалеку и обратился к Т'Жевану.
- Первый, - медленно протянул он, ситуация складывалась щекотливая, но все же действовать нужно было максимально быстро, каждая секунда промедления грозила обернуться огромными неприятностями, - Я не собираюсь тянуть кота за яйца и мусолить эту тему. Во всей этой суматохе забыли спросить лишь одного человека – Вас и я приму любое Ваше решение.

55
- Ну слава Тебе, Господи, - также тихо, почти неслышно прошептал Николай, наблюдая за реакцией только что подошедшего шефа безопасности Аль-Мураки на весь тот дикий, до того казавшийся невозможным дурдом, что устроил их капитан, отдав тот последний приказ. Несмотря на всю тревожность ситуации, лейтенант Макаров успел заодно чуточку порадоваться тому, что он все же не ошибся в своих оценках насчет лейтенанта Аль-Мураки. Да, последний мог быть порой грубоват, да в каких-то оценках и мнениях они могли не сходиться, но одного Николай не мог отрицать - для лейтенанта младшего ранга Махмуда Аль-Мураки слово "честь" не было пустым звуком, и своей реакцией на все то, что произошло лейтенант Аль-Мураки только что это доказал.
Закончив свои размышления, лейтенант встал и подошел к шефу безопасности. По идее, последний, как это было явственно видно, в целом и так понял "что к чему", но тем не менее, оставалась предписанная уставом формальность, которую Макаров все же должен был проделать.
- Компьютер - протокольная аудиозапись с расшифровкой, приоритет 1-А-Прим, - быстро скомандовал бортовому компьютерному терминалу, после чего обратился уже напрямую к Аль-Мураки, не забыв предварительно выполнить формальное воинское приветствие, - Сэр, я хочу сделать рапорт, сэр. Сегодня в 09-15 по корабельному времени, текущая звездная дата, капитан Питер Тен Волде приказал провести недобровольный и противоречащий базовой этике и нравственности опыт над коммандером Силом Т'Жеваном, подвергнув последнего ассимиляции со стороны боргов и запретив оказывать необходимую медпомощь. Медпомощь, которая может быть отказана текущими средствами медотсека звездолета, сэр.
Текущий режим, выставленный Макаровым для бортового терминала звездолета означал, что сказанные им слова записываются и протоколируются, чтобы потом быть доступными для изучения вышестоящим командованием по возвращению на звездную базу. Закончив полусекундную паузу, Макаров продолжил:
- Потому я считаю, сэр, что капитан вышел за пределы своих полномочий, и что его приказ противоречит законам Федерации и общим принципам нравственности, а потому не должен быть исполнен. Также, сэр, есть подозрения в возможности или желании капитана дальше выполнять свои обязанности не подвергая корабль и его экипаж ненужному риску, а потому считаю целесообразным временно отстранить капитана Питера Тен Волде от исполнения обязанностей командира корабля и взять его под стражу до решения вопроса вышестоящим командованием. Первый лейтенант Николай Макаров рапорт окончил.

56
После ухода новоиспеченного первого помощника из лазарета у Сила уже не было никакого желания с кем-либо разговаривать. Однако ворвавшийся в помещение Аль-Мураки все-таки заставил его подняться с биокровати. - А как вы думаете, что я считаю обо всем этом? – Потирая лицо ладонями, ответил вопросом на вопрос Сил.
- Открыто говоря, сэр, мне было бы хреново… - Без промедлений сказал Махмуд.
- Все верно, младший лейтенант, – Кивнул Т'жеван, - в любом случае, я больше не первый помощник. Сейчас эту должность занимает Бьорн Финштад… по порядку иерархии.
- Как? Уже? Это несправедливо, сэр.
- Ну это место должен был кто-то занять. И чем раньше, тем лучше…
- Что здесь происходит? – Вмешалась в их разговор Селар. – Почему вы оцепляете лазарет, младший лейтенант?
- По соображениям безопасности, лейтенант-коммандер, – повернувшись к ней и сложив руки за спиной, ответил Аль-Мураки, - Кроме того, я не могу спокойно смотреть на… собственно говоря, может быть Вы сможете объяснить мне, что именно здесь происходит?
- Капитан отдал приказ прекратить деассимиляцию. Что тут непонятного?
- Вы еще спрашиваете, доктор? – Недоуменно воскликнул Мураки. – Это идет в разрез принципам Федерации. С каких пор мы используем методы свойственные каким-нибудь кардассианам?
- Если вы не согласны с этим приказом, то вы всегда можете оспорить его в кабинете капитана. Но вы не имеете права мешать работе лазарета. Ваши люди снаружи не пускают сюда МОИХ пациентов, которые нуждаются в помощи.
Младший лейтенант ничего не ответил, поняв что возможно немного погорячился с приказом.
- Допустим… но я все равно должен оставить здесь охрану из-за… из-за угрозы Борга. Простите, сэр.
- Нет, - прохрипел Сил.
Мураки вопросительно посмотрел на него.
- Я говорю – нет, младший лейтенант. – Повторил Сил, наклонившись над своей биокроватью, и оперившись об нее руками. Ему становилось все хуже и хуже и ему все меньше и меньше хотелось выслушивать офицерские споры. – Вы хотели услышать мое мнение по поводу этой ситуации, и я говорю вам – нет, я не хочу, чтобы вы дальше эскалировали этот конфликт. Вы не будете идти к капитану и оспаривать его решения.
- Сэр, я правильно понимаю, что вы добровольно соглашаетесь на этот эксперимент. Вы хотите, чтобы над вами проводили опыты.
- Нет, я этого не хочу, черт возьми! – В сердцах воскликнул Сил, выпрямившись и сразу же пожалев о содеянном. Резкая боль вынудила его вновь лечь на биокровать, – но Борг здесь, - с хрипом произнес он, - он пересек нейтральную зону, возможно коллектив готовит нападение на Федерацию. Еще одной войны она не переживет… только не с Боргом. Нам нужно воспользоваться шансом, раз он у нас есть.
- Но это уже слишком, сэр. Звездный флот такими методами не пользуется.
- Этот разговор окончен, младший лейтенант! – Громко прервал его Сил, - Вы хотели услышать мое мнение, я его вам сказал. Я даю согласие на проведение этих экспериментов, вызываюсь добровольцем – называйте как угодно. Хотите сделать полезное дело – не вмешивайтесь и слушайтесь командования.
Махмуд не стал ничего отвечать коммандеру. Кивнув доктору Селар, он пошел отдавать Николаю новый приказ. Через некоторое время в лазарете стало тише и Т'жевану немного полегчало.
По ощущениям время текло невероятно медленно и Т'жевану, с каждым мучительным часом, становилось все хуже. Он чувствовал, что каждая часть его тела, друг за другом, становится ему чужой, буквально ощущал, как его организм перестраивается, в нем постоянно что-то меняется, и это сопровождалась болями, по началу слабыми, но с каждой новой минутой нарастающими, происходящими спонтанно и каждый раз отправляющие его в беспамятство.
Сил уже плохо понимал, что происходит вокруг него, а встать с биокровати и осмотреться никак не получалось. Иногда его разум прояснялся и Сил слушал разговоры пациентов, находящихся в том же помещение и изучавшие его словно диковинное животное в зоопарке.
- Как ты думаешь, он нас слышит? – Послышался женский голос.
- Глаза открыты, но зрачки не шевелятся… такое чувство, будто бы он умер. Но вроде дышит. – Ответил ей другой, уже мужской, голос.
- Выглядит жутковато… как ты думаешь, какие планы у капитана на его счет?
- Не знаю, но ходят слухи, что когда процесс ассимиляции будет завершен, готово дрона переведут на звездную базу для дальнейшего изучения.
- Серьезно? Это жестоко… и довольно опасно. Но оно и к лучшему. Я бы не хотела работать на корабле, где есть работающий дрон Борга.
- Его же вылечить могли, в конце концов!
- Ты много таких примеров из истории знаешь? И я бы точно не стала доверять тому, кто уже один раз был ассимилирован. Мало ли что…
- Примеры показывают, что никакой опасности прошедшие деассимиляцию собой не представляют.
- Мало ли какую тактику Борг использует сейчас. Никто не может быть уверен наверняка. На месте Звездного Флота я бы не стала рисковать и уничтожила бы его… другой путь – куда хуже…
После этих слов Т'жевана снова поглотило забвение. В снах, что сопровождали его беспамятство постоянно всплывали события прошлого, никак не связанные друг с другом. Так прошло какое-то время, что показалось Силу целой вечностью и однажды он очнулся, будто от жуткого кошмара. Слабость вроде как покинула его, и ему даже удалось подняться с биокровати и осмотреться по сторонам: в мед-отсеке никого не было, если не считать доктора Селар, которая сидела неподалеку в своем кабинете без стен.
- Доктор,- позвав Сил ее, - доктор, мне нужна ваша помощь!
Селар не заставила себя долго ждать и у нее наготове уже был гипошприц
- В сознании впервые за долгое время. Вас опять мучают боли?
- Да доктор, - зажмурившись, ответил Т'жеван, указав на шприц, - это.. это обезболивающее?
- Можно и так сказать, - ответила Селар, - это вам поможет.
Как только она оказалась рядом, Т'жеван вскочил с места и сразу же схватил ее за руку. У доктора реакция была не хуже ее свободная рука очень быстро легла Силу на плечо, собираясь провести вулканский нервный захват, дабы успокоить пациента как следует.
- Стойте! – Крикнул Сил, остановив ее, - это все еще я, коммандер Т'жеван. Я еще не превратился.
- А зачем тогда схватили за руку? – Спокойным тоном спросила Селар, но руку с плеча андорианца убирать не стала.
- Это? – Т'жеван ослабил хватку, - Это для надежности. Мне нужно, чтобы вы меня выслушали, пока… пока я еще я.
- Хорошо.
- Помните наш разговор? – Внимательно посмотрел на нее Т'жеван здоровым глазом – До того, как мы обнаружили «Келемвор»? Я сказал вам, что у меня есть основания полагать, что на корабле есть шпион? Его обязательно нужно изловить. Кроме нас с вами никто на этом корабле даже не подозревает об этом. Логично, что охоту должны продолжить вы.
- Пока вы не предъявили доказательств, - не отрывая от него взгляда, произнесла Селар, - корабельный психиатр может продиагностировать вам паранойю. Вы еще не ходили к нему на осмотр?
- Черт возьми, Селар! – Позабыл о субординации Сил, - я не псих, ладно? Я знаю о чем говорю. Не верите мне, свяжитесь с доктором Ямагучи.
- Вашим психотерапевтом? – В голосе Селар, почти что читалось недоумение
- Врач он – только по образованию. На самом деле это агент разведки и это он снабжает меня информацией. И скорее всего это не его настоящее имя, он просто пользуется им, чтобы писать мне письма с шифровкой.
- Допустим – все это правда, в чем у меня все еще есть повод усомниться, – наконец произнесла Селар после небольшой паузы, - как мне связаться с вашим информатором и что ему сказать.
- У вас есть полномочия, доктор. После того как я… перестану быть собой, то скорее всего я сюда не вернусь. Звездный флот найдет много способов применить дрона, особо если учесть, что я уже дал свое согласие. Вы должны воспользоваться своими полномочиями и получить доступ к моему личному терминалу. Вам нужны письма Ямагучи, они зашифрованы, но ключ есть. Я подготовился к подобной ситуации заранее и оставил его в надежном месте. Я расскажу вам где…
- Коммандер, я еще не давала своего согласия.
- Это не имеет значения. Я дам вам информацию, доткор, а вы делаете с ней все что хотите. Если откажитесь, то уничтожьте все. Пожалуйста. Я могу доверить это только вам.
Не дожидаясь ответа вулканки, он выдал ей все нужные инструкции. Это был очень рискованный шаг, но выбор у него больше не было.
Доктор Бран вошла в помещение как раз в тот момент, когда Сил закончил, и застала бывшего первого помощника и старшего офицера медицинской службы вместе за силовым полем. Те все еще стояли близко друг к другу, но Т'жеван, заметив Бран, сразу же отстранился, отпустив руку Селар.
- О… - остановилась Джулиана, - если я не вовремя, то…
- Нет, все в порядке, вы хотели мне что-то показать? – Подошла к ней Селар, но триллка так ничего и не ответила. Ее взгляд был прикован к Т'жевану, процесс ассимиляции которого был только что завершен.
Пустым взглядом бывший коммандер смотрел на них обеих, стоя за силовым полем и не двигаясь. Через некоторое время он открыл рот и заговорил с ними, но голос явно не принадлежал андорианцу.
- Мы – Борг. Немедленно прекратите преследование. Преследование бесполезно. Вы будете ассимилированы. Ваши биологические и технические достижения будут добавлены к нашим. Сопротивление бесполезно.

57
Дикая, казавшаяся до того невозможной даже по меркам успевшего навидаться боев и перестрелок Николая импровизированная пьеса, разворачивающаяся сейчас в медотсеке, походе вступала в свою заключительную фазу. К тому же, свою роль собирался сыграть и лично коммандер Сил Т'Жеван, так что пока Макаров предпочел просто стоять и не вмешиваться, пока в его вмешательстве не будет абсолютной необходимости.
Возможно, а точнее, почти наверняка, лейтенант чего-то не знал во всей этой заварухе, возможно у командования был какой-то свой план, но так или иначе, бывший до текущего момента предполагаемой жертвой незаконных опытов коммандер решил стать добровольцем в том же самом опыте по ассимиляции. Последнее- меняло дело довольно радикально.
Хотя законы Федерации и Уставы Звездного Флота запрещали противоречащие базовой этике и правам индивида опыты на разумных гуманоидах, но Уставы же допускали опыты на добровольцах в случае "острой военной или чрезвычайной необходимости". Была ли сейчас подобная необходимость - на этот вопрос, пожалуй, Николай едва ли мог дать ответ.
- Ну что ж, раз это так вот выходит... - шепотом, и скорее сам себе под нос, чем обращаясь к кому-то другому произнес лейтенант, слегка опуская голову. Напряжение недавнего боя, вкупе с вкачанными в его вены ударными дозами противорадиационных препаратов, а также совсем недавней эмоциональной нагрузкой тоже давали о себе знать внезапно и без предупреждения подступившим чувством усталости. Коротко поблагодарив проводившего его осмотр медика, Николай подошел к стоявшему прямо напротив огражденной силовым коконом биокровати с "внезапным добровольцем" шефу безопасности Аль-Мураки и мягко повел его прочь из медотсека, негромко сказав ему:
- Пойдем отсюда, сэр. Думаю, мы и так здесь уже слишком задержались...
Такое действие формально не слишком то одобрялось действующими протоколами субординации, но сейчас самому Макарову казалось, что это было лучшее, что могли сейчас сделать и он сам, и его непосредственный начальник в лице лейтенанта Аль-Мураки...

58
Писк терминала разрезал тишину в капитанском офисе и вырвал его владельца из глубоких дум о своем ближайшем будущем, которое с каждым часом все меньше казалось ему безоблачным. Вызов шел по подпространственному каналу, и скорее всего у звонящего было звание не ниже адмиральского. Лишь чувство исполинского ботинка командования, нависшее над головой Питера, заставило его заранее смириться со всеми вариантами исхода и положить палец на кнопку ответа.
- Капитан, - поздоровалось пожилое женское лицо, заполнившее собой половину экрана, - Я не вовремя?
- Я сейчас свободен, если Вы об этом, - постарался капитан покрыть свой голос уверенной ледяной коркой, - Слушаю Вас.
- На Вас составлен рапорт.
- Я не удивлен.
- В нем указано, что Вы отдали приказ, запрещающий препятствовать ассимиляции первого помощника. Вы это не упоминали в своем последнем отчете.
- Я счел это лишним, - Питер почему-то пытался смотреть изображению в глаза, - Вы понимаете, что убить всех нанитов в организме, не убив при этом их носителя сложно? Шансы на то, что омикронная радиация…
- Оставьте при себе эти тонкости, - отмахнулась адмирал, - Я и без того не до конца одобряю Ваш план, но тут Вы превзошли все мои ожидания.
- В случае успеха все это будет оправданно.
- «В случае успеха», - передразнила адмирал, - Капитан, чем бы не завершилась эта миссия, капитанского кресла Вам больше не видать.
- Трибунал? – навострил Питер уши, сделав вид, что не ожидал этого.
- Трибунал, - кивнула адмирал, - И, если Вам интересно, судьба Вашего первого помощника не сильно повлияет на последствия. Вы нарушили международный договор, высадились на вражеское судно, которое затем упустили. Это запросто можно расценить, как препятствие крупномасштабной операции.
- Ромуланцы уже в курсе?
- Нет. Но скоро будут. Сначала они предъявят претензии, а затем потребуют, чтобы полетели головы, начиная с Вашей.
- Не могу сказать, что я не люблю свою голову, - сглотнул Питер и рефлекторно потер свою шею.
- Возможно, Вы сможете отделаться простым увольнением. При одном условии…
- При каком?
- Если Ваш безумный план сработает, Вы уничтожите Келемвор, и мистер Т’жеван сможет благополучно отключиться от коллектива.
- Это три условия.
- Не в вашем положении сейчас умничать. В каком состоянии сейчас Ваш первый помощник?
- Насколько я могу судить, - наконец-то прорезалась неуверенность в голосе тен Волде, - Он недавно закончил создавать семнадцатую программу с парусными регатами.
- Другой Ваш первый помощник!
- Он? – переспросил Питер, - Согласно последним донесениям из лазарета, он бодр, здоров и хочет всех ассимилировать.
- То есть он готов?
- Лично я пока его не видел, но думаю, что да, готов.
- Свяжитесь, если все будет хорошо…
Раздалось шипение дверного механизма. Капитан выглянул из-за экрана и увидел единственное существо на корабле, которому позволено было вот так без спроса врываться в его кабинет. Двери закрылись, и Селар, тактично пропустив приветствие, встала напротив, ожидая конца разговора.
- Хорошо… - ответил капитан слегка растерянным голосом, взором наткнувшись на строгий вулканский взгляд, - Просто поверьте, что я отчаянно хочу их выследить.
- Я верю. Но Ваши методы оставляют желать лучшего.
- Понимаю.
- Конец связи, - попрощалась адмирал, и экран потух.
Тен Волде поднялся со своего кресла, разглядывая главврача и не зная, с чего начать разговор. Она продлила неловкое молчание еще на две секунды, наблюдая реакцию своего капитана и выбирая подходящие слова.
- Врачебная этика…
- Я знаю врачебную этику, - резко перебил капитан нетрадиционное вулканское приветствие.
- Я хочу знать причины, по которым ты запретил помогать моему пациенту, - спрятала она руки за спиной.
- Скажем так, - робко отступил капитан ближе к окну, чувствую потребность в пространстве, - Я не хочу сейчас каркать.
- Каркать? – за непонимание скрывалась явная издевка.
- Я еще не уверен, что поступил правильно, - признался он и на секунду отвернулся к окну.
- Правильным было бы попытаться спасти его, - продолжили литься с ее уст нотки осуждения.
- Ты когда-нибудь имела дело с Боргом? – вонзил он в нее свой взгляд, ожидая найти в ней ту же неуверенность, которая сейчас сжирала его изнутри.
- Нет.
- А я имел. И поверь мне, что шансы убить всех нанитов омикронной радиацией, не убив при этом носителя…
- Здесь я отвечаю за медицинскую службу, - перебила она его, внезапно наплевав на легендарную вулканскую учтивость, - Я осознаю риски и считаю их приемлемыми.
- Тут проблема выходит далеко за грань медицины! – прошипел Питер и отошел от окна, - Помнишь нашу первую встречу?
- Помню, - красноречиво продолжила она кидать дрова в диалоговый костер.
- Скажем так, - замялся он, - Текущая ситуация… сопоставима с ситуацией, при которой я позволил умереть капитану Левеку.
- Аналогия некорректна.
- Степень ее корректности мы скоро узнаем.
- Я все еще могу отстранить тебя от обязанностей капитана, - внезапно выдала она и явно услышала, как у капитана в груди что-то замерло на мгновение.
- Это угроза?
- Нет, это предупреждение.
- Хорошо, - выровнял Питер свой пульс, - Я думаю, что Сила еще можно спасти.
Последние слова заставили ее немного расслабиться и сделать более глубокий вдох.
- Я бы не хотела, чтобы все старания пропали даром.
- Я тоже, - обреченно опустил капитан свой взгляд и признался в своем диагнозе, - Мне светит трибунал.
- Опять? – сделала Селар вид, что не удивилась.
- Опять, - пожал он плечами, - Кажется, я нарушил за последние пару дней примерно половину приказов, и, что самое обидное, судить меня будут за то, что я не угодил ромуланцам.
- Ты знал, на что шел.
- Нет, - признался он, словно грешник на исповеди, - Я вообще ничего не знал. Я вообще ни к чему из этого был не готов. Все, что мне сейчас остается – это решительно плыть по течению.
- Оставь при себе земные метафоры.
- Только через мой труп, - выжал он из себя улыбку, - А знаешь, перспектива стать врачом на гражданке не так уж и плоха. По крайней мере, врачебную лицензию у меня не отберут… Во всяком случае в международном договоре ничего про нее не написано.
- Я буду рада провести тебе переаттестацию, - Селар звучала в этот момент почти искренне.
- Обидно.
- Я занималась преподавательской деятельностью в академии, у меня есть опыт, - сделала она вид, что не оскорбилась.
- Да не то обидно, - отмахнулся Питер, и вдруг еще один писк раздался из терминала. То было сообщение от инженерной службы, которое капитан ждал с нетерпением до тех пор, пока не забыл. Бегло пробежавшись взглядом, с каждой прочитанной строчкой его глаза все сильнее наливались удивлением, кровью, медом и всем остальным. Резко поменявшееся выражение его лица даже Селар заставило навострить уши и потоптаться на месте в ожидании невероятно интересных новостей.
- Это ужасно! – почти прокричал капитан, стараясь не искривить свое лицо в какой-то больной улыбке.
- Питер, ты хорошо себя чувствуешь?
- Я остаюсь капитаном!
Питер тен Волде за последние несколько дней нарушил половину приказов, несанкционированно высадив десант на вражеский корабль, упустив его, нарушив построение флота, подвергнув ассимиляции первого помощника, вмешавшись в дела вышестоящих чинов и приготовив себе в репликаторе чай не по традиционному рецепту. Он вдруг ощутил в себе вседозволенность, в приступе эйфории обойдя свой капитанский стол, положив свою руку на ее шею и бестактно прижав ее губы к своим. Целовать вулканскую женщину было чуточку теплее и романтичнее, чем целовать труп трехчасовой свежести. Кроме того, это было почти так же по-свински, как навязывать человеку вегетарианский образ жизни, но капитану сейчас отчаянно захотелось почувствовать себя в розовой шкуре с треугольными ушами и пятаком вместо носа.
- Я остаюсь капитаном, - повторил тен Волде уже шепотом и, выпустив своего главврача из хватки, вышел из кабинета. Что в этот момент творилось в сконфуженной вулканской голове, никто доподлинно не знал. Селар просто постояла пару секунд посреди капитанского офиса, наполненного тишиной, выключила капитанский терминал и вышла через капитанскую дверь. Произошло что-то ужасное, и ей не хотелось знать, что именно, пока капитан сам не сознается.

59
Джулианна наблюдала за бывшим первым помощником, а ныне - прекрасным образцом борговского дрона, хоть пока что и без имплантов, уже почти час. Доктор Селар сдала свою смену и направилась по вулканским делам, а младший персонал в медотсек не допускался под строгим запретом. А значит, Джулианна находилась в полном одиночестве в медотсеке с боргом. Чувство панического страха тщательно перемешивалось с ощущением любопытства, образуя интригующий коктейль с уникальным привкусом лёгкой нервотрёпки. Джулианна провела уже сотню сканирований, тестов и анализов. "Когда всё это закончится, напишу книгу про процесс ассимиляции у андорианцев. Ну, или фантастический роман, накрайняк", - размышляла она, держа в руке ёмкость с нанитами, взятыми у Т'Жевана. Разумеется, в личное хранение. Так, на всякий случай. Конечно, исключительно из благих намерений.
- Мы – Борг. Немедленно прекратите преследование. Преследование бесполезно. Вы будете ассимилированы. Ваши биологические и технические достижения будут добавлены к нашим. Сопротивление бесполезно, - продолжал повторять дрон-Т'Жеван, глядя в одну точку и пытаясь пройти сквозь поле. К счастью, оно было рассчитано и на боргов тоже.
- Скажите, Борг. А не эффективнее ли будет, наоборот, убедить нас продолжить преследование, а потом всех ассимилировать? - спросила Джулианна, сама удивившись своевременности вопроса. Действительно, поведение у борга сейчас было и правда совсем на них непохожим.
Дрон замолчал и остановился. А затем продолжил.
- Мы - Борг. Вы будете ассимилированы. Ваши биологические и технические достижения будут добавлены к нашим. Сопротивление бесполезно.
- Значит, теперь преследовать можно. Интересно.
Дальнейшее Джулианна описать смогла только с трудом. Всё произошло слишком быстро, и напугало её абсолютного ужаса. Раздался треск. Сдерживающее поле пошло рябью и просто пропало. Дрон-Т'Жеван осмотрелся и сделал шаг. Джулианна вцепилась в образец с наноботами, сжала его в кулаке, а затем заорала, как типичная женщина из фильмов ужасов, и бросилась наутёк из медотсека. Только в другом конце коридора до неё дошло, что кое-что необходимое всё же надо сделать. Она дотронулась до коммуникатора и протараторила:
- Службабезопасностивмедотсек!!! Срочно!!!
После этого триллка вызвала турболифт и уехала с палубы в свой привычный, дополнительный медблок.

60
Борг никогда не тратит времени на пустяки.
У этого дрона была четкая задача – саботировать корабль и насильно прекратить преследование. В этом Боргу очень сильно могла помочь память самого коммандера Т'жевана, которая была присоединена к общим знаниям коллектива в процессе ассимиляции. Знания эти пригодились сразу же, на выходе из лазарета.
Посмотрев направо, дрон заметил немаленькую группу вооруженных офицеров службы безопасности приближающихся к нему. Слева же он увидел терминал управления дверью, которым немедленно воспользовался.
Еще не обновленные коды безопасности первого помощника сразу же подошли и прямо перед группой офицеров возник силовой барьер.
- Проклятье! – Воскликнул их командир и связался с кем-то по коммуникатору, - Борг пользуется полномочиями старшего офицера, он перегородил нам путь и направился к носу корабля! Пришлите подмогу!
Воспрепятствовать Силу они больше не могли, поэтому он развернулся и направился дальше по коридору, пока из-за угла к нему не выбежал энсин с фазером наперевес. Последний, отзываясь на тревогу, наверняка и подумать не мог, что встретит сбежавшего дрона.
- Энсин Вешу? – послышался голос командира с другой стороны барьера. – Бегите оттуда, Вешу. В одиночку вам с ним не справиться!
Тот прохрипел что-то нечленораздельное, пятясь назад и выставив фазер вперед, наивно полагая, что это поможет. Без промедлений, дрон приближался к нему все ближе и ближе, пока тот не выстрелил. Яркая вспышка и ничего не произошло. Добравшись до Вешу, Сил схватил его за руку, держащую фазер и произнеся «сопротивление бесполезно» вывернул ее под очень неестественным углом. Завопив от боли, энсин выронил из ослабевших пальцев свой фазер, который Т'жеван сразу же подобрал и выстрелил из него в его же хозяина.
Как раз в этот момент, из другого конца коридора в его сторону бежала другая группа из службы безопасности. Выпрямившись, Сил метким выстрелом оглушил одного из них и остальные бросились в рассыпную, ища укрытия. Вести ответный огонь оглушающими смысла не имело все равно.
Воспользовавшись терминалом, дрон перекрыл силовым полем и ту часть коридора, после чего скрылся за углом.
- Теперь у него есть фазер… - Тихо произнес один из офицеров в коммуникатор, - и он направляется к турболифтам. Отключите им питание… тем, кто там останется, придется потерпеть.
Просчитав возможности, Борг пришел к выводу, что нужно добраться до ядра корабля, где выставить мощность фазера на максимум и положить этому преследованию конец без возможности его возобновления. Оглушив по дороге еще несколько членов экипажа, которые могли как-то помешать выполнению операции, дрон добрался до дверей турболифта и пришел к выводу, что вся система сейчас не активна. Не долго думая, он повесил фазер на пояс и руками раздвинул створки, затем спустился в саму шахту.
Поймать его становилось все более сложной задачей.

61
Полноценно отдохнуть, впрочем, лейтенанту так и не удалось. Он успел кое-как добраться до своей каюты, быстро принять душ и даже какое-то короткое время поспать. Прежде, чем его разбудил хорошо знакомый, и от того ничуть не менее жутковатый звук объявленной внутрикорабельной тревоги, а заодно и объявление от бортового компьютера, передающее приказы "немедленно прибыть согласно плановому расписанию".
В сердцах тихо выругавшись, лейтенант встал со своей койки, быстро натягивая на себя униформу и параллельно запрашивая через ПАДД у бортового компьютера данные по текущей ситуации и адресованным лично ему приказам. Судя по тому, что он сейчас читал, Макаров мог сделать только один вывод - дело было дрянь, и, что самое поганое, ситуация стала такой именно из-за того чертового опыта, по поводу которого он совсем недавно подавал рапорт и на который вызвался добровольцем коммандер Сил Т'Жеван. Тот самый коммандер Т'Жеван, а точнее то, что сейчас управляло его телом, вырвался и уже успел сравнительно легко преодолеть первые выставленные посты охраны. Служба безопасности попросту не успела обновить коды допуска, и захвативший тело несчастного коммандера борговский выродок попросту воспользовался кодами допуска первого помощника.
Николай еще раз тихо выругался - все самое плохое, что только могло произойти благодаря этому эксперименту похоже, уже происходило прямо сейчас. Впрочем, времени особо размышлять и рефлексировать над тем, что уже произошло у него не было - сейчас надо было не дать вырвавшемуся на свободу боргу нанести еще больше вреда. Взяв из настенной "пирамиды" фазер и быстро проверив заряд энергоячейки, Макаров запросил бортовой компьютер:
- Компьютер, передай приказ личному составу десантной группы - боевая тревога, немедленный сбор в инженерном отсеке, на борту вторжение одного борговского организма.
- Вас понял, приказ передан, - все тем же бесстрастным голосом отозвался компьютер. Кивнув, скорее сам себе, чем собеседнику (компьютеру было все равно), Николай сорвался в путь к ближайшему турболифту, который должен был доставить его к инженерной палубе. Активировав лифт при помощи экстренного кода доступа и биометрического скана, Макаров отправился в путь вниз, к реакторной палубе, по пути еще раз проверяя оружие и выставляя его на режим дезинтеграции (к режиму парализатора, увы, борги были фактически нечувствительны). С легким шипением лифт поехал вниз, а лейтенант пока еще раз прокручивал в голове то, что произошло и то, что им еще предстояло сделать. В связи с чрезвычайной ситуацией, всему свободному от дежурств персоналу надлежало усилить патрули и посты на жилых палубах, а также в критических важных местах звездолета - инженерной палубе, где размещались механизмы варп-реактора корабля и в зале машин системы жизнеобеспечения. Параллельно двери, ведущие на мостик должны были быть заперты и заблокированы пока тревога не будет отменена. Согласно этому же плану действий на Николая и его людей возлагалась обязанность усилить охрану инженерного отсека, куда лейтенант сейчас и направлялся. Впрочем, помимо мыслей о грядущем задании в голове Макарова крутилась и еще одна, подлая и предательская мысль, которую он пока всеми силами старался отгонять - "вторгшийся борг" раньше был его сослуживцем, и дело стремительно принимало оборот, при котором лейтенанту уже скоро могло предстоять стрелять по этому сослуживцу, ставшему просто жертвой обстоятельств, на поражение...

62
Питер тем временем был занят важным делом - разыскивал субкоммандера Селтака для одного очень важного разговора. Настолько важного, что доверять его коммуникаторам совсем не хотелось. Ромуланский гость находился в лаборатории кибернетики, занятый расшифровкой бортового самописца с Келемвора и проклинающий все на свете. Путь до этой лаборатории был усыпан препятствиями, состоящими из одного медленного турболифта, одного неаккуратного энсина, плохо смотрящего под ноги, одного излишне любопытного медика, донимающего его вопросами, и одного сообщения по внутренним каналам о сбежавшем дроне.
Благодаря последнему капитан за сегодняшний день уже в третий раз приготовился падать на пол с сердечным приступом, но когда он перевел дыхание, и его голова слегка проветрилась от впечатлений, он вспомнил, что дрон - это ерунда. Всего лишь немного чокнувшийся андорианец, у которого нет ни оружия, ни мер персональной защиты, ни приспособлений для ассимиляции, ни даже кружки псевдоандорианского синтеголя. Проблема со службой безопасности сейчас встала на первое место - они могли просто с испугу превратить дрона в пар, что могло стать еще одним плевком в ранимую капитанскую натуру. Служба безопасности в тот же миг получила гневный приказ брать дрона живым, и по степени гневности этот приказ был чуть ли не заочным смертельным приговором каждому, кто посмеет его ослушаться. Кажется, служба безопасности сделала вид, что поняла его. Тут-то на тен Волде и наткнулся субкоммандер, и капитан вдруг вспомнил, куда и зачем шел.
- Субкоммандер, - прорычал тен Волде и тут же поспешил сменить тон, - Я искал Вас. Ничего не хотите мне сказать?
- Нет, - сделал он выражение лица ничего не понимающего лоботомита, - Вы сейчас про самописец?
- И про самописец тоже, - капитан сорвался с места вслед за нервно зашагавшим вдоль по коридору Селтаком, - Я вижу, что неожиданности даже для Вас еще не закончились.
- Я всего лишь ромуланский офицер, - посыпались оправдания, - Единственное, для чего меня сюда направили - посодействовать в уничтожении Келемвора.
- И Вам, конечно же, не сообщили, что из себя представляет Келемвор и что вообще тут происходит?
- Зачем? Я же должен был просто уничтожить Келемвор! - повторил он, едва не потеряв равновесия от неосторожного тычка своим плечом в угол коридора.
- То есть Вы не отрицаете того, что Вас не снабдили тактически важной информацией? - начал капитан своим прищуром сканировать Селтака на предмет наглой лжи.
- Меня снабдили всей необходимой информацией, - сделал он четкий акцент на слове "необходимой", - Капитан, вы зря теряете время. Мои цели не изменились. И если Вы думаете, что я здесь для того, чтобы плести какие-то дешевые интриги, то Вы явно имеете о моем народе какие-то предосудительные стереотипы.
- Я пытаюсь докопаться до правды!
- Правда такова, - резко остановился субкоммандер, - на Келемворе враги и они должны быть уничтожены!
- Я не отрицаю, - столь же резко остановился тен Волде, - Понимаю, у Вас, как у офицера, есть свои причины что-то скрывать от меня... - он запнулся и резко поправился, - Вернее, кое-что скрывать от меня. Но в одном мы с Вами должны сойтись прямо здесь и прямо сейчас.
- Я Вас слушаю.
- Вы больше не смеете угрожать моей карьере и моему капитанскому креслу, - прозвучала фраза с четко расставленными акцентами на шипящие и рычащие звуки, - Если Вы и правда до сих пор этого не понимали, то сейчас наверняка понимаете, в каком глупом положении оказались. И уж точно Вы должны понимать, что в конечном итоге мои действия будут оправданы, я сохраню свое звание, и моя голова никуда не полетит...
Его прервал звук куда-то полетевшего офицера, издавшего короткий вскрик перед жестким приземлением. И из-за угла появился собственной персоной сам Сил Т'жеван с лицом андорианца, которому уже тридцать лет как необходим отпуск.
- Ну все, моей карьере конец... - прозвучал поникший голос капитана, - Бегите, Селтак, ему нужен лишь я.
- Субкоммандер Селтак, - внезапно прорезался голос из дрона, уверенной поступью перебирающего половицу по направлению к ромуланцу, - Вы будете уничтожены. Ваше существование будет окончено. Сопротивление бесполезно.
- Бегите, Селтак, ему нужны Вы! - более уверенно скомандовал капитан, постепенно пятясь назад и отталкивая собой Селтака в ту же сторону.
- Вы что, во всех ситуациях будете выставлять меня трусом? - оскорбился ромуланец, обдумывая возможности для маленького героизма.
- Не будьте идиотом, этот дрон явно хочет сломать вам шею. Даже для борга это как-то агрессивно.
Капитан знал, что эффекта это не возымеет, но все равно достал свой фазер первого типа, прицелился и метнул огненное копье прямо в грудь первого помощника. Последнего это никак не смутило. Слегка повысив мощность, фазер вновь расцвел ярко-желтыми лепестками и выплюнул более плотный пучок энергии в том же направлении. Форма первого помощника прожглась насквозь, и воздух стремительно наполнился запахом обожженной плоти. Рвотные рефлексы с трудом перебивались чувством легкого испуга и полной растерянности. Дрон не сдержал обиды на такую дерзость и вытянул вперед руку, держащую оружие, дрожащее от желания убивать. Не успев сообразить, в кого именно дрон целился, Селтак резко дернул капитана за рукав, продемонстрировав свои превосходные рефлексы и желание лишний раз не подставлять единственного союзника под вражеский огонь. Выстрел Сила заставил стенку взорваться и окатить двух офицеров волной горячего воздуха. Постепенно становилось все более жарко, и все менее понятно, как поступать далее в такой ситуации.
- Убейте его! - крикнул Селтак, заведя спасенного капитана за угол.
- Нет! - отрезал тен Волде, - Это наш шанс выполнить задание. Слушайте план: я сейчас постараюсь отнять у него оружие, а Вы просто бегите подальше. Он Вас потеряет и отстанет, я его знаю, пару раз я так уже делал.
- Я не бегу с поля боя! - заупрямился субкоммандер.
- Вы здесь в гостях, не забыли? Если Вам сломают хребет, Ваше командование сочтет меня негостеприимным. Кроме того, Вы все еще нужны, чтобы уничтожить Келемвор.
- Я здесь для того, чтобы сражаться с врагом! - не унималась в нем гордость.
- Живо!
То, что произошло дальше, погрузило капитана в очень сильное чувство дежа вю. Сил выглянул из-за угла и наткнулся на яростное сопротивление в лице капитана, стремящегося отобрать у дрона очень опасную игрушку. Лишь потом капитан понял, что он сделал не так - он набросился врукопашную на противника, который не чувствовал боли и имел потрясающее чувство равновесия. Когда один решительный удар отправил Питера в забвение, он понял, что капитан из него гораздо лучше, чем боксер. Но лишняя разбитая губа стоила того, чтобы этим глупым актом героизма убедить Селтака мужественно отступить с поля боя, расплескивая по пути свою гордость.

63
В инженерном отсеке звучал шум корабельной сирены, а под потолком крутились оранжевым и красными цветами лампы аварийной сигнализации. Все вокруг были чем-то громко заняты, но лучше всех было слышно Финштада, который деловито ходил по отсеку и раздавал приказы лейтенанту Капуру, который смиренно следовал за ним повсюду и конспектировал услышанное в свой датапад.
- … затем опустите аварийную переборку, эвакуируйте людей во второстепенный инженерный пост и держите руку на сбросе ядра.
- Вы считаете, что всё так плохо? – Удивленно вопросил Венкат, уставившись на Бьёрна и остановившись на секунду.
- Не считаю. Но инструкции четко велят нам выполнить определенные процедуры. – Финштад остановился и наконец повернулся к своему помощнику, - И еще кое-что…Постарайтесь проследить за тем, чтобы эти увальни из службы безопасности не начали тут палить. Борг в любом случае не сможет прорваться через дюраневую переборку реакторного отсека, но вот они могут спокойно фазером перерубить какой-нибудь из силовых контуров. Пусть делают что хотят… да хоть прыгают на него со строительных лесов, но никакого оружия.
- Всё понял…Но сэр, не лучше ли вам самому поговорить с их командиром?
- Нет, я нужен в другом месте. Нужно выяснить какого рожна силовой барьер в мед.отсеке не смог его сдержать. – Бьёрн еще раз оглядел инженерный отсек, тихо хмыкнул и снова посмотрел на Капура, - Времени у вас достаточно. Со всеми теми догонялками, которые СБ устроило с Боргом, ему понадобится еще минут пятнадцать чтобы сюда дойти. Приступайте к работе, лейтенант. – Венкат кротко кивнул и быстро пропал из виду, растворившись в толпе снующих инженеров. Сам же Финштад быстрым шагом направился к медицинскому отсеку и несмотря на то что, из-за карантина определенных палуб и коридоров ему пришлось здорово удлинить свой путь, на месте он оказался уже через несколько минут, где его встретили вставшие по стойке смирно сотрудники службы безопасности.
- Вы выяснили, что случилось с полем? – Финштад обратился к самому старшему из двух охранников, коим был младший лейтенант болианец по фамилии Верото. В ответ тот удостоил Бьёрна растерянным взглядом.
- Ясно. Вы здесь для красоты, а всю простую работу должен делать я. Кто вас сюда поставил?
- Лейтенант Иванов… - Промямлил второй охранник, после чего Бьёрн закатил глаза.
- Идите отсюда и помогите остальным возле инженерного отсека. Борг сюда не вернется. – Финштад зашел в мед.отсек, а оба охранника переглянулись и вскоре скрылись за очередным поворотом коридора.
Внутри было относительно пусто. На койках лежали энсин Вешу и еще несколько сотрудников СБ, которым “Посчастливилось” встретиться с Боргом.
- Первый помощник, - приветствующее обратилась к Бьёрну Селлар, - Вам нужна какая либо помощь?
- Нет, - коротко ответил Финштад, осматривая место, где должен был быть Борг и силовой барьер, - Я пришел разобраться, как Борг смог сбежать.
- Насколько мне известно, силовое поле отключилось.
- Что, само взяло и отключилось? – Бьёрн вопросительно, с некоторым скепсисом во взгляде, посмотрел на вулканку, - Так не бывает, к счастью для нас.
- Господин Финштад, в конце концов это вы главный инженер, вот вам и следует разобраться в причине возникновения этой неполадки, - Селлар окинула Финштада безэмоциональным, но от того не менее холодным взглядом и удалилась в свой кабинет.
Некоторое время посмотрев вслед глав. Врачу, Бьёрн подошел к терминалу управления силовым полем и начал искать причины отказа системы. Стоит заметить, что они (причины) не заставили себя долго искать. Всё было предельно просто, в некотором смысле грубо, силовой барьер попросту отключили, воспользовавшись правом доступа администратора лазарета.
- Госпожа Селлар, - Финштад зашел в её кабинет, - Нам нужно кое-что обсудить.
- Я вас слушаю. – Ответила вулканка и отложила трикодер на край стола.
- Силовое поле было отключено при помощи команды отосланной с вашего личного терминала, - Бьёрн кивком указал на рабочий компьютер, стоявший на столе Селлар, - Так же были использованы ваши пароли.
- Когда поле было отключено, я находилась в каюткомпании. Много кто может это подтвердить…
- Я не собираюсь копаться в этом. Это работа службы безопасности. Плюс я знаю что это были не вы. В любом случае, составьте список тех, кто теоретически мог иметь доступ к вашему терминалу и передайте его надлежащему лицу, когда начнется расследование. До тех пор, рекомендую поменять ваши данные для входа. – Финштад встал с кресла, учтиво поклонился и вскоре вышел из мед.отсека, направившись на двенадцатую палубу, а именно в носовой грузовой отсек.

64
Мягкое гудение турболифта постепенно стихало, свидетельствуя о замедлении кабины внутрикорабельного транспорта, а затем кабина лифта с мягким шипением открыла свои двери, выпуская лейтенанта Макарова внутрь инженерной палубы, где уже собирались бойцы его отряда, совсем недавно поднятые по тревоге. Николай не был частым гостем реакторного отсека, обычно являвшегося исключительной вотчиной инженерной службы, потому сейчас ему выдался еще один шанс на секунду отвлечься, чтобы полюбоваться шедевром инженерного искусства кораблестроителей Федерации, которым и являлся инженерный отсек линейного крейсера класса "Суверен", такого, как "Мария Кюри", на борту которого они сейчас и находились.
Впрочем, совершенно не надо было быть специалистом по инженерному делу, чтобы понимать, что за этой красотой скрывалась и потенциальная опасность - надежно экранированный гудящий и мерцающий текущими за противорадиационными бронестеклами и стазис-полями потоками плазмы варп-реактор "при неправильном обращении" (а тем более при намеренной диверсии) мог погубить звездолет со всем экипажем в считанные секунды. По крайней мере, внутри было предостаточно антиматерии для этого.
Собственно, именно потому то Макаров и его команда и были направлены для усиления режима безопасности на инженерной палубе. И сейчас им предстояла их часть работы.
- Ладно, народ, слушай боевую задачу, - обратился к собравшимся бойцам Николай, - как вы знаете у нас тревога высшего уровня и угроза в виде борговского дрона на свободе, потому требуется проявить максимальную бдительность. Работаем по парам - я и Чоу прикроем главный вход, Гонсалес и Рихтер - возьмете запасной и займете там оборонительные позиции. По двое человек будут патрулировать каждый оба основных уровня реакторного отсека. В случае появления борга, приказ постараться брать живым, кроме случаев угрозы для всего корабля. Приказ ясен?
- Так точно, командир, - раздался нестройный гул голосов. Бойцы начали расходиться по своим постам, а лейтенант еще раз прокручивал в голове то, что ему предстояло сделать. Он намеренно не стал трогать больную тему "откуда взялся борг" (тем более, что бойцы почти наверняка ознакомились и сами с материалами их приказа), но совершенно очевидно было, что при попытке саботировать варп-реактор его, лейтенанта Макарова, и его людей задачей было остановить борга любой ценой. "В том числе и летальными средствами"- с мрачной решимостью просебя произнес Николай. Конечно же, он понимал, что жизни нескольких сотен человек куда важнее, чем жизнь одного военнослужащего Звездного Флота, но тем не менее, в глубине души лейтенанту явно не хотелось становиться тем, кто будет вынужден пресечь жизнь своего коллеги, едва ли виноватого в том, что с ним случилось.
- Господи, помоги всем нам..., - тихо себе под нос прошептал Макаров, после чего активировал вокс и отправил стандартный запрос статуса остальным "боевым двойкам" - "Альфа" - всем позывным, доложите статус...
- "Бета"- у нас чисто", "Гамма"- горизонт чист", "Дельта" - все в норме, противника не наблюдаем, - почти сразу протрещали несколько ответов. Что ж, теперь лейтенанту и его отряду оставалось только ждать возможного появления в реакторной экс-коммандера Т'Жевана, если последний все же решит направиться именно сюда...

65
Джулианна ходила по медблоку, успевшему стать для неё домом. Наворачивание кругов не сильно успокаивало нервы, но, определённо, притупляло гнетущие страх и чувство вины. На одной из коек лежал энсин Вешу с переломами и тяжёлым фазерным ранением. Джулианна никак не могла привыкнуть к виду этого медика-баджорца на биокровати. Обычно он либо ассистировал ей, либо носился где-то по коридорам. Неуёмный энсин Вешу. Сейчас же показатели были слабыми, и доктор Бран была совсем не уверена, что даже с оборудованием Соверена пациента можно спасти. Пока что всё, что они могли сделать - это запустить регенератор и держать его на системах поддержания жизни. Но справится ли регенератор с практически полностью сгоревшей печенью и наполовину испарённой поджелудочной железой за то время, пока организм даже в искусственной коме может без них существовать - она не знала. Энсину Вешу ещё повезло, что он взял фазер без режима дезинтеграции.
Джулианна старалась избегать взгляда Селар, понимая, что просто не сможет его вынести. Триллка боялась натолкнуться на осуждающий взор, напоминающий ей о том, что это именно она должна лежать на этой биокровати. Мыслей о том, чтобы дополнительно поисследовать практически умирающего баджорца как-то не возникало. Если бы она тогда не растерялась...
Один из легко раненых людей-СБшников окликнул Джулианну.
- Доктор Бран, вы не волнуйтесь так...энсин Вешу сильный, он выкарабкается. И продолжит лезть в самые опасные места. Вы же знаете сами, насколько опасно служить в Звёздном Флоте. И он тоже знал.
- Люди. Глупые, необразованные люди! Вы что, не понимаете, что у любого организма есть предел? Даже если энсин Вешу выживет, его печень и поджелудочная не смогут восстановиться до прежних размеров. А это значит, что последнее, что он сможет делать, это проходить военную службу! А теперь не отвлекайтесь, и сращивайте свои кости. Вам осталось совсем недолго. Сращивать кости, разумеется.
Энсин замолчал и поник лицом. Задумались и все находящиеся в это время в медотсеке члены экипажа. Тишину нарушил спокойный голос Селар.
- Предположение доктора Бран крайне нелогично. Люди намного сильнее и интереснее, чем кажутся. И у энсина Вешу есть хороший шанс на выживание. Да, вряд ли он сможет служить на кораблях, но его могут перевести в более спокойное место. Могло быть гораздо хуже. Шансы выжить в схватке с боргом крайне малы, - произнесла Селар, сделав пару поправок в составленную Джулианной программе регенерации на биокровати.
- Доктор Бран. Вам нужно больше верить в ваших пациентов, - добавила она и посмотрела триллке в глаза.
Спрятаться Джулианне не удалось. Хотелось разрыдаться, как маленькой девочке. Но нажитый жизненный опыт помог триллке сдержать слёзы. Она только кивнула в ответ и постаралась себя занять чем-то продуктивным. Этим занятием была общая панель медсканера корабля. И она показала, что прямо посреди лаборатории кибернетики без сознания лежал капитан.
Джулианна тяжело вздохнула и скомандовала корабельному компьютеру: "Срочная медицинская телепортация в медотсек-1, капитан тен Волде".
Капитан материализовался прямо на одну из недавно освободившихся коек. Селар подошла к нему и просканировала - сотрясение мозга. Травма, уже ставшая для тен Волде классической. Вулканка вздохнула и начала процедуру восстановления нейронных связей. За время общения с капитаном она выучила всю его мозговую карту нейронных соединений наизусть. Процедура обещала быть быстрой.

66
Один единственный дрон на судне никак не мог быть проблемой. Любой дурак мог взять в руки фазер, выставить мощность повыше и сделать так, чтобы от этого дрона остались одни лишь дурные воспоминания. К несчастью, этот дрон был крайне важен, и капитан был счастлив, что валяется сейчас в лазарете без сознания. У раненого человека никто не посмеет спросить, что важнее: этот дрон или здоровье экипажа? Правильного ответа на этот вопрос просто не существовало.
Тем временем лейтенанты Аль-Мураки и Иванов скооперировались для… сами пока не придумали, чего именно. Лейтенант Аль-Мураки отдал приказ «поймать дрона», и Иванов исключительно рефлекторно согласился со старшим по должности. Они шли по «горчим следам» на пару с фазерами в одной руке и трикодерами в другой. Трикодеры прекрасно понимали, как далеко им идти до злоумышленника, но не давали никаких подсказок по его ловле. Техника в очередной раз сильно подводила.
- А почему мы его ловим только вдвоем? – вдруг додумался Иванов до логичного вопроса, на время оставив попытки понять, что именно собирается делать Махмуд, как только настигнет бывшего первого помощника.
- Половина людей сейчас в лазарете ждут нас, - иронично отвлекся младлей от попыток придумать, что именно он собирается делать, когда настигнет бывшего первого помощника, - Вторую половину мистер Макаров решил собрать внутри наглухо опечатанного инженерного отсека… на всякий случай.
- На случай, если дрон научится проходить сквозь стены?
- Я не уточнил, - пожал Аль-Мураки плечами и присмотрелся к показаниям трикодера, - Двадцать метров. Кажется, я уже слышу его шаги.
- Каков план?
- Стрелять по конечностям. Возможно, нам удастся его обезоружить.
- То есть, руку отстрелить?
- Других вариантов не вижу, - Аль-Мураки посмотрел на Иванова беспомощным взглядом, и Иванов понял, что все безнадежно, - У Вас есть предложения получше?
- Нет. Только замечание, - замедлил Иванов свой шаг, - Он разве не умрет от шока, если потеряет руку?
- Подумаем логически. Оглушение на него не действует. Следовательно, к шоку его нервная система имеет устойчивость.
- Вы уверены?
- Конечно, нет! – прошипел Аль-Мураки, устав от постоянных сомнений, - Я тактик, а не доктор!
- Тогда позвольте мне стрелять. Я готов взять на себя ответственность.
- Это неверный подход. Стрелять должен тот, кто лучше целится. У Вас какой уровень в фазерном тире?
- Двенадцатый.
- Проклятье! – выругался Махмуд, - У меня тоже двенадцатый. Если будем стрелять вместе, понизим его шансы на выживание.
Увлекшись разговорами, они совсем забыли про простое правило преследования – ориентируясь по трикодеру иногда стоит смотреть еще куда-нибудь. Например, на дорогу. Сами не заметив, они зашли за угол на прямой зрительный контакт с дроном, даже не подготовившись к тому, что сейчас дрон будет пытаться их убивать, как очередное ненужное препятствие на пути к своим злодейским целям. Сам дрон, совершенно будучи не готов к неожиданным встречам, обладал феноменальной реакцией. Вскинув фазер на изготовку, он без каких-либо колебаний нажал на кнопку уничтожения членов службы безопасности. Рефлексов Иванова едва хватило, чтобы в нужный момент дернуться с места. Луч смерти прошел по касательной, и рукав лейтенанта ярко вспыхнул, заставив своего владельца от неожиданности упасть на пол, словно спасаясь от минометного обстрела. Младший лейтенант, на секунду растерявшись, расставил приоритеты и бросился тушить маленький пожар на форме своего сослуживца. Жареный член службы безопасности едва ли мог кому-то услужить безопасность.
Тем не менее, дрон ничуть не прослезился от трогательной сцены невероятной взаимовыручки. Не теряя драгоценных миллисекунд, он вновь прицелился из орудия возмездия за сломанную карьеру в звездном флоте и сам удивился тому, насколько же он легкий по сравнению с остальными дронами коллектива, когда пол ушел у него из-под ног, и неведомая сила бросила его в лабораторию экзобиологии. Примерно в конце полета дрон понял, что его акт убийства почетных носителей желто-обугленных рубашек был прерван слегка ненормальной женой человека-с-подпаленным-рукавом.
- Сопротивление бесполезно, - произнес дрон, быстро нащупав опору и поднимаясь на ноги. Последнее, что успел разглядеть Иванов перед тем, как двери лаборатории захлопнулись, это обескураженное лицо доктора Долеры, которая еще минуту назад спокойно изучала инопланетного зайцеклопа и ничуть не готовилась к столь внезапному сюрпризу.
Из-за двери послышались разряды фазера и взрывы того, чему эти разряды были адресованы. Если прислушаться чуть сильнее, можно было услышать переворачивающиеся лабораторные столы, бьющееся оборудование и лопающиеся нервы гражданского экзобиолога. Лейтенант Иванов, наконец, позволил себе встать с пола, болезненно морщась от ожога на плече. Его жена только что спасла ему жизнь, и в нем вдруг загорелась гордость. Он решил, что сегодня он обязательно устроит ей праздничный ужин. С кровью. Приготовленный собственными руками. А затем…
- Лейтенант, что вы стоите?! – прервал его думы крик Аль-Мураки.
Вместе с криками командира до Иванова вдруг снизошло озарение, что его жена сейчас вместе с вооруженным дроном борга, и возможно только что спасла его ценой своей жизни. Мысленно окрестив себя беспечным дураком, он твердо решил, что потерю жены он не простит ни себе, ни кому-либо еще. Оба офицера безопасности кинулись ей на помощь, стараясь успеть до того, как звуки борьбы за дверью затихнут мертвой тишиной.
- Ошибка, проверьте дверной механизм, - послал их компьютер к черту, не позволив им перешагнуть порог.
На этот раз Иванов быстро сообразил, для чего ему выдали фазер. На пару с Аль-Мураки они занялись демонтажными работами, параллельно восхитившись тем ответственным людям, которые делали такую надежную дверь, что ее трудно разрезать фазером, но легко вывести из строя.
…и, наконец, то, что осталось от дверей, с грохотом рухнуло на пол.
Доктор Долера сидела, зажавшись в угол, охватив руками свои колени и крепко стиснув зубы смотрела на слегка опоздавших членов службы безопасности глазами, наполненными шоком и решительностью поскорее сменить профессию. В полуметре от ее головы на стене отчетливо был виден крупный фазерный ожог – вероятно, ее голове очень сильно повезло, но она пока не успела это осмыслить. В ее мыслях творился такой же бардак, как и во всей лаборатории. Крилесс оказала жесткое сопротивление. Даже Сил не мог с этим поспорить, умиротворенно растянувшись посреди поломанного лабораторного оборудования. Аль-Мураки не стал сразу же выяснять, что случилось – первым делом он вырвал из руки дрона оружие.
- Женщина! – разозлился лейтенант на свою жену, которая все еще находилась в клингонском кураже и пыталась переварить внезапную победу над внезапным противником, - Ты сломала коммандеру шею!
- Да? – вдруг очнулась она из своих дум и позволила себе вспомнить, где она находится, и что тут вообще произошло минуту назад, - А, да!
В знак оправдания она подняла свою ладонь и продемонстрировала боевое ранение в виде сломанного пальца.
- Ты сломала шею первому помощнику! – Иванов схватил ее за плечи и начал трясти, стараясь привести свою жену в чувства, - Ты хоть понимаешь, что ты наделала?!
- Ты такой забавный, когда злишься! – позволила себе Крилесс блеснуть победоносной улыбкой, и почувствовала, как внезапно возросшее клинонское эго ударило ей в голову, пробив череп в четырех местах. Иванов что-то хотел ей ответить, но его рот внезапно запутался в ее губах, и он снова вспомнил, что рад ее видеть живой и почти целой.
- Ну все-все, хватит кусааааааа… - протянул он, когда острые клингонские зубы вцепились в его нижнюю губу и сильно потянули за нее по направлению к выходу.
- Аль-Мураки лазарету, - склонился младлей над телом дрона, стараясь не отвлекаться на то, на что старался не отвлекаться.
- Лазарет слушает.
- Телепортируйте мой сигнал на изолированную биокровать, - с этими словами он снял свой коммуникатор и прицепил его к тому, что осталось от униформы Т’жевана после многочисленных попыток его урезонить, - Крайне агрессивный пациент со сломанной шеей.

67
В таком сравнительно беспокойном ожидании и прошли следующие двадцать пять или около того минут из жизни лейтенанта Макарова. Затем, сначала стихла сирена внутренней тревоги, а потом по вокс-каналу пришел сигнал подтверждения отмены, озвученный из центральной диспетчерской службы безопасности:
- Центр - всем постам, отмена режима повышенной готовности. Повторяю, всем постам, отмена режима повышенной готовности..
- Реакторный - центру, - немедленно отозвался Николай, запрашивая подтверждение окончания чрезвычайной ситуации на борту звездолета, - подтвердите статус угрозы, как поняли?
- Центр - постам, - почти тут же протрещал ответ, - источник угрозы успешно локализован и взят под контроль. Отбой тревоги...
"Ну слава Богу", - мысленно произнес Макаров, убирая руку с рукояти лежавшего в поясной кобуре фазера и обращаясь к остальным бойцам:
- Ну, думаю все слышали. Ладно, похоже на сегодня это действительно все. Можете возвращаться к своим постам, а те, у кого дежурство не сейчас просто идти отдыхать.
Если честно, разумеется у Николая была целая куча вопросов, начиная с того, каким именно образом угроза (которой, разумеется, был ассимилированный недавно коммандер Т'Жеван была "локализована и взята под контроль), впрочем, с другой стороны сам же Макаров каким-то инстинктивным чутьем понимал, что сейчас явно не самое лучшее время для таких вопросов. Тем более, что серьезного вреда для корабля удалось, похоже, избежать, к тому же, ему лично не пришлось сталкиваться с тем выбором, возможность которого недавно так беспокоила его. Дождавшись, пока ограждавшая отсек от посторонних аварийная переборка вновь поднимется, открывая путь наружу, лейтенант пошел обратно к турболифту и далее в свою каюту. Через три с четвертью часа по корабельному времени у него было новое дежурство, так что возможность еще хоть немного отдохнуть после высадки на "Келемвор" и этой внезапной тревоги была, с точки зрения самого лейтенанта, вполне кстати...

68
- Как это понимать? – Финштад зашел в мед.отсек и задал вопрос в сторону койки, на которой лежал лейтенант Иванов, а рядом стояла Крилесс.
- Ранение не серьезное, всего то пара ушибов… - Начал было отговариваться лейтенант, но Бьёрн его быстро прервал.
- Я не о вашем здоровье спрашиваю, а о состоянии шеи Борга! У вас был приказ взять его живым. – Он повернулся к доктору Селлар, которая стояла возле барьера с отключенным дроном, - В каком он состоянии?
- Мы подключили его к системе искусственного дыхания и зафиксировали шею. Вдобавок мы смогли его отключить, - не отрываясь от трикодера отрапортовала начальница мед.службы.
- Его жизни в данный момент что-либо угрожает?
- Насколько мы можем судить – нет. Даже если бы он был простым андорианцем, то к нам он попал очень быстро, и столь же быстро ему была оказана необходимая помощь. Но в нашем случае в нем еще есть наниты, которые уже сами по себе поддерживают в нем жизнь.
- Хорошо, - Финштад повернулся к двум сопровождавшим его инженерам, комплекции которых позавидовал бы даже сотрудник службы безопасности, - Унесите его.
- Боюсь я не могу позволить сделать этого, - возмутилась Селлар, - Он мой пациент и его…
- Вы сами сказали, что его жизни ничего не угрожает, а это значит, что мы и так потеряли много времени и пора наконец перевести в грузовой транспортер. Считайте это приказом капитана, меня и звездного командования.
Несмотря на возгласы и протесты всех находящихся в лазарете, Биокровать с Силом была вывезена из помещения и направилась к новому месту назначения, сопровождаемая тремя людьми. В коридорах было снова пусто, даже не скажешь, что на корабле жило и работало около тысячи человек. Никому не хотелось находиться рядом с Боргом, который час назад успел отправить в мед отсек добрую треть сотрудников службы безопасности.
- Всё готово? – Обратился Бьёрн к лейтенанту Капуру, который руководил приготовлениями.
- Да, сэр. Мы готовы телепортировать его на борт Галатеи.
- Загружайте…
Биокровать, вместе с дроном закатили на платформу Транспортера. Все инженеры вокруг замерли и молча наблюдали за процессом.
- Активируйте его, - скомандовал Финштад, после чего при помощи консоли и удаленного управления биокроватью, Борг снова открыл глаза и принялся хрипло повторять успевшие всем надоесть фразы.
- Ну, поехали. – Первый помощник дал финальную отмашку и помещение заполнилось гулом заполняющихся энергокатушек и через, буквально, несколько секунд всё затихло. Дрон, остался там где и был.
- Отличная работа. Передайте капитану, что мы нашли Келемвор.

69
Журнал капитана, звездная дата 53642.8. Не без труда, но мы нашли способ выследить Келемвор при помощи ассимилированного коммандера Т'жевана и трансмиттера в его голове, который находится на постоянной связи с Келемвором. В данный момент мы летим на перехват с осознанием того, что третьего шанса выполнить задания скорее всего не будет. Внезапно вскрывшиеся новые факты о Келеморе говорят о том, что угроза значительнее, чем мы думали изначально.
Настал час разбора полетов. Капитанская голова все еще сохраняла в себе живительный заряд боли очередного нокаута, а во рту отчетливо чувствовался вкус горечи поражения. В былые времена от такого образа жизни мозги стремительно приходили в негодность. Периодически Питеру казалось, что эти времена до сих пор не закончились. Так было и сейчас, когда он собрал в зале совещания старших офицеров и прилагал некоторые усилия для того, чтобы вспомнить, зачем именно он это сделал, и почему Селтак в последнее время смотрит на него с такой опаской.
- Пожалуй, я начну, - обреченно нарушил на минуту устоявшуюся тишину субкоммандер и начал презентацию, - Тринадцать лет назад ромуланские аванпосты на границе нейтральной зоны были уничтожены неизвестным агрессором. Расследование стремительно зашло в тупик, однако некоторые следы указывали на то, что аванпосты были уничтожены одним и тем же судном. Мы условно окрестили неприятеля Разорителем. - Эти слова выдавили из Крилесс пренебрежительную усмешку. На компьютерном экране появилось изображение крупного корабля кубической формы, угрожающе вращающегося вокруг оси. - Вам это судно известно под простым и банальным названием - куб, - издевательский растянул Селтак гласную в этом слове, - Согласно данным с самописца, который самоотверженно, но пренебрежительно к здравому смыслу добыла группа коммандера Т'жевана, Келемвор вступил в контакт с Разорителем, вернувшимся обратно через тринадцать лет для сбора трофеев. Мы все имеем четкие представления о том, что движет коллективом Борга, но Разоритель даже по их меркам отреагировал на Келемвор в высшей степени агрессивно. Борг незамедлительно заглушил всю связь Келемвора с внешним космосом, уничтожил защитные поля, совершил захват тяговым лучом и лишь после всех этих действий передал на Келемвор это сообщение...
Селтак нажал на кнопку, и из динамиков начала воспроизводиться запись обращения Куба к экипажу Келемвора: "Мы - борг. Сдайте ваше судно. Ваши биологические и технологические достижения будут добавлены к нашим. Сопротив..."
- Отчего прервалась запись? - полюбопытствовал Финштад.
- Сообщение было прервано в результате уничтожения трансмиттера на Разорителе, - заключил Селтак, а затем пояснил, - Экипаж Келемвора отреагировал адекватно и незамедлительно открыл огонь на поражение. И это первые и последние хорошие новости. Разоритель был уничтожен...

70
Сигнал будильника разбудил Макарова через примерно два с половиной часа тяжелого и не очень спокойного сна, содержания которого сам лейтенант так и не запомнил. Выпив стакан воды и немного перекусив, Николай сверился с графиком дежурства, еще раз уточнив свою зону патрулирования, после чего также быстро привел себя в порядок и снова надел на себя портупею с фазером. Приказы и официальные сообщения во внутрикорабельной сети не содержали почти никаких подробностей случившегося или того, что ныне происходило с бывшим коммандером Т'Жеваном.
Закончив сборы, лейтенант тихо погасил освещение и вышел из каюты, направившись в сторону назначенной ему для дежурства зоны корабля. Макаров все еще задавал себе вопрос относительно возможной судьбы коммандера, когда столь же внезапно получил на него ответ, проходя мимо ведущего из методтсека коридора. Коридора, по которому нынешний и.о. первого помощника Бьорн Финштад и трое хмурых вооруженных часовых медленно везли куда-то окруженную двойным коконом передвижную биокровать. Силовое поле практически исключало какие-либо варианты насчет того, что или кого могли в этой биокровати везти, ну а вооруженная охрана значила, что коммандер Т'Жеван (вместе с тем, что сейчас управляло его телом) все же пережил встречу с группой захвата. "Если конечно, это можно назвать жизнью", - мрачно просебя подметил Николай. С одной стороны, лейтенант чувствовал, что надо подойти и спросить, уточнить детали, но с другой стороны - внутренний голос здравого смысла столь же настойчиво говорил ему, что сейчас это будет не слишком уместно. И скорее всего, в данном случае именно вторая точка зрения была правильной.
- Господи спаси, - тихо, неслышно прошептал себе под нос Макаров, не то прося у Создателя безопасность и благополучие себе и остальным членам экипажа, не то прося об избавлении Сила Т'Жевана от той ситуации, в которой он сейчас оказался. Скорее, и то и другое сразу. Николай по возможности спокойым шагом и так, чтобы сделать вид что "ничего необычного не случилось" пошел по корридору мимо импровизированного конвоя. Возможно, с "напусканием на себя нейтрально-делового вида" получалось не очень, но похоже часовые были заняты в первую очередь тем, что охраняли "необычного пациента". Что ж, учитывая произошедшее совсем недавно это было более, чем разумно. Самого же Николая впереди ждала вполне обычным рутинная смена дежурства...

71
В этой миссии от Вана требовалось удостовериться в том, что нынешние события не примут негативный оттенок в дальнейших отношениях с Ромуланской Звёздной Империей, и после разрешения конфликта с Селтаком он был уверен в том, что полностью справился со своей задачей. Ближайшие часа два обещали быть скучными на события, посему эмиссар решил на эти два часа сменить однотипную обстановку коридоров космического корабля чем-то более грандиозным и возвышенным - голопалубой.
- Компьютер, запустить программу Милод-Альфа-Пять, - обратился он к панели на стене, на что та отреагировала мелодичным согласием и открытыми дверями.
Бетазоид незамедлительно прошёл внутрь и оказался посреди широкого пешего проспекта полного прохожих. Все лица кругом излучали радость, где-то поодаль слышались прекрасные звуки выступления уличных музыкантов, продавцы в шатрах предлагали освежающие напитки, а багровый закат идеально гармонировал с тёплым светом совсем недавно зажжённых уличных фонарей. Это был прекрасный вечер в городе Лакариан, что на Кардасии Прайм, одно из самых приятных и ярких воспоминаний Милода о той планете. Именно в тот день он с несколькими своими коллегами из посольства открыл для себя кардассианскую оперу. Любуясь видами, он неспешно прогуливался по проспекту, всматриваясь в каждый фотон этой прекрасной иллюзии и пытаясь вспомнить свои ощущения в ту ночь.
Даже в тридцатые годы Федерация не питала любви к Кардассии. В частности, по прибытии на эту планету Ван, благодаря пропаганде Федерации, был уверен, что этот мир полон милитаристов и шпионов, равно как Кронос полон гордых воинов. Лишь гуляя здесь, впервые увидев "гражданскую" сторону Кардассии, он понял насколько сильно ошибался. Странным образом былые суждения отобразились в плоскости нынешней ситуации с Селтаком - быть может, ромуланцы тоже были чем-то большим, чем лжецами и интриганами? Стоит как-нибудь слетать на Ромулус и узнать.
Обращённый в размышления о Ромулусе дипломат не успел заметить, как добрался до здания оперного театра. Оно было огромным - даже по самым скромным меркам в его залах могло вместиться десять тысяч гуманоидов. Экстерьер был в классическом кардассианском стиле, равно как и интерьер - никакой возвышенности и помпезности, свойственной классическим оперным театрам Земли. Всё было выполнено практично, с редкими, да меткими геометрическими узорами и инсталляциями, но интерьер вызывал священное благоговение своей игрой света и тени, от которой у эмиссара был бетазоидный эквивалент мурашек по всему телу.
В эту ночь был аншлаг, но дипломатическим персонам выделили уютное ложе по правую сторону от сцены с непривычно мягкими для кардассианцев сидениями. Посреди четырёх сидений в ложе был столик с традиционно витиеватой бутылкой тёмного канара и несколькими стаканами, а чуть поодаль кардассианский слуга был готов в любой момент восполнить потребность в этом напитке. Милоду никогда не нравился вкус канара, но он его так давно не пробовал, что успел и позабыть его вкус, а посему воспользовался данной возможностью вкусить кардассианского нектара лишь чтобы убедиться, что реплика получилась даже хуже оригинала. Лёгкая модификация программы обратила содержимое бутылки в охлаждённый чай Джестрал, благо его вкус оказывался не столь сильно загублен репликатором.
Наконец, настало время главного события вечера - финального выступления знаменитой на весь Союз труппы маэстро Лантара, что вернулась на родину после длительного гастрольного тура. Сегодня они исполняли оперу "Вертана", которая была написана ещё до Великой Чумы, обратившей Кардассию в милитаристическое государство. Большинство литературы, музыки и живописи с тех пор попадало под цензуру, но "Вертана" стала приятным исключениям благодаря своему исключительно романтическому либретто. В центре сюжета была старая как мир ситуация - казалось бы бесконечно прекрасная любовь, что обращается в трагедию из-за смерти Вертаны, возлюбленной главного героя. Произведения с подобным сюжетом были и у людей, и у бетазоидов, и у ромуланцев и даже у клингонов, и каждая вариация оставляла уникальный отпечаток на протагониста - кто-то пытался покончить жизнь самоубийством, кто-то пытался жить дальше, а кто-то помешался на мести. "Вертана" выделялась тем, что после смерти возлюбленной главный герой сошёл с ума. Он подсознательно отказывался признавать смерть Вертаны и выискивал на улицах похожих на неё девушек и насиловал их. Но отнюдь не это поразило Вана в этой пьесе - его поразила актёрская игра, ибо оставаясь внешне практически безэмоциональным актёр испытывал всю палитру эмоций, что ощущал его персонаж. Ранее Милод и подумать не мог, что кардассианская актёрская школа подходит столь основательно к передаче образов. Более того, он считал, что подобная практика используется лишь бетазоидами, ведь тем необходимо было убедить аудиторию придирчивых и недоверчивых телепатов в правдивости своих образов и истории, о которой они повествуют. Несмотря на то, что голографические проекции актёров не могли отобразить эмоциональный фон их персонажей, эмиссар дополнял их своими воспоминаниями, моделируя идеальный, по его мнению, отдых.
Вдруг что-то пошло не так. На целую секунду интерьер кардассианской оперы сменился невзрачными стенами девственной голопалубы, и земля в буквальном смысле ушла у Вана из-под ног, образуя пустоту на месте некогда уютного и мягкого голографического кресла. Эстафету тут же подхватила система искусственной гравитации, заставляя дипломатически неприкосновенную пятую точку преодолеть сию пустоту и столкнуться с вполне материальным холодным металлом Марии Кюри. И стоило только этим двум материям соприкоснуться, как голопалуба восстановила свою деятельность, откатив изменения к последнему сохранённому состоянию. Таким образом, Милод, недовольный жёсткой посадкой, обнаружил себя внутри голографического дивана, вместо того чтобы быть на нём. Конечности его были со всех сторон окружены плотно наполненными фотонами силовыми полями, и если бы не протоколы безопасности, то эти самые фотоны подменили бы собой и внутренности Милода, искусно разрезая их этими самыми силовыми полями. Лишь голова его была свободна от оков иллюзии, выглядывая из места, на котором по хорошему должна была находиться его пятая точка. Зрительные и слуховые органы Головы На Кресле застали в иной ситуации забавную картину - голопалуба замерла в последнем сохранённом моменте, отказываясь отпускать его. Статуи вокруг увлечённо наблюдали за арией главного героя, что держал жалобную ля-бемоль, показывая несвойственный органикам запас воздуха в лёгких. В этом застывшем во времени театре Ван был единственным, кому были дозволены телодвижения, но при попытке их осуществить он осознал, что силовые поля голодека его так просто не отпустят. Отчаявшись дотянуться руками до всё ещё болевшей задницы, Милод включил голову.
- Компьютер, отключить программу! - приказал он театру, но что тот ответил всё той же непрерывной нотой из арии. Возможно, автоматика его не расслышала, посему он решил повторить свой приказ, добавив к нему десяток децибел. Увы, бездушная машина оставалась непреклонной.
- Компьютер, проведи диагностику! - эмиссар не терял надежду. - Компьютер! Компьютер! КОМПЬЮТЕР!
Если бы не звукоизолирующие стены голопалубы, то последний его возглас услышали бы даже в Сан-Франциско.
Отчаявшись достучаться до искусственного собеседника, он решил попытаться обратиться к кому-нибудь с материальной оболочкой, желательно органической. Рука его потянулась к коммуникатору.
- Чёрт! - именно так универсальный переводчик озвучил произнесённое дипломатом слово.
- Эй, помогите! - стал он кричать куда-то назад, почему-то думая, что именно там располагалась дверь голопалубы. Отдавшись панике он, разумеется, забыл про звукоизоляцию. Вспомнил он о ней лишь после нескольких минут постоянных и безуспешных попыток призвать кого-нибудь на помощь. И всё это время уши Вана пронзала звонкая ля-бемоль, упорно отказываясь сдвигаться ни на тон. Удивительно, как всего за несколько минут он успел сменить любовь к кардассианской опере на ненависть к ней.
Последние несколько часов прошли как пытка, сродни которой ему не довелось испытывать даже во время оккупации. Закованный в голографические текстуры, он был вынужден непрерывно наблюдать за бессменным пейзажем под бессменное звуковое сопровождение. На его попытки телепатически достучаться до кого-нибудь отреагировала лишь Мелла, отчаянно пытавшаяся помочь своему хозяину но, к сожалению, путь к помощи ей преградила дверь каюты, отказавшаяся признать кошачьи коды авторизации и открыться. Остальные же оставались безучастными к телепатическим крикам Милода, будто у каждого их них было какое-то супер важное дело, не терпящее ни секунды отлагательств. В попытках прочитать чьи-либо мысли он сталкивался с полной сконфуженностью последних, а бродящие по кораблю эмоции варьировались от лёгкого испуга до полного ужаса. Лишь одно слово говорилось всеми в унисон: Борг.
Если бы не ноющая боль в пятой точке, а также боль от затёкших мышц всех конечностей, то эмиссар был бы уверен, что в данный момент застрял в каком-то жутком кошмаре и вот-вот проснётся. Каким образом на Марии Кюри оказался Борг? Что случилось с Келемвором? Быть может, весь экипаж сбрендил, как не так давно избивший энсина Вешу первый офицер? Возможно, мистер Т'Жеван на самом деле подцепил какое-то психическое заболевание, которое Ван подхватил и распространил по кораблю своей телепатией? Поверить в эти безумные теории было легче, чем в то, что на борту оказался дрон Борга. Но правда пугала эмиссара не так сильно как мысль о том, что в данный момент он был абсолютно беспомощен и, возможно, в суматохе все про него забыли. С другой же стороны, он уже морально готов был стать хоть королевой Борга, если бы это обеспечило его хоть минутой тишины.
Вдруг из воздуха магическим образом появилась дверь в другой мир, поспешившая тут же открыться. Яркий, ослепительный свет обычно приглушённого освещения коридоров девятой палубы стремительно проник в тусклую пародию на ложе оперного театра, скрывая в себе силуэты четырёх гуманоидов.
- Четыре божества... - изнеможённо произнёс он, соприкоснувшись с божественным. К сожалению, он не успел разглядеть лики своих спасителей, так как разум его более не мог бодрствовать.
В следующий раз когда Милод открыл глаза, то он поймал себя на странном чувстве дежавю: огромное бежевое пятно, которое плавно расщеплялось на пятна поменьше и, в конце концов, пред ним предстали во всей красоте пятна на теле триллки, в тот момент подобно рассматривающей показания приборов у него над головой.
- Доктор Бран, - вспомнил он имя пятнистого источника. - Что случилось?
- Мне вот тоже интересно, - с лёгкой ухмылкой ответила она. - Как вы умудрились застрять в голодеке?
- Понятия не умею, - честно ответил он, после чего лицо его сменилось кристаллической серьёзностью, а взгляд его проник настолько глубоко в зрачки Джулианны, насколько позволял рейтинг PG-13. - Расскажите мне, что здесь произошло с момента отправления группы высадки на Келемвор.

72
Последние сорок минут Селтак своим языком искусно растягивал совещание на еще сорок минут. За эти сорок минут он сказал больше, чем за последнюю неделю. Самое ужасное в его речи было немыслимое соотношение слов и полезной информации. Фактически, его речь можно было сократить до нескольких предложений, но злость в его голове неустанно приводила в движение язык в попытках заговорить проклятых федералов насмерть.
-...тактический анализ ситуации показывает, что мы в критическом положении. До сих пор было совершенно неважно, кто, где и когда. И это неважно до сих пор. Это судно уже трижды продемонстрировало агрессивные намерения, и сейчас находится на пути даже неизвестно, к чему именно...
- Вообще-то известно, - наконец-то решился капитан перебить его, изо всех сил стараясь не демонстрировать головную боль, перемешавшуюся с раздраженностью, - Субкоммандер, вы невероятно много узнали из самописца, и так мало рассказали нам о своих находках. Не желаете поделиться самым важным?
- Самым важным? - переспросил Селтак с настолько высокомерным тоном, что даже молекулы воздуха почувствовали себя оскорбленными, - Самое важное - уничтожить Келемвор. Вы это знали с самого начала. Сколько раз еще я должен это повторить, чтобы Вы в это поверили?!
- Ладно, - произнес Питер спокойным тоном и вывел на экран слайд с точной траекторией Келемвора, которой любезно поделился Селтак в перерывах между болтовней и другой болтовней, - Наша инженерная группа расшифровала данные, полученные трикодерами группы высадки в ходе самой высадки. Трикодеры сумели заметить массу интересных подробностей. Во-первых, у борга возникли явные проблемы с ассимиляцией Келемвора. Они так и не смогли модифицировать энергосистему.
- Мы полагаем, - продолжил Финштад, - Что Борг до сих пор не освоил технологию искусственных сингулярностей.
- Не имею причин думать иначе, - кивнул тен Волде, - Во-вторых, коллектив на Келемворе не является частью коллектива Борга.
- Это автономная группа, вероятно потерявшая контакт с основным коллективом в момент уничтожения куба, - вновь продолжил за капитана Финштад и бросил пренебрежительный взгляд на Селтака, - Разорителя, если угодно.
- И третье, что самое интересное, - наконец указал капитан взглядом на выведенное на экран изображение траектории Келемвора, - Я отослал эти данные нескольким постам обнаружения, и они выяснили, как Келемвор все это время оставался незамеченным.
Субкоммандер Селтак обреченно вздохнул, направил взгляд в пол и мысленно попрощался с повышением. Тен Волде вывел на экран ромуланские иероглифы, которые были замечены трикодером на Келемворе, но были обделены вниманием живых членов группы высадки, - Их секрет невероятной незаметности связан с этой маркировкой, замеченной на вражеском судне. Селтак, Вы точно не хотите ни в чем признаться?
- Точно, - мимолетно бросил он взгляд на капитана, - Высказывайте Ваши умозаключения сами.
- Хорошо. Келемвор - это не патрульное судно. Это Разведывательный корабль Тал Шиара, который уже как минимум последнее десятилетие изучал нашу сенсорную сеть и нашел в ней дыры, о которых Федерация даже не подозревала. И мы не знаем, сколькими еще лазейками намерены воспользоваться его новые хозяева.
- То есть, - уточнил Аль-Мураки, - Трилитиевого оружия на борту не было?
- Доподлинно никто не знает, кроме самих ромуланцев, - пожал плечами капитан, - Но будь я крупным чиновником Ромуланской Империи, я бы обязательно распустил слух о подобной угрозе, чтобы Федерация уничтожила Келемвор хотя бы из страха перед массовыми разрушениями, которые он на себе несет.
- Угроза никуда не делась, - выплюнул Селтак после поглощения стакана с водой, - Она стала гораздо серьезнее, чем Вы думали.
- О чем Вы? - поинтересовался Аль-Мураки, но Селтак решил не удостаивать его ответом.
- Я думаю, он говорит о том, что в действительности есть на борту Келемвора. А именно невероятно ценные разведданные о сильных и слабых сторонах двух крупных держав квадранта Альфа. Прибавьте к этому еще и технологии искусственных сингулярностей, маскировки и неизвестно чего еще, чего у Борга до сих пор не было. Келемвор явно направляется к основному коллективу, чтобы передать ему судно для подробного изучения.
- Тогда мы должны его найти и уничтожить, - невозмутимо выдал корабельный тактик свое экспертное мнение.
- Что-что, простите? - не выдержал Селтак, - Вы серьезно?
- Оставьте сарказм при себе, - сделал капитан останавливающий жест рукой, после чего все же рефлекторно дотронулся ладонью до своего горячего лба, - Мы все еще можем выследить Келемвор. У нас есть дрон борга, подключенный к узлу распределения на Келемворе, и мистер Финштад в данный момент смог найти способ выделить подпространственный сигнал и запеленговать точку приема.
- Келемвор, согласно данным, - вновь продолжил встрявать главный инженер, - в данный момент продолжает лететь со скоростью 8,1 вдоль границы нейтральной зоны, корректируя курс с интервалами от сорока семи до восьмидесяти шести минут.
- Наше судно догонит их через сутки. От нас сейчас требуется подготовиться к бою. И, что немаловажно, - сделал капитан помпезный суровый взгляд, - В случае, если мы победим Келемвор, не допустить, чтобы наше судно повторил его судьбу. Готовьтесь. У всех максимум сутки. Совещание окончено.

73
"Боеговность - код красный. Боевая тревога" - простые, и очень хорошо знакомые слова в сочетании с звуками внутрикорабельной сирены. Слова, которые имели только один, вполне ясный и четкий смысл - "Мария Кюри" вступила в бой с противником. Был ли это преследуемый ими "Келемвор" или же произошло нечто, совершенно не вписывающееся в первоначальные планы сам лейтенант Макаров не знал, но, что характерно, прямо сейчас он и не горел желанием бежать и задавать вопросы - ситуация требовала совершенно иных, и, главное, немедленных действий.
Николай сверился с ПАДДом, уточняя свои инструкции и, главное, место на которое ему надлежало прибыть по соответствующему такому режиму боеготовности штатному графику. Графику, согласно которому внутреняя безопасность и десантные подразделения, совместно с частью инженерной бригады должны были выполнять функции, связанные с возможной борьбой за живучесть звездолета. Так, Макарову достался пост у одного из шлюзов, находившихся рядом с зоной его нынешнего дежурства, куда лейтенант в быстром темпе и направился. Первое попадание по звездолету, здорово встряхнувшее его корпус (вместе со всем содержимым и обитателями), Николая застало "в пути", почти сбив лейтенанта с ног. Дождавшись, пока палуба вновь обретет стабильность и тихо выругавшись себе под нос, Макаров продолжил свой путь, вскоре заняв пост у панели управления дверьми одного из внутрикорабельных шлюзов...

74
Борг очень быстро раскусил планы преследователей и отключил Сила от коллектива.
Подобное грубое возвращение в реальность было похоже на пробуждение после долго и страшного сна, с тем лишь отличием, что все самые жуткие вещи происходили наяву и Сил никак не мог на них повлиять. Шум от сирены все нарастал и отдавался гулким звоном в ушах, привнося еще больше боли в организм.
Через некоторое время, Т'жеван попытался встать, что давалась с трудом, но стоило ему немного приподняться и издать шум, как несколько фазеров, стоящих вокруг офицеров, сразу же неодобрительно посмотрели на него.
- Это все равно не поможет, - отмахнулся он, - сами же прекрасно понимаете.
Один из медиков, находящихся неподалеку, обратил на это внимание и сразу же подбежал к койке Сила, позвав своих коллег. Коммандер для них был невероятно ценным экземпляром – существом ассимилированным, а затем отключенным от коллектива самим Боргом. Уникальный случай, как никак. Но Силу было плевать.
- А ну все вон отсюда! – Проорал он из-за всех сил, коих у него было мало. Получилось не особо угрожающе, однако медики отпрянули.
- Вы пока еще официально не первый помощник! – Напомнил ему один из группы.
- Зато я хорошо буду помнить ваше имя, когда снова им стану, - даже не посмотрев в его сторону, ответил Сил, - так, дайте мне немного времени придти в себя, хорошо? И к чему тревога на корабле?
- Мы вступили в бой с «Келемвором», коммандер. – Ответил ему знакомый голос знакомой триллки. В этот самый момент в «Кюри» попал вражеский снаряд и некоторые из присутствующих попадали на пол. И только тогда до первого помощника наконец дошло в чем заключался изначальный план капитана. Тен Волде знал, что теперь, когда «Келемвор» знает о том, что его активно ищут, точно не позволит себя найти, используя маскировку и прочие хитрости. Но подключенный к коллективу, дрон на корабле давал множество преимуществ в его поиске. Финштад намеренно ввел его в заблуждение об изначальных планах, так как память ассимилированного автоматически становится собственностью коллектива и если бы Борг узнал об этих планах, то немедленно бы принял меры. План, конечно же, был хорош и судя по тому, что происходит сработал. Но Т'жеван все равно был зол. Очень сильно зол. Ярость буквально переполняла его, как и отключеные наниты борга внутри, рвущиеся наружу. У первого помощника закружилась голова и его начало тошнить и он схватил первую попавшуюся под руку емкость стоящую на столике рядом.
- Коммандер, - немного погодя обратилась к нему Джулиана. – Вы себя нормально чувствуете?
- Буду, доктор, - тихо ответил Сил, снова опустившись на кровать – буду чувствовать. Когда надеру кое-кому зад.

75
На экране мостика возник огромный ромуланский линкор, который угрожающе смотрел на миниатюрную, на его фоне, “Марию”.
- Капитан, они сбросили маскировку, и мы фиксируем мощное возрастание энергии в носовой части корабля! – Отрапортовал Лейтенант Аль Мураки, занявший позицию у тактической консоли.
- Они готовят носовые дисрапторы, капитан! – Нервно воскликнул Селтак, вцепившись руками в подлокотники своего кресла.
- Поднять щиты и сконцентрировать энергию на носовом отражателе! Приготовьтесь к удару! – Прокричал Питер, сквозь корабельную сирену, а еще через мгновение яркий зеленый луч разрезал темноту космоса и стремительно врезался в невидимое силовое поле, которое вспыхнуло яркой вспышкой и снова пропало.
- Инженерный! Доложить о повреждениях! – Воскликнул капитан, так, будто он пытался докричаться до инженерной палубы.
- Силовое поле на шестидесяти пяти процентах и стабильно, Капитан. Еще пару попаданий оно точно выдержит. – Донесся голос Финштада из коммуникатора, – Капитан, предлагаю узнать у субкоммандера данные работы генератора щита на Келемворе. Тогда мы сможем быстро перенастроить фазерные арки на нужную частоту и попросту игнорировать барьер.
- Субкоммандер, - Капитан повернулся к Селтаку, чьи глаза бегали по изображению агрессора, - Вы слышали предложение первого помощника, вы нам можете помочь в этом?
- Это очень серьезное требование, Капитан. Эти частоты позволят Федерации попросту игнорировать защиту наших судов! Я не могу на это пойти…
- Капитан! Они готовятся стрелять снова! – Воскликнул Махмуд и корабль снова сильно тряхануло, - Разрыв ЭПС на девятой и десятых палубах! Пожар в отсеке тактической Картографии!
- Селтак! Вас прислали, чтобы вы помогли ликвидировать Келемвор, но вместо этого вы разводите политические споры! Вы знаете какую они представляют угрозу как для Империи, так и для Федерации. Если мы потеряем их сейчас, то они передадут знания о ваших технологиях в коллектив и тогда уже мы точно не сможем с ними бороться.
- Невидимые кубы Борга…Это же как пауки с крылышками…они могут быть везде. - Тихо рассудила Мирия и её передернуло.
Селтак глубоко вздохнул и уставился на “Келемвор”, который угрожающе смотрел на него с экрана.
- Хорошо, - наконец то проговорил он и начал передавать заветные данные в бортовой компьютер, - Считайте это жестом доверия и желания мира со стороны Империи.
- Мы это ценим, благодарю вас – Ответил капитан и снова обратился к Финштаду, - Вы получили данные?
- Так точно, Капитан, - сквозь помехи прошимел Бьёрн
- Я не слышу! Повторите!
- Так точно, капитан! – Снова громко повторили Финштад и Капур хором, - Фазеры настроены.

76
Экран с каждой секундой демонстрировал все более интересные ракурсы ассимилированного судна, которое ни на секунду не прекращало обстреливать Марию Кюри, а запас энергии в генераторах щитов таял даже быстрее, чем надежда капитана выйти живым из этого боя. Остатки этой надежды разбились вместе с разрядами корабельных фазеров о до сих пор функционирующие щиты вражеского крейсера. Надежда сейчас была лишь на Галатэю. Она отставала всего на двадцать минут. Казалось, что с момента начала боя прошла небольшая вечность. Капитан посмотрел на часы. Прошло всего три минуты. Продержаться всего лишь семнадцать минут, и можно смело травить в психушке байки о том, как Мария Кюри отважно противостояла Боргу.
- Мы не пробили вражеские щиты, - продолжил Аль-Мураки портить настроение, - Вероятно, они уже давно сменили частоты.
- Я знаю, как выяснить их новые частоты, - прорычала Крилесс, боясь себе признаться в собственной беспомощности, - Их надо спросить у одного трусливого андорианца.
Про трусливого андорианца тем временем все забыли - постоянные проблески вражеских дизрапторов на экране плохо стимулировали память.
- Тен Волде вызывает медотсек! - обратился капитан к своему подлокотнику.
- Медотсек слушает, - ответил ему подлокотник голосом доктора Селар.
- Сил сейчас в сознании? - опустил он формальности, - В принципе, мне все равно, он мне срочно нужен в сознании.
Подлокотник ненадолго замолчал. Капитан успел отмерить двадцать ударов сердца, прежде чем оттуда снова полился голос. Голос этот был хриплым. То ли от повреждений внутренней связи, то ли от того, что у Сила выдалась плохая неделька.
- Т'жеван на связи.
- Нам нужна Ваша помощь, Сил, - протараторил капитан, опасаясь, что следующий разряд дизраптора пробьет экран, ворвется на мостик и сожжет ему единственный разумный подлокотник на корабле.
- Я уже Вам помог, чем смог, - буркнул он, видимо смирившись с тем, что нормальной жизни ему на этом корабле не видать.
- Нет, не всем. У Вас осталась память коллектива, не так ли?
- Вы решили поиздеваться надо мной?
- Отвечайте! - крикнул Питер так, что Аль-Мураки дернулся от неожиданности.
- Да, у меня осталась память коллектива!
- Тогда немедленно назовите нам частоту работы их защитных экранов.
- Капитан...
- Я слушаю, Сил, слушаю. Диктуйте.
- При всем уважении к Вам вы обнаглели, - подлокотник внезапно разонравился капитану.
- Сил, Вы должны понять, что мы сейчас в бою с Келемвором. Нам нужно любое преимущество, это и в Ваших интересах тоже.
- Вы уверены?
- Сил, - повысил капитан свой тон до адмиральского, - Если вы откажетесь сотрудничать, и нас всех взорвут, я лично отправлю вас под трибунал, и не видать Вам карьеры в Звездном флоте!
- Я понял, - голос Сила, казалось, был безразличен ко всему на свете, даже к Келемвору и энсину Вешу, с опаской лежащего на соседней койке, - Вы должны принести мне свои извинения.
- Нет, Сил это Вы обнаглели! - начал капитан поражаться абсурдности своего последнего в жизни разговора.
- Извинения, капитан! - потребовал подлокотник.
- Я прошу прощения! - извинился капитан перед подлокотником, - Простите меня за то, что бросил Вас на произвол судьбы! Я виноват! Если мы выживем, обещаю, что я закрою глаза на Ваши поступки...
- Еще одно попадание, и щиты будут сняты, - перебил Аль-Мураки раскаивающегося капитана.
- Постойте, капитан! - одернул его Селтак, указывая в экран, - Скорее всего, у нас будет только один выстрел. Борг сразу же ремодулирует щиты.
- И что? Вы ведь сами говорили, что сможете уничтожить Келемвор с одного выстрела.
- Боюсь, что нет, - Селтак не сводил глаз с экрана, провожая своим взглядом каждое движение ромуланского крейсера, - Я узнаю эти маневры. При обычных обстоятельствах я бы пустил торпеду в реакторный отсек, но это возможно только под определенным углом. Борг же сейчас намеренно ведет корабль наиболее защищенной частью к нам. С одного залпа ничего не выйдет.
- Есть другие уязвимые части?
- Мостик... Но, Вы же сами понимаете, это Борг. Ему не нужен мостик.
- Тогда нужна еще одна уязвимая точка... - капитан вновь обратился к своему подлокотнику, - Сил, будьте добры, скажите, в какой части корабля у них находится центральный узел распределения, связующий дронов?
- Щиты пробиты! - добил Аль-Мураки порцию пессимизма, - Вражеский десант высаживается на нижних палубах. Они собираются штурмовать инженерный.

77
За первым попаданием последовало еще одно, а затем еще одно - заставляя содрогаться прочный корпус корабля и на долю секунды сразу после попадания немного тускнуть лампы освещения (Макаров не был инженером, но знал, что во время боя внутреннее освещение имело низкий приоритет, а потому при попаданиях центральный компьютер автоматически задействовал резервы на поддержание щитов). Самого хода боя Николай не видел, а разгерметизаций и вражеских десантов на назначенному ему посту пока что не было, так что оставалось прости тихо молиться о том, чтобы Всевышний даровал им свое покровительство и позволил выйти из боя живыми и преуспеть. Что, в общем, лейтенант и делал, разумеется, не забывая поглядывать на сенсорную панель у узла управления шлюзом и слушать периодические объявления диспетчера по общему каналу внутренней безопасности.
Новое попадание заставило корабль содрогнуться существенно посильнее, и, что было куда более худшим признаком, на мгновение полностью погаснуть внутреннее освещение. Разумеется, познания Макарова в устройстве инженерной части такого сложного творения лучших умов Федерации, как боевой звездолет класса "Суверен" были невелики, но, насколько он помнил одной из причин в бою мог стать тот факт, что противнику все же удалось сбить их щиты. И, как можно было догадаться, подобная мысль явно не придавала ему оптимизма. Впрочем, самой худшей частью было то, что похоже его догадка спешила подтвердить свою истинность - в коридоре резко запахло озоном и в характерном ореоле энергии внутрь уже начал телепортироваться незванный "гость".
- Да вы там издеваетесь, что ли, - тихо выругался Николай в адрес уже ломившихся на борт боргов, "на рефлексе" выхватывая фазер, выставляя режим дезинтеграции и направляя оружие на противника. Подгадав момент, когда борг только-только полностью материализуется, лейтенант выстрелил, попав лучом прямо в район шеи дрона и навсегда упокоив биомеханоида. Впрочем, совсем рядом с первым боргом уже материализовался его собрат, немедленно выстреливший в Макарова, но к счастью промазавший на пару сантиметров от головы последнего. Отпустив нецензурный комментарий по поводу складывающейся ситуации, лейтенант быстр отскочил с линии огня в ближайшую технологическую нишу стены коридора. Вовремя, так как спустя буквально секунду следующий дисрапторный разряд прошел аккурат через то место, на котором он недавно стоял. Лейтенант активировал коммуникатор и буквально крикнул в общий канал:
- Тревога! Борги на пятой палубе, отсек 24-А. У нас вторжение!, - после чего снова изготовился к стрельбе, ожидая пока борг прекратит огонь на подавление в его сторону и решит "попробовать вступить в ближний бой, чтобы попытаться ассимилировать". В конце-концов, это вроде как была для боргов вполне обычная тактика боя...

78
Силы Мирии были на пределе. Будто пианист, она судорожно бегала пальцами по консоли, пытаясь воспользоваться любым маневром, любым преимуществом, каким бы незначительным оно ни было, лишь бы корабль уцелел или хотя бы продержался как можно дольше. Такой проверке ее способности пилота еще никогда не подвергались. Одно дело уворачиваться от огня противника, когда ты управляешь шаттлом - мелкая, в сущности, рыбешка. Совсем другое дело, когда ты здоровенный кит. Кит, упражняющийся в кунг фу. Тем не менее, Мирия выкладывалась на сто процентов своих возможностей... и терпела неудачу.
- Щиты пробиты! Вражеский десант высаживается на нижних палубах. Они собираются штурмовать инженерный.
Черт! Нужно что-то делать! Если корпус не выдержит...
- Труктура корпуса нарушена! - донеслось по внутренней связи. - отсеки с 17 по 21 запечатаны.
"Нет, только не Антарес, не снова!" крутилась одна единственная мысль в голове болианки.
Тен Волде собрался отдать по коммуникатору очередной приказ, но не успел закончить и первого слова как по кораблю прошлась легкая тряска перехода в варп.
Не в этот раз. Больше никаких Аяксов, никаких Антаресов, не позволю...

79
Так как медотсек нынче был довольно популярным местом на корабле, драгоценные биокровати стали большим дефицитом, поэтому как только Ван смог встать на ноги, ему приказали орудуя этими ногами убраться из медотсека в спортзал двумя палубами выше, дабы вернуть своим конечностям былую силу. Но он не желал этого делать - вместо этого, он планировал наведаться прямиком к мистеру тен Волде и пользуясь дипломатической неприкосновенностью и не самым дипломатическим языком высказать ему всё что он думает о нём, о нынешней ситуации, о его дальнейшей карьере и о будущих взаимоотношениях с ромуланцами. После этого он намеревался провести тот же ритуал, но уже с участием Селтака и лишь после этого он бы вернулся в свою каюту и накормил Меллу. Дневной план был расписан, осталось только сделать первый шаг.
Изнеможённая нога эмиссара отказалась выдерживать на себе вес остальных его частей, и если бы его вовремя не подхватил проходящий мимо сотрудник медицинской службы, то он бы сейчас поражался тому, насколько бессердечной сукой являлась гравитация. Помимо самого Милода, на бедного синерубашечника также обрушился груз ответственности за восстановление Милода, что сулило перспективой провести ближайшие сутки в компании телепата, чему тот не особо обрадовался.
Используя медика в качестве опоры, бетазоид наконец добрался до спортзала на пятой палубе, где принялся истязать себя физическими нагрузками под бдительным присмотром бывшей опоры. Хорошо что в то время в спортзале никого не было, ибо его попытки упражняться с гантелями выглядели поистине жалко, о чём говорилось в мыслях безымянного медика. Помимо этого, дипломат отметил в нём чрезвычайно низкий уровень паники с учетом последних событий, о чём не постеснялся спросить. Ответом послужила эмоциональная и вербальная демонстрация недовольства столь наглым проникновением в личное пространство. Следующие полчаса прошли в тишине, регулярно прерываемой тяжёлыми вздохами Вана. За эти полчаса его конечности стали принимать на себя намного больше веса, но всё ещё недостаточно для нормального функционирования организма.
Человек в синей униформе отметил успехи своего пациента и только собирался доложить об этом в свой планшет, как вдруг освещение в спортзале резко сменило свой тон на красный, а потолок нежным синтезированным голосом доложил о красной тревоге. В таких ситуациях каждый член экипажа был обязан занять свой боевой пост; постом эмиссарского надзирателя был, ожидаемо, медотсек, а самому эмиссару уставом было предписано нести боевое дежурство на диване в своей каюте. Времяпровождение в спортзале дало свои плоды и он уже мог самостоятельно передвигаться на своих двух, но синерубашечник решил убедиться в сохранности своего пациента от пагубного влияния гравитации и пошёл вместе с ним к турболифту, готовый в любой момент подхватить его. К слову, в условиях космической битвы делать это приходилось часто. Когда они были на полпути к цели, освещение стало предательски сбоить, а путь им преградило странное зелёное свечение посреди коридора, в котором Милод почему-то не сразу узнал телепортацию.
Первый из непрошеных гостей оперативно испарился благодаря живительному выстрелу из фазера из соседнего коридора, что привлекло внимание второго из них. Третий же своими частично механическими глазами уставился прямо на дипломата с его медицинским эскортом, наверняка прикидывая, насколько хорошо они впишутся в Коллектив. Видимо, он нашёл их пригодными, ибо тотчас вальяжной по меркам Борга походкой отправился навстречу им. Обычно, в этот момент нужно бежать от дрона как можно дальше, но как всегда некстати изнеможённые ноги отказывались превышать скорость среднестатистической улитки, а человек в синей униформе почему-то решил отреагировать так, будто на нём одета жёлтая униформа и наставил на гостя ранее выданный ему фазер. Гостю эту не понравилось, о чём он дал понять вытянутой вперёд рукой с протезом-дизраптором. В течении последующей секунды целостность униформы медика была нарушена, а цвет её благодаря человеческой крови начал окрашиваться в красный.
- Энсин Гатьеррез! - закричал Ван, наконец вспомнив его имя. В этот момент Келемвор напомнил о себе очередным залпом, отчего Марию Кюри знатно тряхнуло. Дрон Борга сумел сохранить своё равновесие, а вот Милод - нет. Судорожные попытки вернуть себя в вертикальное положение не увенчались успехом, а биомеханический гость продолжал сокращать своё расстояние до него, то и дело приговаривая:
- Вы будете ассимилированы. Сопротивление бесполезно.

80
Залпы дисрапторных лучей, отправляемых в его сторону борговским дроном действительно скоро стихли. Вот только было лишь одно "но" - по каким-то неведомым самому лейтенанту причинам, борг уверенно шагал не в его сторону, а совсем даже в противоположную, к тому же начав декламировать свою привычную "мантру" насчет бесполезности сопротивления и неизбежности ассимиляции. При этом, что было наиболее удивительным для самого Макарова, похоже борг тут же и начисто забыл про свою прежнюю цель.
Возможно, для ученого-ксенобиолога подобное поведение показалось бы удивительным и заслуживающим внимательного изучения, ну а поскольку Николай был все же не ксенобиологом, а офицером морской пехоты, то для него было совершенно очевидным другое - чтобы не задумал сейчас биомеханический "гость" (кстати, уже сделавший куда-то в сторону бокового коридора еще один выстрел импульсом из дисраптора), это необходимо было как можно скорее пресечь.
Покинув укрытие и продвинувшись в сторону внезапно сменившего свои планы и удаляющегося в боковой коридор борговского дрона настолько, чтобы последний оказался в зоне уверенного поражения его фазером, лейтенант навел оружие прямо в спину биомеханоида и выпустил еще один разряд, также (на его счастье) оказавшийся смертельным для борговского "гостя". Видимо, пока что ему везло, потому что борги еще не успели провести адаптацию своих персональных щитов к воздействию стандартного фазерного оружия. "Потому что когда это произойдет мы точно будем в очень глубокой заднице" - промелькнула мысль в голове у Макарова, заметившегося заодно и "цель" недавно убитого борговского дрона - одного офицера военно-медицинской службы и одного гражданского, вроде бы землянина по расовой принадлежности (но тут лейтенант попросту не был уверен). Первому из них уже было не помочь, и это было очевидно даже не будучи самому медиком, по крайней мере, зияющая в грудной клетке оплавленная дыра от дисрапторного разряда гарантировала, что военмедик бесповоротно мертв. А вот гражданский был вполне жив, только, по видимому, не удержался на ногах при попадании в корабль и теперь, похоже, пребывал в явной растерянности по поводу происходящего. Тихо выругавшись себе под нос, Макаров быстро сократил дистанцию до Ван Милода и мягким рывком помог ему принять вертикальное положение, после чего тоном, который возможно мог бы показаться довольно резким (впрочем, последнее было обусловлено еще и немалым "офигением" самого лейтенанта от происходящего сейчас) осведомился:
- Сэр, а Вы чего тут делаете то? Красная тревога и все гражданские уже должны быть давно в укрытии.

81
- Первый, - неожиданно спокойным тоном произнес капитан, - уже не надо, - и оборвал связь.
Вибрация прошедшая по кораблю ознаменовала собой переход в варп и Сил сразу же понял, почему тен Волде так резко сменил тон. Глубоко вздохнув, он все-таки нашел в себе силы подняться с биокровати и немного размявшись, даже сделать несколько шагов в разных направлениях. Его взгляд скользнул по одной из коек, на которых лежал многострадальный энсин Вешу и Т'жеван вздрогнул сразу же вспонив, что творилось на корабле всего несколько часов назад.
- Как он? – Тихо спросил коммандер, кивнув в сторону раненого.
- Жить будет, - попыталась успокоить его Джулианна, - ему очень крепко досталось… куда крепче, чем остальным двадцати, но обошлось без смертей.
- Двадцати? – Ужаснулся Сил и покачав головой, направился в сторону репликатора. Ему было тяжело вспоминать все эти события и еще тяжелее думать о том, какие после всего этого будут последствия. То, что все это в итоге оказалось абсолютно напрасно, ситуации никак не помогало.
Остановившись у репликатора, Сил встал перед выбором: либо погрузиться в страшную депрессию и несколько дней одиночества в собственной каюте, чтобы отойти от всего происходящего, либо сэндвич. И Т'жеван решил выбрать сэндвич, потому что андорианский быстрый метаболизм, вкупе с борговской диетой на пару дней, брали свое. Среплицировав себе еду, он немедленно приступил к трапезе, параллельно осматривая лазарет. Офицеры паниковали, не знаю куда себя деть. Хоть Боргу и было все равно на эту палубу, раненые прибывали именно сюда, так что работы у всех хватало. Вокруг всей этой заварухи, спокойствие сохраняла только Селар, находившаяся в своем кабинете за невероятно важной работой. Тяжелых раненых еще не поступило и ее присутствия пока не требовалось, поэтому она не тратила время зря. Однако Сил все равно намеревался ее отвлечь.
Он молча зашел в кабинет главного врача и начал буравить ее взглядом, молча поглащая свой сэндвич.
- Как самочувствие, коммандер? – Спросила она без капли раздражения, продолжая заниматься своими делами.
- Не очень, - Честно сказал Сил, проглотив кусок, - нас ведь никто не слышит?
- Нет, а почему спрашиваете?
- Вы знаете ответ. – Сил расположился поудобнее в кресле напротив Селар. – Вы ведь читали письма?
- Кстати, да. – Вдруг отложила свои дела вулканка и внимательно посмотрела на первого помощника. – Я прочитала эти письма и сделала выводы.
- Теперь вы верите мне?
- Вам я верю, коммандер. Но не вашему источнику.
- Не понял вас…
- Вы никогда не задумывались над тем, откуда у этого «доктора» столько информации о том, что происходит на корабле?
- Он работает на разведку, у него наверняка есть свои источники.
- Я сверяла звездные даты. Единственным логичным объяснением тому, как быстро этот человек добывает всю эту ценную и порой засекреченную информацию, может быть только наличие на «Марии Кюри» его информатора, возможно даже не одного. Но вам о них ничего не известно, не так ли?
- У него есть свои причины не рассказывать мне… на корабле все-таки есть реальная угроза – чертов шпион! Естественно нам приходиться соблюдать осторожность и использовать все эти шифры…
- Допустим. Почему тогда он не написал письмо в указанный срок, пока вы находились в лазарете? Ведь в инструкциях были четко указаны правила, которые нельзя было нарушать и все это время ваш информатор точно следовал им.
Как раз в этот момент с сэндвичем было покончено и Сил глубоко задумался над услышанным, держа в руке пустую тарелку, полную хлебных крошек. Наконец он наршуил тишину.
- Но зачем тогда? К чему все это? Это же бессмыслица какая-то.
- Я не знаю. – Прямо сказала Селар. – Я внимательно изучила тексты, которые имеют далеко не деловой характер. Проведя несколько анализов, я сделала вывод, что кто-то намеренно пытается вызвать в вас паранойю. Никакого шпиона на самом деле нет.
- Я вам не верю. – Отрезал Сил.
- Это ваше право, коммандер. – Сказала Селар, поднявшись со своего кресла. – Но не забывайте, о том, что вы как и все другие члены экипажа – мой пациент и я слежу за вашим моральным состоянием. В любой момент я могу отстранить вас от должности, если посчитаю нужным. Я бы советовала вам прекратить все контакты с этим «информатором», иначе ваше душевное состояние усугубится. Кроме того, я считаю, что вы должны пройти дополнительный курс психотерапии.
- Нет. Я на это не могу пойти. – Резко покачал головой Сил, - более того, я больше ни с кем не могу поделиться подобной информацией. Я все еще думаю, что вы заблуждаетесь, доктор.
- Вам нужна помощь, коммандер. – Сказала Селар в ответ, после недолго молчания, - возможно, вы сами еще этого не поняли, но так и есть. Я доктор, а не психолог, но я не могу просто так оставить все это в стороне. Если вас так беспокоит конфиденциальность, я могла бы провести психотерапию сама. Подумайте об этом как следует, коммандер, а не то ваша карьера в звездном флоте очень скоро закончится. А теперь я вынуждена удалится, потому что в лазарет привели много раненых.
После этих слов вулканка покинула свой кабинет, оставив Сила наедине с его мыслями. По интеркому пришло сообщение о том, что дроны Борга самоуничтожились. В красной тревоге корабль больше не нуждался и ее отключили. Теперь Т'жеван мог спокойно вернуться в свою каюту, куда сразу же и направился.

82
Когда судно внезапно перешло на варп-скорость, капитан не знал, что и подумать, поскольку на некоторое время думать резко стало нечем. Волосы на голове начали гореть от мимолетной мысли "Я только что зря унижался перед Силом", пальцы резко сжались в кулаки, а с языка сорвалось:
- Кто это сделал?!
- Я, сэр, - выглянули из-за болианского плеча виноватые глаза, преисполненные смесью двух видов испуга.
Питер вспомнил, как его учили справляться с гневом, и сделал громкий глубокий вздох через нос, словно взбешенный бык на корриде, готовящийся забодать краснорубашечника.
- Сенсоры потеряли сигнал Келемвора, - обрадовала его Крилесс.
- Первый, - произнес он в подлокотник, но вдруг вспомнил, что Сил до сих пор не восстановлен в должности, - уже не надо...
Не дожидаясь ответа от бывшего будущего первого помощника тен Волде оборвал связь, опасаясь в состоянии аффекта сболтнуть лишнего при свидетелях.
- Лейтенант, - сделал капитан еще один громкий вздох, - Почему Вы включили варп-скорость?
- Экстренные меры для спасения судна, - отчеканила она скорее на автопилоте, так окончательно и не придя в себя.
- Вы хоть понимаете, что...
- Капитан, - перебил его Аль-Мураки, - С постов докладывают о самоуничтожении дронов. Угрозы больше нет.
- Угрозы больше нет, - повторил капитан себе под нос, стараясь переварить только что произошедшее, - Отбой тревоги.
Красное освещение погасло, и вой сирены перестал заливать высокими нотами барабанные перепонки. Воздух на мостике резко застыл в минуте молчания. Мирия на пару с капитаном решили заранее молча попрощаться со своими карьерами, Крилесс уткнула нос в свой научный пульт и принялась изображать трудовую деятельность. Аль-Мураки встал за пульт контроля повреждений, пытаясь выяснить, насколько корабль потерял в массе в ходе битвы. Селтак спокойно восседал на своем кресле, ища куда бы ему пристроить неловкий взгляд, - даже ему в данный момент было нечего сказать. Звон в ушах едва перебивался журчащими звуками работы варп-двигателя. Мостик резко стало очень тесным, и кислород постепенно утекал сквозь главный экран.
- Капитан, - возымел офицер по тактике наглость разрезать тишину официальным тоном, - Внутренние повреждения в инженерном отсеке, следует сбросить скорость.
- Разрешите вывести судно из варпа? - тоном провинившегося ребенка спросила рулевая.
Устоялась еще одна пауза, в течение которой капитан лихорадочно придумывал язвительный комментарий, хорошо отражающий ироничность ситуации. С каждым ударом сердце в его груди выкрикивало отчаянным тоном слово "Келемвор!", и другие мысли в голову не приходили.
- Разрешаю, - позволил он себе выдохнуть, - Свяжитесь с инженерным, уточните поломку.
- Связи с инженерным нет, - выдал Аль-Мураки заранее подготовленный ответ, - Очевидно, повреждения распространились на внутреннюю связь.
- Так, - оглядел капитан мостик несколько раз в поисках старшего офицера, после чего его взгляд остановился на Аль-Мураки, - Младший лейтенант, оставляю Вас за старшего. Сохраняйте позицию и ожидайте указаний.
Все эти слова были эвфемизмом к фразе "Я устал от всего этого", поэтому Питер, ненадолго сбросив с себя обязанности капитана, медленно поднялся со своего кресла и неспешным шагом прошел в свой кабинет. Там его ждали несколько капель иллюзорной свободы от ответственности, и он, наконец, позволил себе сделать несколько свободных непринужденных вздохов. Сев за стол, он начал внимательно рассматривать контуры своего изображения в потушенном экране, пытаясь думать, но ему никак не удавалось придумать, о чем он сейчас должен думать. Чашка горячего чая с вироникой откачала еще немного лишнего напряжения из его черепа и пробудила где-то в животе чувство небольшой пустоты. Репликатор тут же исполнил желание и явил взору голодного офицера чашку горячего куриного бульона. Хлебая жидкости сразу из двух сосудов, он вдруг забыл о событиях последних суток, спокойно выкинув из головы пострадавшего Сила, проваленное задание и тяжелые думы о том, в каком размере ему обрушить дисциплинарное взыскание на запаниковавшего рулевого. Могло быть и хуже, но мысли о плохом наконец-то перестали забивать голову. Почувствовав близость приближающегося отпуска, он закинул свои ноги на столешницу и заказал у репликатора бутерброд с тремя видами сыра. Хорошее окончание рабочего дня. Особенно перед следующим рабочим днем, состоящим из составления отчета, в котором нужно было добровольно и во всех красках поделиться с командованием собственным позором.

83
Весь инженерный отсек был занят поддержанием работы щитов и попутным ремонтом, всё чаще и чаще, возникающих повреждений. С каждым новым попаданием дизрапторов Келемвора – варп ядро нервно вспыхивало голубоватым светом, стремясь немедленно исправить возникающий недостаток напряжения в ЭПС.
Но внезапно, под напором ромуланских орудий, излучатель щитов правого борта мученически крякнул и окончательно затих, открыв противнику новые возможности, которыми он незамедлительно воспользовался.
“Дроны на инженерной палубе!” выкрикнул кто-то из персонала технической службы и тут же затерялся среди звуков стрельбы из фазеров и дизраптеров.
- Закрыть переборку реакторного отсека! – Громко приказал Финштад по внутренней связи, но в ответ услышал лишь статичный белый шум, агрессивно шипящий на него из его комлинка.
- Сер, кормовой ретранслятор и аварийные линии связи отключены. – Доложил Венкат, материализовавшийся за спиной Бьорна, от чего тот вздрогнул.
- Отключены кем!?
- Боргом, сэр. Они откуда-то знают о расположении ключевых узлов в отсеке.
Ситуация с каждым моментом становилась всё сложнее. Борг медленно, но верно продвигался к заветному ядру, работающему на пределе возможностей, а команда инженерной службы уже успела заметно поредеть и потерять около дюжины светлых голов, которые сейчас бездыханно валялись на полу.
“Они приспособились к фазерам!” снова закричал неизвестный комментатор, лишний раз напоминая всем вокруг, насколько патовая сложилась ситуация. Людей начала охватывать паника, которая снова разбавилась сильным ударом энергии о дюраний, от чего весь корабль снова тряхануло. Раздался громкий протяжный крик, упавшего в шахту варп ядра инженера, который с каждой секундной становился всё тише и тише, пока наконец не пропал совсем.
Внезапно ядро загорелось ярким синим светом, отвлекая на себя внимания всех вокруг и обозначая лишь одно…
- Мы ушли в варп? – Будто бы задавая вопрос самому себе удивленно прошептал Финштад, уставившись на ядро, будто бы оно внезапно стало резиновым и желтым.
“Борги распадаются!” выкрикнул, наконец-таки опознанный энсин Сунг, собравший на себе смешанные взгляды окружающих.
- Так, хорошо… - протянул Бьорн, осматривая разбитые консоли, мёртвые тела, горящие костерки и ощущающий вонь тлеющей проводки и перекрытий, - Тревога замолкла. Все за работу. У вас её невероятно много.
Корабль, теперь уже, мирно дрейфовал на безопасном расстоянии. У медиков ушло несколько часов, чтобы отчистить инженерную палубу от трупов сослуживцев, а также извлечь тело бедолаги со дна шахты варп ядра. По всему кораблю еще дымился обгоревший ковролин, пострадавший от выбросов плазмы. Отдел тактической картографии, вместе с системами резервной и бесчисленным числом взорванных консолей требовали полной замены, а на экране возле мед.отсека числились имена двадцати пяти людей, кто уже никогда не сможет встать на дежурство.
“Мария Кюри” начала медленно оправляться от потерь и готовиться к новым свершениям.

84
Журнал капитана, звездная дата 53652.2. Мы воспользовались последним шансом выследить IRW Келемвор и уничтожить его. В ходе непродолжительной космической битвы рулевая Зова, поддавшись панической атаке, несанкционированно вывела наше судно из боя, вследствие чего Келемвор смог успешно скрыться в неизвестном направлении. Миссия официально объявлена проваленной. В ходе предварительного расследования, в котором активно поучаствовал субкоммандер Селтак, было установлено, что Борг не смог усилить защиту и вооружение Келемвора, однако внес определенные модификации в систему управления, повысив его наступательные характеристики. Нечто подобное уже наблюдалось у кораблей, контролируемых искусственным интеллектом. В своем отчете младший лейтенант Аль-Мураки отметил, что в честном бою у Марии Кюри было мало шансов на победу. Скорее всего, эти данные станут смягчающими обстоятельствами для лейтенанта Зовы, однако без внимания ее самодеятельность не останется. Я отстранил ее от пилотирования любых транспортных средств на три месяца, временно перевел ее в инженерный отсек под непосредственное командование лейтенанта-коммандера Финштада, и предписал обязательное наблюдение у корабельного психолога, как и коммандеру Т’жевану, для которого ассимиляция не прошла бесследно. В случае если через три месяца Зова получит положительные характеристики от психолога и главного инженера, ее будет ждать переаттестация и возвращение за штурвал. В конечном итоге, она хорошо справляется с навигацией до тех пор, пока не пытается в панике убить паука на навигационной панели.
Журнал капитана, дополнение. Есть и хорошие новости. Весь этот инцидент с Келемвором смог вскрыть грубые нарушения условий мирного договора со стороны Ромуланской империи. Эмиссар Милод расценивает это, как хороший инструмент политического давления. Ромуланская сторона уже пошла на уступки, позволив Федерации под контролем субкоммандера Селтака извлечь из бортового самописца Келемора данные обо всех дырах в сети обнаружения на границе нейтральной зоны. Возможно, это стало решающей причиной, по которой команда не была расформирована, однако Мария Кюри определенно заработала дурную славу, ведь из 27 кораблей лишь она смогла дважды найти скрытое ромуланское судно и дважды его упустить. Возможно, в двух флотах нас уже знают, как самую технически оснащенную команду неудачников.
Все права принадлежат компании Paramount